Перейти к основному содержанию
Прямой эфир
Главный слайд
Начало статьи
Дело промысла: можно ли спасти российских мастеров
2019-09-02 17:38:26">
2019-09-02 17:38:26
Озвучить текст
Выделить главное
вкл
выкл

Народно-художественные промыслы (НХП) — важный элемент культурного наследия страны и, потенциально, одна из составляющих туристических продуктов, рассчитанных как на внутренний, так и на внешние рынки. Кроме того, в теории, они могли бы способствовать улучшению социальной и экономической ситуации в малых городах и селах, где проживают мастера. Однако пока, говорят эксперты, представители отрасли и профильных ведомств, промыслы сами нуждаются в поддержке — и с каждым годом всё сильнее. В Минпромторге ищут различные пути решения. В том числе, как рассказала представитель ведомства в ходе дискуссии Экспертного совета по малым территориям, посвященной проблемам развития и сохранения промыслов, полезным может оказаться опыт Индии и Японии. Подробнее о том, чем отечественным промыслам может помочь экзотический пример, и каким их будущее видят участники дискуссии — в материале «Известий».

Обманчивый рост

В последние несколько лет интерес к народно-художественным промыслам, казалось бы, начал расти, в том числе на фоне растущей популярности культурно-исторической тематики, реконструкторских событий и мероприятий, основанных на принципах «живой истории», а также просто — увеличения внутреннего турпотока.

Одновременно на рынок стали выходить небольшие частные артели, созданные энтузиастами — мастерами и предпринимателями. В некоторых случаях, как, например, в истории с возрождением новгородской «Крестецкой строчки», в дело вмешиваются бизнесмены, уже имеющие опыт развития собственных проектов. Однако общие тенденции по-прежнему неутешительны.

Минпромторг — ведомство для большинства предприятий, работающих в этой отрасли, ключевое. Именно оно занимается программами государственной поддержки в этой сфере, в 2015–2016 годах в ведомстве представили стратегию развития отрасли на срок до 2020 года. Поддержка промыслов осуществляется, в первую очередь, через субсидии и льготы, предусмотренные для предприятий. Для большинства предприятий они — единственный шанс на выживание.

Сотрудница фабрики «Крестецкая строчка» вышивает полотенце

Сотрудница фабрики «Крестецкая строчка» вышивает полотенце в фирменной технике, Новгородская область, Росссия

Фото: ТАСС/Александр Демьянчук

В последние пять лет отрасль, пришедшая в упадок в 1990-е, показала рост — с 5 млрд руб. в 2013 году до 6 млрд руб. в 2018 году. Однако, как рассказала заместитель руководителя департамента развития промышленности социально значимых товаров Минпромторга Лилия Нургатина, процесс этот был неравномерным. Так, в 2018 году около 80% производства пришлось на 34 региона. В числе лидеров: Московская и Нижегородская область, а также Республика Дагестан.

Тем более что, судя по приведенным цифрам, доля господдержки в этом секторе росла еще быстрее — с 2013 года она выросла почти вдвое, с 310 млн руб. до 633 млн руб, а доля субсидий в общем объеме производства, соответственно, увеличилась с 6,2% до 10,5%. Сегодня, как отмечают в Минпромторге, НХП является одной из наиболее субсидируемых отраслей.

И устойчивое падение

Сказываются, в том числе, и общие социально-экономические сложности — при сокращении спроса первыми страдают те товары, которые не являются необходимыми в повседневной жизни.

С 2015 года мы наблюдаем устойчивое падение продаж. Причина в общем снижении покупательского спроса на товары не первой необходимости. Продукция промыслов в числе первых оказывается под ударом, — рассказал Вячеслав Долгов, заместитель генерального директора ОАО «Павловопосадская платочная мануфактура», председатель правления Национального союза народных художественных промыслов.

Там, где на падение спроса не жалуются, есть и другие трудности, связанные в том числе с ограниченными возможностями для дальнейшего развития.

Павлопосадские платки

Павлопосадские платки

Фото: ТАСС/Валерий Шарифулин

Спрос большой и не падает, но не хватает мастеров. Их у нас, согласно штатному расписанию, всего 4, нужны новые штатные единицы, — рассказывает Ольга Тимошкина, директор центра народных ремесел «Берегиня» в городе Каргополь.

Кадровый дефицит для таких предприятий — проблема серьезная. В силу самой специфики промысла, специалисты должны наследовать умение у старых мастеров, поэтому справиться с дефицитом исключительно за счет привлечения людей со стороны здесь не получится.

— Минимальная достаточность должна быть определена и для кадрового обеспечения НХП. В любом производственном коллективе должно быть как минимум 3 поколения мастеров, иначе он обречен на медленное затухание, — убежден Вячеслав Долгов.

Всё это, как и ручной труд на производстве, повышает стоимость изделий, затрудняя конкуренцию на рынке. В том числе с сувенирами на «народную» тематику, которые производятся на российских или зарубежных фабриках в массовом порядке.

Дело места

Еще один неблагоприятный фактор: в небольших городах и селах, где эти промыслы развивались исторически, жизнь постепенно затухает.

Так, как рассказал представитель Минпромторга, в 334 из 370 населенных пунктов, которые сегодня являются центрами НХП, в ходе исследований, проведенных согласно методикам Минстроя, было выявлено неудовлетворительное качество городской среды.

Всего с 2002 по 2016 годы их население в среднем сократилось почти на 5%. Причем в некоторых населенных пунктах речь идет об оттоке почти 68% жителей. И, вероятно, в дальнейшем тенденция будет только нарастать.

Есть и трудности внутреннего характера, специфические для этой отрасли. В первую очередь, речь идет о возможности адаптироваться к требованиям современного мира, сохранив ключевые культурно-исторические ценности.

Отрасли предстоит определить, что для нее важнее: аутентичность или рынок. Попытки изготавливать предметы современного обихода с помощью традиционных технологий не всегда спасают. В одном из северных городов додумались делать ремесленные брелки для «Мерседесов». В данном случае теряется аутентичность и не возникает никакой экономической ценности, — рассуждает Алексей Фирсов, генеральный директор Центра социального проектирования «Платформа».

Сотрудница компании «Хохломская роспись» расписывает новогодние шары

Сотрудница компании «Хохломская роспись» расписывает новогодние шары, Нижегородская область, Росссия

Фото: РИА Новости/Алексей Куденко

Активнее заниматься выпуском несувенирной продукции хотели бы в нижегородской компании «Хохломская роспись». Кроме того, там готовы дать клиентам возможность принять участие в создании узора.

— Традиционная линейка у нас растет, а падают несувенирные продажи. Наша задача — усиление практичности продукции, ее адаптация к современности. Например, кастомизация, когда покупатель сам может предлагать мастерам сюжет. На традиционный формат ориентирован только определенный тип людей, — рассказывает Елена Краюшкина, начальник отдела народных художественных промыслов департамента развития промышленности социально значимых товаров Министерства промышленности и торговли РФ, генеральный директор компании «Хохломская роспись»

Однако в целом ставка на новые тенденции идет вразрез с идеей НХП, уверен Вячеслав Долгов. По его мнению, промысел — это «средоточие народного искусства». Заниматься им должны профессионалы, однако промысел неотделим от места его исторического бытования, а попытки подстроить свои линейки под временные тренды могут пошатнуть предприятия, у которых для этого не хватает мощностей.

Между промышленностью и культурой

Переход на промышленное производство, возможно, позволил бы решить часть операционных и финансовых проблем. Еще в советские годы НХП перевели на промышленные рельсы, заменив небольшие кустарные артели полноценными заводами. Мастеров обеспечивали работой за счет госзаказов, существенная часть изделий использовалась самими ведомствами или шла на производственные подарки. В результате сегодня отрасль оказалась на перепутье и выбрать между двумя сценариями — промышленного производства или ручного труда — по-прежнему не удается, отмечает Андрей Стась, генеральный директор Института территориального маркетинга и брендинга.

— Сейчас предприятия рвут штаны — хотят с одной стороны получать поддержку от Минпромторга, с другой — сохранять себя как промысел с фигурой мастера в центре, — убежден он.

Пуховязальщицы

Пуховязальщицы во время работы на производстве индустриального парка «Оренбургский пуховый платок», Оренбург, Россия

Фото: ТАСС/Олег Рукавицын

Но переход в промышленное русло потребует использования новых технологий и новых материалов. Это, в свою очередь, может сказаться на «традиционности». И речь не только о верности идее. В стратегии Минпромторга прописаны критерии, в соответствии с которыми то или иное предприятие может претендовать на включение в реестр и, как следствие, получение поддержки. Это, в том числе, географическая принадлежность к месту бытования промысла, наличие потомственных мастеров, использование традиционных материалов и технологий, применение ручного и творческого труда на производстве и стилистическая общность изделий.

С оглядкой на Индию

Впрочем, и у курса на сохранение традиционных способов производства есть свой потенциал для экономического развития. В первую очередь, за счет интеграции промыслов со внутренним или историческим туризмом.

— Каргопольская игрушка оказывает влияние на бренд всего Каргополя. Поэтому она может использоваться для привлечения туристов. Мы, например, открыли под Каргополем «Бабкину поляну» — интерактивное живое пространство и «памятное место» знаменитого мастера Ульяны Бабкиной, — рассказывает Ольга Тимошкина.

Здесь вопрос упирается в ресурс нематериальный — для развития таких форматов потребуются дополнительные управленческие навыки, в том числе связанные с работой в соцсетях и маркетингом. Их сегодня большинству предприятий НХП остро не хватает: сосредоточенность на сохранении традиций производства нередко по умолчанию подразумевает недостаток опыта в использовании современных практик в менеджменте.

Роспись каргопольской игрушки, Архангельская область, Россия

Фото: ТАСС/Руслан Шамуков

С тем, что туризм для НХП — направление перспективное, согласны и в Минпромторге. Лилия Нургатина в том числе ссылается на опыт Индии, где оборот отрасли НХП составляет $3–4 млрд, а объем туристических услуг, разработанных на их основе, за последние 25 лет вырос в 33 раза. Впрочем, по мнению представителя профильного министерства, не обязательно ограничиваться туризмом внутренним — так, в Японии традиционные промыслы использовали для формирования и продвижения образа страны на внешних рынках, а популярность отдельных церемоний — например, чайной, — привела к увеличению спроса на связанные с ней товары. Похожим образом, уверена она, можно работать и с отечественными промыслами.

Не исключено, что в случае успеха можно будет решить и часть проблем малых населенных пунктов, считают в Минпромторге.

— Промыслы могут быть инструментом развития территории, в частности, влиять на турпоток. К примеру, в столице золотой Хохломы — городе Семенове Нижегородской области — за счет развития инфраструктуры НХП в два раза вырос турпоток. Сейчас примерно треть доходов бюджета приносит туризм, — рассуждает Лилия Нургатина.

Однако в Экспертном совете по малым территориям «Известиям» пояснили, что в дальнейшем такой сценарий может быть возможен, но на данный момент речь идет скорее о спасении самих промыслов, чем об их использовании их потенциала для развития населенных пунктов.

Территориальный комплекс

В России существует федеральный реестр НХП — предприятия, попавшие в него, могут претендовать на определенные финансовые льготы, в том числе на освобождение от НДС, а также на предоставление субсидий. Чтобы попасть в реестр, нужно получить одобрение министерского экспертного совета — удается это далеко не всем. Но сам подход, по словам Вячеслава Долгова, довольно гибкий. Например, предприятия могут диверсифицировать производство и выпускать одновременно как изделия традиционных промыслов, так и более «рыночные» товары, не рискуя потерять субсидии.

Участок отделки и заготовки на фабрике «Торжокские золотошвеи», Торжок, Россия

Фото: ТАСС/Артем Геодакян

— Для себя мы разделяем категории продукции: НХП и продукцию массового спроса, которая создается с максимальным учетом рынка, — отмечает он.

Есть и отдельные региональные программы — например, в Кировской и Вологодской областях или Чувашской Республике. В некоторых регионах, в том числе в Рязанской области, Дагестане и Карелии, работают Центры народных промыслов. В 2017 году Минпромторг договорился с Минкультуры о совместных мерах по продвижению НХП.

Кроме того, как рассказала Лилия Нургатина, в ведомстве планируют в особом порядке работать с населенными пунктами, показывающими высокую вовлеченность жителей в промысел. Среди лидеров — Нерехта, Великий Устюг, Торжок, Торопец и Мстера.

В конце весны прошлого года в ведомстве анонсировали новый проект, направленный на развитие привлекательной для жизни среды в местах сохранения и развития народных промыслов.

— Нужно, чтобы там, где живут наши мастера, там, где родились и сохраняются наши народно-художественные промыслы, была создана привлекательная для жизни среда, привлекательные условия для ведения предпринимательской деятельности, и чтобы эти места стали притягательными для туристов, — рассказывала тогда представитель департамента развития промышленности социально значимых товаров ведомства.

Мастер по аргуновской резьбе

Мастер по аргуновской резьбе, Киржач, Россия. Аргуновская резьба — исконное ремесло киржачских мастеров с XVIII века

Фото: ТАСС/Владимир Смирнов

Проект, получивший название ТЕТРА, предполагает комплексную поддержку территорий, значимых для развития и сохранения НХП. При этом речь может идти не только о местах бытования традиционных промыслов — например, малых городах или селах, где сохраняются различные ремесла, — но и об исторических мануфактурах, ремесленных поселениях, городах, которые в министерстве определяют как «проводников российской идентичности». Всего предусмотрено шесть категорий.

Истоки и их мифы

Реализовать комплексную программу помощи, разработанную Минпромторгом, можно будет только за счет скоординированных усилий ряда ведомств. В то же время необходимо предусмотреть и ряд других изменений, которые необходимы для дальнейшего существования отрасли, отмечают присутствовавшие на встрече эксперты и представители предприятий.

Один из ключевых вопросов — взаимодействие государства с мастерами. Именно они являются основой сохранения традиций, некоторые из них — представители династий, в которых мастерство передавалось из поколения в поколение. Чтобы они могли зарабатывать на жизнь собственным трудом, для таких людей необходимо предусмотреть упрощенный формат взаимодействия с государством — возможно, на условиях самозанятости, убеждена Ирина Межинская, руководитель фонда «Наследие Севера».

Чтобы предприятиям не приходилось бесконечно балансировать между традициями и актуальными тенденциями, необходимо работать и над формированием образа жизни, в который такую продукцию будет легче интегрировать: в идеале, она должна восприниматься не только как экзотика или яркий сувенир, но и как предмет, который можно использовать в обычной жизни.

Сергей Нарышкин во время визита в «Город мастеров»

Сергей Нарышкин во время визита в «Город мастеров», Ленинградская область, июль 2016 года

Фото: ТАСС/Анна Исакова

Развитие даже такой отрасли, тесно завязанной на истории и традиционности, невозможно без движения вперед. При существующей системе и мастера, и предприятия сегодня опасаются экспериментировать с форматами и исследовать новые возможности не только из-за недостаточных ресурсов, но и из-за строгости существующих критериев и риска лишиться государственной поддержки, нарушив установленные правила. Чтобы отжившие традиции не ограничивали возможности для дальнейшего развития, необходимо расширить официальные критерии художественных промыслов и посмотреть на проблему шире, считает Николай Прянишников, старший преподаватель факультета управления социокультурными проектами МВШСЭН.

— Тема НХП во многом мифологизирована — якобы все промыслы идут от местных корней. Но многие из них были изобретены как коммерческий продукт, приглашались специалисты из Франции. Сейчас должны быть созданы уклады жизни, в которых пользоваться изделиями НХП было бы органично. Нужно не копирование образцов прошлого, а творческое прикосновение к истокам, — заключает он.

Читайте также