Перейти к основному содержанию
Прямой эфир
Главный слайд
Начало статьи
Судьба балерины
2018-01-25 16:47:11">
2018-01-25 16:47:11
Озвучить текст
Выделить главное
вкл
выкл

В начале января столичные активисты выступили с предложением вернуть фигуру балерины на крышу так называемого «дома под юбкой», расположенного на углу Тверской улицы и Пушкинской площади. Идею подхватили пользователи социальных сетей, в конце января стало известно, что «за» высказался и главный архитектор столицы Сергей Кузнецов. Тема оказалась тем более востребованной, что скульптура, автором которой является известный скульптор-монументалист Георгий Мотовилов, была снята в 1958 году — то есть ровно 60 лет назад.

Портал iz.ru нашел наследников Георгия Мотовилова, чтобы узнать, как они относятся к идее восстановления скульптуры, и поговорить о творчестве скульптора, который считается основоположником школы советского рельефа.

Москва, устремленная ввысь

В январе 2018 года в Telegram-канале «Архитектурные излишества», посвященном истории архитектуры, появилось предложение проголосовать за возвращение фигуры балерины на крышу дома № 17 по Тверской улице. Как объяснил порталу iz.ru один из авторов инициативы, историк и экскурсовод Павел Гнилорыбов, идея появилась спонтанно, потому что «когда водишь десятки экскурсий и показываешь пустоту, возникает вопрос — нужно ведь чем-то эту пустоту заполнить».  

Дом, о котором идет речь, был возведен в 1940 году — тогда же на нем появилась и устремленная вперед фигура девушки с поднятой вверх рукой, быстро ставшая одним из символов города. Благодаря ей у дома даже появилось шутливое народное прозвище — «дом под юбкой».

— Это такой легкий женский образ — юная, цветущая Москва, устремленная ввысь, которая встречает каждого приезжающего в город, — рассказывает Павел Гнилорыбов.

Спустя несколько дней после начала голосования Гнилорыбов на своей странице в Facebook сообщил, что инициативу поддержали несколько тысяч человек. По словам активиста, инициатива встретила одобрение у журналистов, а также жильцов дома.

Точная историческая реконструкция

В поддержку идеи, хоть и осторожно, высказался главный архитектор Москвы Сергей Кузнецов, который заявил, что возвращение скульптуры «будет только на пользу городу», но призвал сначала взвесить все «за» и «против». Этим сейчас и занимаются многочисленные инстанции, в которые активисты направили письма с предложениями вернуть скульптуру.

Дом в январе 2018 года

Фото: ИЗВЕСТИЯ/Павел Бедняков

Ее сняли в 1958 году — предположительно из-за того, что она начала разрушаться. Дальнейшая ее судьба и местонахождение остаются неизвестными. Если столичные власти поддержат инициативу активистов, восстанавливать скульптуру придется заново. Это вызвало вопросы у некоторых экспертов, связанных с историей архитектуры.

— Я считаю, что возвращение балерины имеет смысл только как полная историческая реконструкция, один к одному. Для этого нужно искать оригинальный проект скульптора Мотовилова, а этим, насколько мне известно, никто еще не занимался, — отметила директор музея архитектуры имени Щусева Елизавета Лихачева в разговоре с изданием «Метро».

Проблема тем более актуальная, если учесть, что речь идет о работе Георгия Мотовилова — одного из самых заметных скульпторов сталинской эпохи.

«Работали практически под бомбами»

Георгий Мотовилов — непосредственный участник большинства самых громких проектов сталинской эпохи. Всем, кто хоть раз бывал в столице, его творчество на самом деле хорошо знакомо: по рельефам и барельефам, украсившим главное здание МГУ, главный вход на ВДНХ и сразу несколько станций столичного метро, включая «Парк культуры», «Проспект Мира», «Новокузнецкую» и «Комсомольскую». Он же стал автором скульптур для одного из шлюзов Волго-Донского канала, установленного в Ялте памятника Чехову и еще целого ряда монументов в разных городах страны.

В 1937 году на выставке в Париже, где Вера Мухина получила золотую медаль за «Рабочего и колхозницу», он получил такую же награду — за скульптуру «Металлург», которую сегодня можно увидеть в Третьяковской галерее. Кроме того, Мотовилов считается одним из основателей советской школы рельефа.  

— Он отталкивался от греческих и египетских рельефов. Его любимая фраза — «Гладь, гладь, пестрота — вот и будет красота», — рассказала порталу iz.ru внучка скульптора, член Союза художников России Ольга Мотовилова-Комова.

Несмотря на такой послужной список, при жизни скульптору нередко приходилось оставаться без заказов. Советский монументалист был выходцем из дворянской семьи. Его отец, известный медик, дал детям прекрасное художественное образование, но настоял на том, чтобы сын пошел по его стопам. Георгий Мотовилов стал врачом, прошел Первую мировую и лишь после революции, уничтожив все документы, начал новую жизнь — художника.

Ольга Мотовилова-Комова

Фото: ИЗВЕСТИЯ/Алексей Майшев

От всех свидетельств старой жизни он избавился полностью — даже изменил дату своего рождения, приписав себе несколько лет. В результате, рассказывает наследница скульптора, даже на официальном памятнике на Новодевичьем кладбище годы жизни у него выбиты неверные.

Но упорное нежелание вступать в партию и прекрасное дореволюционное образование, скрыть которое было сложнее, чем год рождения, все-таки вызывали у бдительных современников вопросы. Его не приглашали на выставки, где выставлялись мэтры того времени, и так и не приняли в академики. Но когда речь заходила о вещах государственной важности, например о строительстве метро или московских высоток, уникальный профессиональный опыт делал Мотовилова незаменимым.

В военные годы он работал над рельефами для станции метро «Электрозаводская» (она начала строиться еще в конце 1930-х, а открылась в мае 1944 года).

— У нас сохранились его письма сыну на фронт, где он пишет, как он это делал. Они над метро работали практически под бомбами. Он пишет, например, что по дороге на работу одного из его товарищей убило при бомбежке. И при этом тогда не было никаких шлифовальных машинок. Они работали с мрамором и всё, что делали, делали вручную, как в древнем Египте, — рассказывает внучка.

История балерины

Часть уцелевшего наследия собрана в мастерской, когда-то приобретенной Мотовиловым, — сегодня в ней работают представители целой творческой династии Мотовиловых–Комовых. Идея вернуть на историческое место балерину у них, как и у директора музея Щусева, вызывает определенные опасения.

— Мы за восстановление, если это будет сделано детально и под наблюдением потомков, — говорит Ольга Мотовилова-Комова.

Как рассказывает внучка скульптора, это была далеко не единственная скульптура, установленная на крыше дома на Тверской. В оригинале по всей его длине были расположены сразу несколько фигур работы разных авторов. Эта, угловая, была самой заметной. Правда, изображала она отнюдь не балерину.

— Если бы у нее была пачка, это даже выглядело бы странно. У нее вытянутые пропорции, это как раз 1930-е годы, когда они пытались передать движение с помощью линий. В то же время она очень пространственна, она выгнута назад, у нее опора на одну ногу, как будто она двигается. Он всегда делал на юбке складки так, чтобы там были особые ритмы. Поэтому она так хорошо смотрелась с большого расстояния, — объясняет наследница скульптора. 

В народе поговаривали, что девушку лепили с балерины Ольги Лепешинской — по слухам, любовницы Иосифа Сталина. Эту историю в семье скульптора опровергают. Георгий Мотовилов действительно слепил несколько скульптур танцовщиц, но было это уже в конце 1950-х и позировала для них вовсе не Лепешинская.

Наследие эпохи

В мастерской до сих пор хранится сразу несколько скульптур, изображающих девушек в той самой, любимой Мотовиловым, устремленной вперед позе. По ним, теоретически, можно было бы воссоздать и «балерину», эскизы которой, вероятнее всего, утрачены. Но к потомкам скульптора пока никто не обращался.  

Восстановление памятников советской и в первую очередь сталинской эпохи сегодня — вообще сложная тема. Как утверждает Ольга Мотовилова-Комова, школа монументальной скульптуры со временем была утрачена. Сегодня в России практически нет тех, кто мог бы взяться за детальное воссоздание работы мастеров первой половины прошлого века. Именитые скульпторы обладают слишком индивидуальным почерком для работы, которая требует тщательного изучения и кропотливого воссоздания чужой манеры.

В качестве примера Ольга приводит недавно восстановленный Северный вход на ВДНХ — рельефы для него создавал как раз Георгий Мотовилов. По ее словам, декор, который появился на строении, с работой деда не имеет ничего общего. Аналогичная ситуация сложилась не только с работами Мотовилова, но и с рельефами, украшающими памятник «Рабочий и колхозница» работы Веры Мухиной, считает Ольга Мотовилова-Комова.

Оригинал, с которого был отлит один из рельефов станции метро «Проспект Мира»

Фото: ИЗВЕСТИЯ/Алексей Майшев

— Раньше были советы, которые принимали работу. Там были другие художники, скульпторы, которые могли дать совет, покритиковать. Сейчас такой системы нет, — говорит она.

Павел Гнилорыбов, в свою очередь, напоминает об успешном примере Минска, где восстановление советских памятников проводится удачно — и с использованием более современных материалов.

— В Минске тоже через 20 лет попадали статуи того периода и их убрали из соображений безопасности. Там использовали силумин — это такой компромиссный долговечный материал, сплав алюминия и кремния. Выглядит так же и выглядит классно, — рассказывает москвовед.

«Не Хрущев ставил, не ему было и убирать»

Еще одна тонкость объясняется принадлежностью скульптуры к сложной и неоднозначной сталинской эпохе. В четверг, 25 января, инициативу должны были рассматривать депутаты Тверского района города Москвы. Но они вернули вопрос на дополнительное исследование. Причиной, как объясняет Павел Гнилорыбов, стали серп и молот, которые держала в руках девушка.

— Но понимаете, нельзя восстанавливать ее с айфоном в руках, с маленьким ребенком, с чем угодно. Мы можем туда поместить только серп и молот. Тем более если смотреть киноленты или старые фотографии, видно, что он даже заметен там не будет, — объясняет Павел Гнилорыбов.

Пока от столичных властей не получено однозначного согласия, активисты говорят, что к активной работе в архивах они приступать не готовы. Но они твердо убеждены, что скульптуру необходимо вернуть — в том числе и потому, что скульптор Георгий Мотовилов и архитектор здания Аркадий Мордвинов работали в тесной творческой связке, а значит, без балерины его внешний вид не будет полноценным.

— Девушку надо вернуть на место — в конце концов, не Хрущев ставил, не ему было и убирать, — заключает москвовед.

Этой же идеи, по словам одного из авторов инициативы, придерживаются и в архитектурных кругах столицы. Наследники скульптора напоминают, что в случае, если решение о возвращении скульптуры будет положительным, она должна быть исполнена с максимальной точностью и уважением к оригиналу.

— Хочется, чтобы это была та же самая скульптура, с его почерком. В конце концов, человек этим жил, и мы несем ответственность за то, что он создал, — говорит Ольга Мотовилова-Комова.

Портал iz.ru помог наследникам скульптора связаться с авторами инициативы. Как отметил Павел Гнилорыбов, они планируют посетить мастерскую Георгия Мотовилова и проконсультироваться с его наследниками в случае, если речь будет идти о восстановлении скульптуры. 

 

Загрузка...