Дел не в оборот: внешняя торговля вернулась к уровню прошлого февраля
Американское издание The New York Times провело исследование о влиянии антироссийских санкций на экономику РФ. Опрошенные аналитики единодушны в том, что российский внешнеторговый оборот возвращается на уровень февраля 2022 года. Всё это происходит, несмотря на жесткие ограничения. Автор задается вопросом: а так ли эффективны введенные санкции? В материале делают вывод об «удивительной устойчивости» российской экономики, на которую не рассчитывали до введения санкций. Согласны ли с этими выводами российские аналитики, какие еще санкции могут ввести западные страны и что ждет экономику страны в 2023 году — в материале «Известий».
Всем на удивление
По мнению автора материала The New York Times, для некоторых компаний оказалось проблематичным свернуть деятельность в России. Страну покинули только 9% организаций из недружественных стран, согласно исследованию швейцарского института IMD и Университета Санкт-Галлена.
Некоторые из ограничений оказались эффективными: россияне больше не имеют доступа к официальной продукции Samsung и Apple. Впрочем, эти бренды входят в перечень Минпромторга для параллельного импорта. Китай между тем нарастил экспорт своей высокотехнологичной продукции в РФ, выросли продажи брендов Xiaomi, Realme и Honor.
По итогам 2022 года российский ВВП снизился на 2,2%. Это значительно ниже экспертных оценок западных агентств, которые прогнозировали спад ВВП на 20%.
По словам замглавы ФТС Руслана Давыдова, российский экспорт по итогам первых девяти месяцев 2022 года вырос на 25% ($431 млрд) относительно уровня 2021 года, при этом импорт снизился на 16% ($180 млрд). Напомним, что ФТС перестала публиковать данные по внешнему обороту в 2022 году.
Нажмут на других
Российские ведомства, к сожалению, засекретили в прошлом году многие важные статистические данные, которые помогли бы более аргументированно судить о ситуации в российской внешней торговле, сетует руководитель отдела макроэкономического анализа ФГ «Финам» Ольга Беленькая.
— Конечно, реакция экономики на жесткие санкции в прошлом году оказалась значительно мягче, чем предполагалось весной. Этому способствовали меры по стабилизации ситуации в финансовом секторе, благоприятная конъюнктура мировых цен на энергоресурсы в течение большей части года, переориентация российских внешнеторговых цепочек от традиционных партнеров на восточные рынки, рост бюджетных расходов почти на 26%, — поясняет аналитик.
Предварительная оценка платежного баланса за 2022 год, опубликованная недавно ЦБ РФ, косвенно подтверждает устойчивость внешней торговли, по крайней мере в стоимостном выражении, добавляет эксперт.
— Так, стоимостный объем экспорта товаров и услуг увеличился в прошлом году на 14%, а импорт товаров и услуг сократился лишь на 9%, причем после провала II квартала 2022 года он активно восстанавливался во II полугодии 2022 года, в том числе благодаря параллельному импорту, — добавляет она.
При этом, как считает эксперт, сильные показатели экспорта были обеспечены прежде всего благоприятной ценовой конъюнктурой и отсутствием эмбарго ЕС на российский нефтяной экспорт практически до конца года.
— Это позволило России постепенно перенаправлять экспортные потоки с западных рынков на рынки третьих стран (Индия, Китай, Турция). Физические объемы экспорта российской нефти, по словам вице-премьера Александра Новака, в прошлом году увеличились на 7%, добыча — примерно на 2%, экспорт СПГ вырос на 8%. В то же время, по данным «Газпрома», экспорт газа в дальнее зарубежье в прошлом году упал почти в 2 раза (на 46%), — отмечает Беленькая.
В других сферах добывающей промышленности, таких как угольная, металлургическая и древесная, сложилась более сложная ситуация из-за западных санкций и сопутствующих логистических ограничений.
— Осенью прошлого года первый вице-премьер Андрей Белоусов прогнозировал его сокращение примерно на 17%. Существенно пострадали производства, зависящие от импортных комплектующих, наиболее характерный пример — автопром, — подчеркнула она.
Россия вступила в 2023 год c девятью пакетами санкций ЕС, в том числе на поставки российской нефти и нефтепродуктов, а также с потолками цен на морские перевозки и страхование нефти и нефтепродуктов от стран G7, подсчитала собеседница издания. Стоит учитывать и общее замедление темпов мировой экономики.
— Как ожидается, они приведут к сокращению российского нефтегазового экспорта и, возможно, добычи нефти. Так, вице-премьер Александр Новак говорил о возможном сокращении добычи нефти в 2023 году на 500–700 тыс. барр./сутки (5–6%), а свежая оценка Международного энергетического агентства — сокращение добычи нефти на 1 млн барр./с. В декабре-первой половине января, по данным Минфина, средняя цена российской нефти Urals резко упала — до $46–50/барр. В то же время оперативные данные в СМИ показывают, что Россия адаптируется и к новым санкциям, увеличивая морской экспорт нефти, а ценовые перспективы нефти также улучшаются на фоне открытия экономики Китая и ожиданий «мягкой посадки» экономики США и ЕС, — дополняет специалист.
По замечанию Ольги Беленькой, новые пакеты санкций могут появляться по мере продолжающегося военного конфликта на Украине.
— При этом многие чиновники ЕС признают, что потенциал новых санкций уже близок к исчерпанию. Тем не менее санкционное давление может усиливаться через влияние инициаторов санкций на третьи страны с целью препятствования их обходу, — уточняет она.
Худшее позади
Теоретически дополнительные санкции в 2023 году вполне вероятны, комментирует управляющий партнер аналитического агентства «ВМТ Консалт» Екатерина Косарева.
— В любой ситуации всегда можно придумать, что еще ограничить. Другой вопрос, каков запас прочности стран, которые эти ограничения вводят. Из последнего наиболее чувствительный удар — это эмбарго на российские нефтепродукты, которое вступает в силу 5 февраля. По подсчетам испанского издания La Vanguardia, потребуется заместить 600 тыс. т российской продукции какой-то другой. Сейчас страны ЕС бешеными темпами запасаются российским дизелем впрок. Но насколько этого запаса хватит и где его хранить? Дефицит топлива неизбежно приведет к росту цен на дизель, подорожанию товаров и, как следствие, к разгону инфляции, — констатирует аналитик.
Эксперт не согласна с тем, что низкая доля ушедших из России иностранных компаний — результат того, что из страны сложно уйти.
— Те, кто захотел или был вынужден покинуть нашу страну, ушли, хоть и с миллиардными убытками, — продолжает она. — Но подавляющее большинство компаний осталось — не все оказались такими дружными, как международные автоконцерны. Они освободили простор в основном для китайских производителей.
По мнению собеседницы «Известий», очередных санкций не будет до оценки последствий нефтяного эмбарго.
— Впрочем, возможны варианты «показательных» санкций — пустяковых по сути. Возможно, персональные. К сожалению, правительства западных стран так или иначе будут искать способы ухудшить положение российской экономики, — резюмирует Екатерина Косарева.
Будут бить
Еще в момент введения санкций в феврале 2022 года их эффективность вызывала серьезные вопросы, полагает директор департамента корпоративных финансов ИК «ИВА Партнерс» Артем Тузов.
— Россия — крупнейший в мире экспортер. Экономика РФ выстроена для стабильного экспорта газа, нефти, угля, леса, продовольствия, удобрений и множества других, менее значимых продуктов и ресурсов. На фоне роста цен на коммодитиз, мирового энергетического кризиса и партнерских отношений РФ с Китаем, Индией и Турцией санкции западных стран, по сути, не могли работать. При этом стоит учесть, что экспорт ресурсов шел со скидками и при крепком рубле, так что Россия заработала меньше, чем могла бы без санкций, — объясняет аналитик.
Ситуация с импортом сложнее, отмечает эксперт.
— Потребовалось время запустить параллельный импорт и наладить кооперацию с китайскими производителями для замены импортной продукции из стран Запада. Комбинация параллельного импорта с ростом прямого импорта из Китая и Индии в целом позволила насытить спрос в РФ, — добавил он.
По мнению Тузова, новые санкции обязательно будут вводить и они останутся болезненными для обеих сторон.
— У стран Запада, с 1990-х активно внедрявшихся в экономику РФ, да и в мировую экономику, есть возможности больно ударить по РФ. Например, отключить все банки РФ от корреспондентских счетов в долларах и евро, а не только госбанки. Могут ввести блокаду для морских перевозок в порты и из портов РФ. В итоге, очевидно, санкции бьют в обе стороны, и за последствия экономической агрессии в адрес РФ страны Запада расплачиваются за счет граждан, фиксируя рекордную инфляцию, — заключает Артем Тузов.
