Перейти к основному содержанию
Прямой эфир
Главный слайд
Начало статьи
С чувством, с долгом
2018-06-25 15:27:54">
2018-06-25 15:27:54
Озвучить текст
Выделить главное
вкл
выкл

Директор-распорядитель Международного валютного фонда (МВФ) Кристин Лагард по итогам длительного разговора с президентом Украины Петром Порошенко объявила о продолжении «тесного сотрудничества» сторон. Фонду спешить некуда, а вот у Киева уже буквально горит под ногами земля. Под угрозой бюджет-2018, Украина потеряет миллиарды долларов, если не получит от МВФ в этом году запланированных кредитных средств. В последний год перед выборами это фактически самоубийство для власти. В непростых отношениях Украины и ее главных кредиторов разбирался портал iz.ru.

Как МВФ Украине деньги (не) давал

МВФ как главный финансовый и даже политический куратор стремительно вошел в жизнь Украины сразу же после государственного переворота зимой 2014 года. Попытки фонда закрепить свое присутствие в стране наблюдались и ранее, однако команда Януковича–Азарова была крайне осторожна на этот счет. Предыдущие власти Украины догадывались, что безусловное выполнение программы фонда хотя и принесет некие финансовые бонусы, но в целом будет стоить президенту (на тот момент) Виктору Януковичу второго срока. Поэтому проблемы в 2010–2013 годах решали иначе: брали долги под еще внушительный тогда экспорт, сдерживали курс гривны интервенциями, как могли договаривались с Россией о большом кредите и дешевом газе.

Новые власти договариваться с Россией не могли априори. Тратить на поддержку курса гривны золотовалютные резервы тоже оказалось невозможно ввиду отсутствия таковых. До сих пор неясно, то ли средства из казны вывели Янукович и его приближенные, то ли всё разграбили сами революционеры в первые дни после переворота, но факт в том, что в феврале-марте 2014 года денег у государства не было в принципе. Другие «партнеры» в долг революционерам давать отказались. Таким образом, МВФ оказался единственным «спасителем».

С 2014 года Украина и МВФ работали в рамках двух программ: Stand by (стабилизация) и EFF (программа расширенного финансирования). Основное их отличие в том, что кредиты, выданные в рамках Stand by, более краткосрочные. Скажем, в этом году Украина выплачивает МВФ $4,5 млрд. Это как раз возврат средств, полученных по программе Stand by в 2014–2015 годах ($4,6 млрд). Часть вернули в 2017-м, основной объем — в нынешнем году.

Президент Украины Виктор Янукович и президент РФ Владимир Путин (слева направо) во время церемонии подписания совместных документов 

Фото: ТАСС/Михаил Климентьев

В декабре 2013 года на тот момент президент Украины Виктор Янукович договорился с главой России Владимиром Путиным о кредитной линии в $15 млрд. Видимо, как раз столько и было нужно украинской экономике. И даже новая власть ничего в этих расчетах менять не стала, попросив МВФ о такой же сумме. В 2014 году транши выделяли на фоне романтики евромайдана (май) и под новоизбранного президента Петра Порошенко (сентябрь).

Но даже на фоне выданных $4,6 млрд курс гривны к концу года просел почти в два раза — с 8,5 до 15 гривен за доллар, а потом и вовсе обвалился ниже 30 гривен за доллар в феврале 2015-го. Третий транш ($5 млрд) подоспел уже в марте 2015-го, и пожар если не потушили окончательно, то основательно загасили. После этого МВФ формат работы с Украиной пересмотрел. Чиновники начали считать, что экономику страны достаточно стабилизировали.

Суть стабилизации в том, что выплаты по еврооблигациям перенесли на 2019–2020 годы. Также Украина получила на какое-то время хороший кредитный рейтинг, обеспеченный одним из самых крупных вливаний МВФ в экономику Украины — $6,7 млрд (2015 год). А вот дальше Киев получал транши, что называется, «в год по чайной ложке» — по $1 млрд в 2016 и 2017 годах. Итого суммарно вышло $13,3 млрд с 2014 года, хотя изначально по каждой из двух программ Украине обещали $15 млрд. Самым показательным был прошлый год. По плану Украина должна была получить сразу четыре транша — запланированные на 2017 год и не выданные в 2016-м. Но в итоге страна вернула МВФ больше, чем получила: $1,268 млрд и $1 млрд соответственно. Да и кредитор, в общем, не скрывает, что дает Украине деньги только для того, чтобы через несколько месяцев она их вернула.

Последний миллиард перевели еще в апреле 2017-го, то есть Украина уже 14 месяцев живет без поддержки фонда. Причина столь затянувшейся паузы — требования партнеров. Внезапно оказалось, что дальше деньги даются не просто так, нужно еще и что-то делать.

За последние годы западные партнеры требовали от Украины провести весьма болезненные для населения реформы — пенсионную, системы здравоохранения, непрямых субсидий на коммунальные услуги (цены на газ для населения), обеспечить большую приватизацию государственных активов. Кое-что из этого списка к неудовольствию жителей Украины в той или иной мере уже реализовано. Объясняются пожелания МВФ просто: всё это самые затратные статьи государственного бюджета. А дефицит — прямой риск невозврата долгов фонду.

Одно из самых громких требований в 2016–2017 годах — открытие рынка земли, по сути, распродажа знаменитых украинских черноземов. Сегодня этот вопрос из повестки временно убрали, но, если держать в голове опыт предыдущих реформ, возвращение непопулярной меры — вопрос времени. Видимо, в фонде поняли, что «украинского слона» нужно есть по частям: гораздо менее сложные реформы принимались Верховной радой по 2–3 года. Поэтому и денег Украине дают в последние годы мало.

Без МВФ — никуда

Правда, в украинском правительстве и национальном банке всё равно каждый год упорно строят планы получения кредитов на основе своих пожеланий. А ведь на этих эфемерных фантазиях верстается госбюджет, который потом надо выполнять. В прошлом году минфин для компенсации провала выпустил еврооблигации и урезать расходы бюджета почти не пришлось. В этом году для Украины всё будет гораздо сложнее.

Еще во время принятия бюджета на нынешний год весь финансовый блок правительства признавал, что работе с МВФ альтернативы нет, без его денег выплаты 2018 года покрыть нечем. Согласился с этим даже уволенный недавно министр финансов Украины Александр Данилюк, хотя еще прошлым летом он придерживался других взглядов. В многочисленных интервью он утверждал, что Украина кризис пережила, сотрудничество с фондом пора сворачивать, а новая программа сотрудничества в принципе не нужна.

В начале июня Данилюка уволили из-за конфликта с премьер-министром Владимиром Гройсманом, но перед уходом он успел предупредить, что Украине грозит секвестр бюджета на фантастические $4 млрд. $3,5 млрд из них Киев как раз ожидал получить от МВФ.

Министр финансов Украины Александр Данилюк

Фото: TASS/Zuma/Sergii Kharchenko

Сейчас основных камней преткновения два — создание антикоррупционного суда (закон уже принят) и очередное повышение цен на газ для населения. Причем первую проблему нельзя считать решенной: в фонде уже научены горьким опытом работы с Киевом и заявили, что очень внимательно изучат документ, который приняли в раде. Бдительность МВФ понятна: на самом деле под антикоррупционным соусом фонд продавил инструмент внешнего контроля украинской элиты, который в случае нужды позволит выдернуть из обоймы даже президента страны. Как минимум две критических правки фонд уже потребовал — реальное формирование суда до конца года и возвращение в закон «неожиданно» исчезнувшей после первого чтения нормы о возможности рассмотрения этим судом всех (а не выборочных) «антикоррупционных» дел.

Что касается цен на газ, поднять их фонд требует еще с прошлого года. Тогда МВФ удалось даже добиться от правительства принятия специального постановления. Там зафиксировано, что газ собственной добычи должен продаваться на внутреннем рынке по ценам газового хаба NCG (Германия) — так называемый импортный паритет. А правительство обязано пересматривать цену два раза в год и менять ее, если она изменяется более чем на 10%. Как раз после этого постановления Украина и получила очередной, пока последний миллиард от МВФ. Только вот к нынешнему моменту правительство отказывается выполнять свое постановление — ведь скоро президентские и парламентские выборы.

Уже сейчас можно предварительно оценить дальнейшие перспективы. Деваться Украине некуда: она это знает, и главное — это понимают в МВФ. Цены на газ выросли вместе с ценой на нефть. Удержать их на приемлемом уровне можно только отменой импортного паритета, но МВФ на это не пойдет.

Практика показывает, что выкрутить руки фонду теоретически можно, Украине это уже удавалось с пенсионной реформой. Но тогда этот процесс занял полтора года, а сегодня у Киева есть около трех месяцев, чтобы определиться. Вариантов немного: нужно либо сдавать все позиции и надеяться на $3,5 млрд, либо стоять на половинчатых уступках. В противном случае — полный отказ фонда, секвестр бюджета и уже не игрушечный дефолт со всеми вытекающими последствиями.

Перезанять, чтобы переотдать

В этом году Украина хочет взять в долг не только у МВФ. Еще в апреле замглавы национального банка Украины (НБУ) Дмитрий Сологуб анонсировал выпуск очередных еврооблигаций на $2,5 млрд. Пока непонятно, на когда планируется выпуск. Видимо, в сентябре, как и год назад.

Однако и тут есть нюансы. «Мы планируем выходить на внешние рынки заимствований, а без МВФ это будет стоить дорого, если это вообще возможно», — рассказывал Данилюк еще в должности главы минфина. То есть сначала транш, потом евробонды. Учитывая, что МВФ о своих планах Украине не докладывает, синхронизировать размещение облигаций будет непросто, и выпуск придется сдвигать к концу года. К тому же, даже если всё получится, этими $2,5 млрд не получится заменить деньги МВФ, это ясно видно из формулировки. Более того, министр оговаривается, что в $2,5 млрд Украина нуждается, исходя из текущих жилищно-коммунальных тарифов. Выше тарифы — больше нужно брать в долг.

Немаловажный момент — учетная ставка Федеральной резервной системы (ФРС) США. 13 июня она выросла на 0,25%. По прогнозам, до конца года она может вырасти еще на 0,5%. Это означает, что к годовой доходности украинских евробондов нужно будет прибавить 0,25–0,75% — в зависимости от того, когда их будут выпускать. То есть выпущенные в конце года бумаги будут самыми дорогими в обслуживании. В сентябре 2017 года Украина размещала облигации под 7,375% — достаточно дорого, ее облигации считаются рисковыми. В этом возможная вилка — 7,625–8,125%. И это в случае, если МВФ возобновит кредитование.

Уже в 2019 году Украина должна вернуть $6,47 млрд — это уже вместе с процентами. Год спустя — уже почти $6,9 млрд. Всего же в ближайшие четыре года Киеву предстоит отдать $17,74 млрд, плюс еще около $2 млрд в текущем. Суммы могут вырасти, если экономика Украины будет расти более чем на 3% в год. С 2019 года Украина будет возвращать отложенные в 2015-м долги по евробондам, условия реструктуризации были именно таковы: кредиторы получат бонус за терпение. Также в Киеве избегают говорить о долге перед Россией в $3 млрд (первый транш кредитной линии по договоренностям 2013 года, который новые власти не хотят отдавать), хотя этот вопрос может актуализироваться в любой момент.

Фото: РИА Новости/Александр Демьянчук

Как нетрудно заметить, в целом схема примерно такова. За счет кредитов МВФ Украина держит курс и имеет возможность покупать у экспортеров и населения валюту по достаточно выгодному курсу: курс импортеров сегодня на 4–5 гривен выше официального. Новыми кредитами она отдает старые долги, а на выкупаемую валюту обслуживает долги МВФ и международных кредиторов.

МВФ и евробонды — основные кредиторы. Есть еще ЕС, но он кредитует не так активно. Буквально недавно программу сотрудничества продлили, Украина получит €1 млрд двумя траншами в течение 2018–2020 годов. Зато это очень дешевый кредит, в среднем 1–2% годовых, но у него есть дополнительные условия. Одно в Киеве уже почти выполнили, оно общее у ЕС и МВФ — антикоррупционный суд. Также Украине придется наладить проверку электронных деклараций и отменить мораторий на экспорт леса — из-за этих условий ЕС недодал Украине €600 млн из прошлой аналогичной программы. Полный список требований довольно длинный, однако три этих вопроса — ключевые.

При этом важно, что больше к кредитованию Украины никто из международных игроков интереса не проявляет. Скажем, во времена Януковича этой темой активно интересовался Китай, между сторонами проходили даже вполне предметные переговоры.

Всё на выборы

Всё перечисленное не учитывает еще одной важной переменной — президентских и парламентских выборов 2019 года.

Выборы на Украине — это традиционно масштабное финансирование избирательных округов: каждый лояльный президенту страны депутат получит из бюджета деньги на свой проект (обычно от нескольких десятков до нескольких сотен миллионов гривен). Это такая давно отработанная технология, когда государственные деньги получается оформить только нужным власти народным избранникам. А значит, эти деньги придется заложить в бюджет 2019 года. Помимо этого, власти постараются подкупить избирателя: начнут неконтролируемо расти заработные платы и пенсии. Этот момент тоже отразится на бюджете следующего года, что делает его прогнозирование почти невозможным.

Избиратели голосуют на внеочередных выборах на одном из избирательных участков в городе Львове

Фото: РИА Новости/Павел Паламарчук

А уже это означает, что официальный Киев в ближайшее время активизируется в вопросах привлечения денег. А занимать стране будут довольно неохотно: у инвесторов перед глазами социальные проблемы, государственный переворот и, главное, отказ от выполнения обязательств перед Россией. Поэтому неудивительно, что специалисты ожидают резкого падения украинской валюты в следующем году. «Долговая экономика» имеет свою цену, и платят ее рядовые украинцы.