«Про рок»: Как Шахрин, Пантыкин и Бобунец искали себе смену
В прокате — «Про рок» Евгения Григорьева — один из лучших документальных фильмов года. Смешная и грустная история о молодых екатеринбургских музыкантах смотрится как емкое высказывание о «растерянном поколении», застрявшем между прошлым и будущим. На счету картины Гран-при документального конкурса на омском «Движении» и спецприз фестиваля «Окно в Европу» в Выборге.
В 2011 году режиссер Евгений Григорьев задумал снять кино о современной рок-сцене Екатеринбурга, некогда одной из столиц русского рока. Специально для фильма был объявлен открытый конкурс талантов, призванный выявить наиболее перспективные группы. В жюри собрались сплошь динозавры рок-музыки, среди которых Владимир Шахрин («Чайф») и Сергей Бобунец («Смысловые галлюцинации»). Но далее всё пошло не так, как планировалось. Собственно, катастрофа первоначального замысла и есть главная сюжетная линия фильма.
На призыв документалистов откликнулись сотни рок-групп со всего Урала. Увидев присланные видеообращения, оператор фильма бежал со съемок. Его преемники, когда настало время живых проб, просто вставили беруши. В течение нескольких дней перед жюри выступило около 300 коллективов. Под гитару и баян, шаманский бубен и скрипку молодые и не очень люди пели, прорыкивали или зачитывали свои песни про весну, солнце или «зеркало души». На этом фоне милый бэнд из школьниц, поющих про тяжесть расставаний, казался глотком свежего воздуха.
С каждой песней глаза Александра Пантыкина, «дедушки уральского рока», ширились от ужаса. На лице Сергея Бобунца застыла смесь недоумения и тоски. «Весь рок замешан на сексе. А его у них нет! Они же молодые люди — почему его нет?» — диву давался Шахрин в перерыве. Алексей Глазатов, тогда программный директор «Нашего радио», не стал юлить и откровенно сказал, что будущего для молодого русского рока не видит. Далее лаконичный титр сообщил, что на следующий день после проб финансирование картины приостановили. И это было только начало.
По итогам обсуждений жюри выбрало-таки из трех сотен три «бесспорные» группы — Cosmic Latte, «Сам Себе Джо» и «Городок Чекистов». Так как новых спонсоров в ближайшей перспективе не предвидилось, режиссер раздал музыкантам купленные в кредит камеры и предложил пока что поснимать себя самим. Это «пока что» растянулось на годы. Наконец деньги появились (помогли краудфандинг и Минкультуры), вернулся оператор, однако к тому моменту в жизни каждой из групп наступила черная полоса. Фильм о восхождении на рок-олимп превратился в летопись крушения иллюзий.
И более удачную картину о молодой рок-музыке теперь сложно даже придумать. Этим уральским мальчикам и девочкам не позавидуешь. Они росли, когда их земляки «Агата Кристи» и «Смысловые галлюцинации» гремели по стране. Ребята повзрослели и сами взяли в руки гитары, но оказалось, что эта музыка больше никому не нужна. Подавленные герои бредут на репетицию мимо афиш (где их постаревшие кумиры делят рекламное пространство со Стасом Михайловым и Oxxxymiron), упорно отказываясь признавать очевидное: рок перестал быть саундтреком эпохи.
К слову, режиссер сам себя от «растерянного поколения» не отделяет. Эпизоды чужих провалов Григорьев разбавляет кадрами спящих зрителей с премьеры своего предыдущего фильма. Что же до последней его работы, ей такая судьба не грозит. «Про рок» — кино, которое можно смело рекомендовать любому. Начинающим музыкантам — в первую очередь.
