Перейти к основному содержанию
Прямой эфир
Главный слайд
Начало статьи
За деньги и святыни
2017-10-20 16:45:19">
2017-10-20 16:45:19
Озвучить текст
Выделить главное
вкл
выкл

Кровавая война в Сирии втянула в свою орбиту миллионы людей — мирных жителей, мятежников, солдат правительственных войск и добровольцев из-за границы. Среди тех, кто сражается на стороне Башара Асада, — афганские хазарейцы-шииты. Они удерживали фронт в самые тяжелые недели войны и теперь идут вперед, освобождая города и деревни от боевиков «Исламского государства» (ИГ, запрещена в РФ) и непримиримой оппозиции. Об афганских солдатах сирийской войны знают куда меньше, чем они того заслуживают. Iz.ru решил это исправить.

Право еще нужно заслужить

Автор цитаты

«Я — бывший фермер из Афганистана. Когда мне надоело жить в нищете, я перешел без визы иранскую границу и устроился работать на каменоломню. В 2013 году меня арестовали по обвинению в наркоторговле, но это была ложь. Суд приговорил меня к шести годам тюрьмы. Я отсидел год, а потом к нам в камеру пришел человек в зеленой форме Корпуса стражей исламской революции (КСИР) и предложил искупить вину, отслужив два месяца в Сирии. Он сказал, что нам не придется воевать — только выполнять самые простые работы и стоять в карауле. В обмен мы получим по $700 в месяц и постоянный вид на жительство. В нашей камере согласились все».

Эту печальную историю Мурад Али Хамиди, бывший боец дивизии «Фатемийюн», сражающейся на стороне сирийского правительства, рассказал на камеру для западных СМИ в мае 2015 года. За несколько дней до этого боевики оппозиционной группировки «Джабхат аш-Шамия» откопали его из-под развалин дома в Алеппо, который Мурад со своими товарищами защищал до последнего. Мурада и его друга Саида Ахмеда Хусейна перевязали, накормили и представили журналистам. Их товарищам повезло меньше: никто из них этот бой не пережил.

 Район  Аль-Амрия в Алеппо

Фото: Global Look Press/Pau Rigol

История афганца, бежавшего от одной войны и попавшего против своей воли на другую, потрясла Европу. На короткое время Мурад превратился в звезду — цитаты из его интервью появились в крупнейших западных СМИ. Все сюжеты были выдержаны в одном духе: за Асада некому воевать, основная масса сирийского народа сражается против него, поэтому диктатор вынужден использовать наемников из Афганистана.

То, что шокирует европейцев, для иранцев, пославших Мурада в бой, — в порядке вещей. Право жить в Иране не получают даром: его нужно заслужить, и если необходимо — кровью.

Вечно гонимые

Хазарейцы — четвертый (до недавнего времени третий) по численности этнос Афганистана. Монголоиды-хазарейцы, считающие себя потомками воинов Чингисхана, сильно отличаются от своих соседей — пуштунов и таджиков. И не только внешне: большинство афганцев — сунниты, а хазрейцы — шииты. Этого достаточно для того, чтобы в охваченной войной стране постоянно находиться в группе риска.

 Религиозная процессия шиитов

Фото: Global Look Press/Ahmad Massoud

Хазарейцам, составляющим примерно 8% афганского населения, живется в Афганистане нелегко. Многие покинули страну еще в конце 1970-х, спасаясь от начавшейся войны. С тех пор поток беженцев не прекращался. Хазарейцев резали все кому не лень. Они сопротивлялись, создали собственное военизированное движение «Хизб-и-Вадат», но в итоге «Талибан» смел все попытки сопротивления.

Бежавшие из Афганистана хазарейцы оседали прежде всего в шиитском Иране, но многие перебрались в Сирию, где возникла хазарейская община численностью в несколько тысяч человек. Когда началась война, они, как и большинство религиозных и национальных меньшинств, поддержали правительство Асада: мятежники, в первые же недели атаковавшие их деревни, не оставили им другого выхода.

Именно на базе хазарейских отрядов самообороны, как утверждают сирийские власти, была сформирована бригада «Фатемийюн». В 2014-м она была развернута в дивизию. В том году из соседнего Ирана начали поступать подкрепления из этнических хазарейцев: правительственным войскам срочно требовалась живая сила, и аятоллы разумно рассудили, что лучше отправить в пекло войны афганских пришельцев, а не этнических иранцев. На тот момент в стране проживало более 3 млн афганцев, две трети из которых числились незаконными мигрантами, а значит, не могли получить образование, устроиться на нормальную работу, не имели шанса обзавестись водительскими правами и даже купить SIM-карту для телефона. Разумеется, для большинства из них предложение отправиться в Сирию было даром Божьим.

Ради денег и веры

Автор цитаты

«Я работал на стройке — мы возводили богатый квартал на севере Тегерана, — рассказывал, глядя прямо в камеру, Саид Ахмед Хусейн, беженец из Афганистана. — Внезапно полиция устроила рейд и арестовала 150 нелегальных мигрантов-хазарейцев. Я был один из них. Потом пришли пасдары (члены КСИР. — iz.ru) и предложили деньги и вид на жительство, если мы добровольно отправимся в Сирию. Если не согласимся, сказали они, нас всё равно туда пошлют. Все, конечно, согласились».

История Хусейна типична для части хазарейцев, сражающихся в Сирии. Нарушение режима пребывания, арест и предложение, от которого, конечно, можно отказаться, — но после этого депортация на нищую и раздираемую войной родину. По словам очевидцев, бывшим заключенным платят меньше, чем другим, — они, по сути, воюют за свободу. Тегеран это категорически отрицает: по словам иранских властей, все, кто едет воевать в Сирию, делают это исключительно добровольно.

Фото: REUTERS/Omar Sobhani

Многие пошли сражаться ради денег. В Иране чернорабочий-хазареец без прописки и вида на жительство получает около $300 в месяц, в Сирии он может заработать сразу $700, а если повезет, то и больше.  К тому же из Сирии он вернется не бесправным беженцем, а уважаемым человеком. Обычный срок контракта — два месяца, но ничто не мешает его продлить. Семьи погибших афганцев получат иранское гражданство — соответствующее решение недавно приняло правительство страны.

Еще один крупный источник бойцов для «Фатемийюна» — собственно Афганистан. В одном только Кабуле действует целая сеть так называемых турагентств, тесно связанных с иранским посольством, которое к тому же активно работает с муллами шиитских мечетей. Людям, которые среди военных невзгод горбатятся на своем клочке земли, с трудом зарабатывая около $25 в месяц, предлагают огромную по местным меркам сумму — от $500 до $700 (да и не только по местным — даже боевики сирийской оппозиции, которую поддерживают США, получают зачастую меньше $100). Среди набранных, как сообщает афганское агентство ToloNews, есть несовершеннолетние подростки и даже бывшие талибы, покинувшие ряды движения из-за внутренних разногласий, но не утратившие боевого пыла. «Мы хотим отправиться в Сирию по двум причинам: во-первых, чтобы убивать тех, кого поддерживает Америка, а во-вторых, Иран обещает нам заплатить, — заявил один из них в интервью CNN. — Те, кто борется с режимом Асада, — слуги Америки, поэтому мы хотим сразиться с ними и их убить».  

Автор цитаты

Афганское правительство до недавнего времени смотрело на эту практику сквозь пальцы: Кабул не хотел портить отношения с Тегераном. «У МИДа нет официальных данных о том, что афганцев заставляют воевать в Сирии, — заявил официальный представитель МИД Афганистана Шикиб Мустагни. — В интернете можно написать всё что угодно. Но мы тщательно следим за афганцами, воюющими в Сирии, и делаем всё, чтобы спасти их жизни».

Лишь сравнительно недавно правительство Афганистана наконец потребовало от иранцев прекратить вербовку своих граждан, пригрозив подать жалобу Верховному комиссару ООН по делам беженцев, а афганская разведка задержала нескольких руководителей «турагентств». Тегеран ответил, что никого не вербует, задержанных отпустили, и дело заглохло.

Но ударную силу дивизии «Фатемийюн» составляют вовсе не эти люди. Костяк дивизии — сирийские хазарейцы, дерущиеся за свое выживание, и настоящие добровольцы-шииты, для которых война против ИГ — это борьба с абсолютным злом, которое хочет уничтожить их веру, их семьи и их самих.

Автор цитаты

«Хазарейцы сражаются в Сирии, чтобы защитить свои святыни, — заявил в интервью The Los Angeles Times шиитский мулла-хазареец Мухаммед Амири. — Нам безразличен режим Башара Асада. Мы сражаемся за шиитское дело против ИГ. А деньги — лишь приятное дополнение для тех, кто дерется против абсолютного зла». «Я пошел воевать, чтобы защитить невинных шиитов Сирии, — рассказал The Guardian другой доброволец — 24-летний Мохсен. — ИГ не знает милосердия. Боевики убивают всех, включая детей и стариков».

Закалка-тренировка

Откуда бы ни пришел человек в «Фатемийюн», дальше его путь лежит в один из тренировочных лагерей КСИР. Большинство новобранцев там учат самому необходимому — стрелять из автомата, пулемета и гранатомета, метать гранаты, рыть траншеи и пользоваться рацией. Особо перспективные становятся танкистами и снайперами. Длительность курса — от 10 до 25 дней. Многим подготовка не нужна: они уже имеют боевой опыт — сражались против советских войск в Афганистане или на иранской стороне в войне с Ираком.

Фото: Global Look Press/Ammar

Рука об руку с боевой подготовкой идет политическая. Офицеры объясняют будущим солдатам, что они едут сражаться против сил абсолютного зла и что враг — озверевшие от крови животные, режущие головы пленным. Особых трудностей с идеологической работой нет: новобранцы довольно слабо представляют обстановку в Сирии, не говорят по-арабски, большинство из них никогда не выезжали за границу Афганистана и Ирана и едва умеют читать и писать, зато являются набожными шиитами. Идеологическая обработка продолжается и когда новобранцы уже попали на передовую: для них устраивают регулярные экскурсии к святыням в Сирии.

После курса подготовки воинов «Фатемийюна» перебрасывают на базу под Дамаском, где они получают оружие и униформу. И уже после этого отправляются в бой.

Те, кто не сдается

Нет, пожалуй, ни одного известного сражения в Сирии, в котором бы не участвовали хазарейские бойцы. В критические моменты начала войны ими затыкали разорванный фронт после дезертирства или бегства с позиций сирийских частей. Еще до того как в игру вступили российские ВКС, хазарейцы большой кровью добывали победы для Сирийской арабской армии.

Афганцы дрались под Дамаском и Хамой, держали позиции в Латакии и Хомсе, сражались в Дейр-эз-Зоре и наступали на Пальмиру. Звездным часом для «Фатемийюна» стало сражение за Алеппо: они удержали фронт в уличных боях, а после этого стали основной ударной силой контрнаступления, позволившего освободить город.

 Защищая контрольно-пропускной пункт в заброшенном здании Алеппо.

Фото: Global Look Press/Eduardo Martins

Автор цитаты

 «Иногда у нас не было ни запаса, ни воды, ни хлеба, — вспоминает один из бывших солдат «Фатемийюна». — Мы были легкой пехотой, от нас требовалось пройти 20–30 км, чтобы встретиться с врагом, а потом сразиться с ним. Мы отбивали самые укрепленные позиции, несли потери, передавали отбитое сирийским солдатам — а они сдавали их боевикам ИГ обратно через день или два».

Сложно судить, сколько правды в этих обвинениях. Но сражавшиеся с ними боевики подтверждают: афганцы — отличные бойцы

Автор цитаты

«Они крайне стойкие, передвигаются быстрее, чем мы, и дерутся до последнего — даже после того, как их окружают, и не сдаются. Но впадают в панику, когда теряют связь со штабом, — рассказывал западным журналистам один из полевых командиров оппозиции, Абу Хассанаин. — Их сопротивление было отчаянным. Даже когда оно теряло всякий смысл, они не сдавались. Нам ничего не оставалось, кроме как взорвать дом, где они оборонялись».

Вы еще пригодитесь

Конечно, воюют не одни только хазарейцы. Численность «Фатемийюна», даже по самым смелым подсчетам, представленным западной прессой, составляет не более 20 тыс. человек (гораздо ближе к реальности другая цифра — 3–4 тыс.; впрочем, не стоит забывать, что афганцы сражаются и в рядах других подразделений). Основную тяжесть войны вынесли на себе сирийская армия и отряды ополчения, в рядах которых входят также добровольцы из Ирака, Пакистана и Йемена. Но именно хазарейцы — самая  крупная иностранная этническая группа, воюющая на стороне правительства.

Но, разумеется, хазарейцы — это живые люди, а не терминаторы. Несмотря на стойкость большинства бойцов этой этнической группы, находятся и те, кто не выдерживает тягот войны. В 2015–2016 годах чиновники ЕС обнаружили среди потока мигрантов с Ближнего Востока немало хазарейцев, дезертировавших из «Фатемийюна». Их мотивы понятны: в Европе заработать можно куда больше, к тому же нет опасности вернуться домой в гробу. Плюс куда меньше переживаешь за оставшихся в Афганистане родственников. В июле 2016-го боевики ИГ устроили взрыв во время митинга хазарейцев в Кабуле. Тогда 80 человек погибли, 231 получил ранения. Это была месть всему народу — как объяснили исламисты, расплата за успехи «Фатемийюна».

Фото: Global Look Press/Bassim

По примерным подсчетам, за время войны в Сирии погибли сотни хазарейцев. Их семьи теперь получат гражданство, выжившие и вернувшиеся — круглые суммы. Но иранские аятоллы, отправившие афганских единоверцев воевать в Сирию, получат куда больше: боевой лояльный резерв, прошедший огонь и воду, который можно в будущем использовать там, где это потребуется Тегерану, — к примеру, в Афганистане, когда оттуда наконец уйдут американские войска.

Читайте также