Перейти к основному содержанию
Прямой эфир
Общество
Вся актуальная информация по коронавирусу ежедневно обновляется на сайтах https://стопкоронавирус.рф и доступвсем.рф
Мир
На Украине назвали невозможным возврат Крыма и вступление в НАТО
Мир
Гаврилов счел несерьезными угрозы отключения России от SWIFT
Происшествия
В Якутске на мужчину напала стая собак
Общество
В Москве за сутки госпитализировали 1040 пациентов с COVID-19
Мир
МИД раскритиковал заявление Лондона о «планах» РФ сменить власть на Украине
Мир
Подавшего в отставку главу ВМС ФРГ Шёнбаха внесли в базу «Миротворца»
Мир
В КНР выявили 72 человека с COVID-19 среди прибывших на Олимпиаду
Спорт
Мужская сборная России по биатлону завоевала серебро на этапе Кубка мира
Мир
Украина пригрозила ФРГ многолетней обидой из-за отказа поставить оружие
Мир
Захарова отметила подготовку Запада к ряду крупных провокаций
Главный слайд
Начало статьи
Пуща прежнего: каким стал 1991 год для советской империи
2021-12-05 22:13:49">
2021-12-05 22:13:49
Озвучить текст
Выделить главное
вкл
выкл

Весной 1991 года, проголосовав на референдуме за сохранение СССР, эти же избиратели — граждане Советского Союза — к концу года массово поддержали курс на независимость своих республик. Что заставило их резко изменить мнение? Каким виделось будущее Страны Советов американским политологам и что они думали о Ельцине? Почему Назарбаев не приехал в Беловежскую Пущу и как СНГ получился «союзом славянских республик»? О событиях 30-летней давности рассказывают участники процесса распада СССР и документы того времени.

Святая Русь против Советского Союза

В 14 часов 6 февраля 1991 года в кабинете №216 офисного центра сената США в Вашингтоне собралась группа американских парламентариев и экспертов, чтобы обсудить перспективы Советского Союза. Прояснить ситуацию пригласили ведущего идеолога внешней политики Штатов Збигнева Бжезинского. Он рассказал: «Сегодня в Советском Союзе иметь национальное сознание означает автоматически быть почти антикоммунистом и антиимпериалистом. 65 млн из 290 млн живут за пределами своих этнических домов. Это создает всё больший поток беженцев и этнического насилия. Поэтому проблему невозможно решить быстро, просто выступая в защиту мгновенного самоопределения наций».

По словам Бжезинского, президент СССР Михаил Горбачев ни за что бы не отступил. «Остается два последних окопа, которые он будет защищать до конца, — пересказывал Бжезинской советского президента. — Он сравнивает их с битвами за Ленинград и за Москву. Эти два последних окопа — социализм, особенно в области собственности на землю, и многонациональное государство, управляемое из центра».

Фото: РИА Новости/Юрий Абрамочкин

Бжезинский констатировал, что Западу ничего не оставалось, кроме как сделать ставку на председателя Верховного Совета РСФСР Бориса Ельцина. «Мы должны сделать шаги, которыми покажем, что поддерживаем Ельцина, — объявил сенаторам Бжезинский. — Потому что именно русский народ сделает решающий выбор между демократией и империей, между процветанием и нищетой. И мы должны поддержать демократические силы в России».

Отставной генерал-лейтенант Уильям Элдридж Одом выразился еще более поэтично: «С прошлого лета структура российской политики стала «святой Борис из святой Руси против товарища Горбачева из Советского Союза».

Таким американцы видели состояние умов в СССР в год его распада, и эту оценку всерьез не оспаривают. Ее подтвердило главное событие весны 1991 года — первый и последний в истории СССР общесоюзный референдум 17 марта.

Весна: «парад референдумов»

Михаил Горбачев не без оснований считал, что советский народ на самом деле не хочет разбегаться по национальным квартирам и проголосует за целостность СССР. Формально так оно и вышло. На вопрос «Считаете ли вы необходимым сохранение Союза Советских Социалистических Республик как обновленной федерации равноправных суверенных республик, в которой будут в полной мере гарантироваться права и свободы человека любой национальности?» положительно ответили 76,43% избирателей. Но этот впечатляющий результат оказался средней температурой по больнице.

Фото: ТАСС/Юрий Лизунов

Шесть республик бойкотировали референдум. Эстония, Грузия и Армения провели свои референдумы о восстановлении независимости, Латвия и Литва — всенародные опросы на ту же тему. Во всех этих республиках независимость «выиграла» у СССР с разгромным счетом. Исключения составили русскоязычные районы и самопровозглашенная Южная Осетия, которые проголосовали за Союз почти со стопроцентным результатом на референдумах, организованных местными властями вопреки воле республиканских. Молдавия своих голосований не проводила и от общесоюзного воздержалась.

В «послушных» республиках картина была неоднозначной. В Нагорном Карабахе отказалось голосовать армянское население. В Казахской ССР формулировку вопроса сократили до «Считаете ли вы необходимым сохранение Союза ССР как союза равноправных суверенных государств?». На Украине добавили второй вопрос: «Согласны ли вы с тем, что Украина должна быть в составе союза советских суверенных государств на основе декларации о государственном суверенитете Украины?». На второй вопрос положительно ответивших оказалось даже больше, чем на первый, — 80%. Причем, как отметили составители документального сборника «Распад СССР», «поддержка республиканского вопроса в областях, где русские составляют большинство или почти большинство, превзошла 80%». Но на первый вопрос положительно ответили в Киеве всего 44% голосовавших, а во Львовской области — 16,4%.

Фото: ТАСС/Александр Косинец

Единственной из всех территорий СССР, принимавших участие во всесоюзном референдуме, против сохранения Союза проголосовала Свердловская область. Оставить Россию в Союзе хотели 49,33% избирателей этого уральского региона и всего 34,17% свердловчан. Решением Верховного Совета РСФСР в тот же день, 17 марта, прошел российский референдум о введении поста президента РСФСР. Более 70% россиян ответили «да» — понятно, кого видели на этом посту жители Свердловской области, бывшей вотчины Бориса Ельцина. И 12 июня он был избран первым президентом РСФСР.

— Советский Союз можно было спасти, поставив в его главе Ельцина, — считал в то время депутат Верховного Совета РСФСР Сергей Бабурин. — Он скрутил бы головы всем противникам СССР, чтобы удержать личную власть.

Поначалу союзные власти пытались воспользоваться подтвержденной референдумом легитимностью. В апреле Михаил Горбачев в своей резиденции в Ново-Огарево собрал лидеров девяти сохранявших верность республик, чтобы создать договор «О Союзе Суверенных Республик», основанный на итогах референдума. Новый Союзный договор должен был заменить прежний, заключенный на заре Советской власти, в 1922 году. Подписание договора назначили на 20 августа.

Лето: если бы не путч

Фото: РИА Новости/Сергей Субботин

Начиная с 6 утра 19 августа по радио, а затем по телевидению в стране объявили о введении чрезвычайного положения. Вместо приболевшего (как было объявлено) президента Михаила Горбачева бразды правления взял в свои руки Государственный комитет по чрезвычайному положению во главе с вице-президентом Геннадием Янаевым. В столицу ввели войска. В обращении к народу ГКЧП апеллировал к результатам референдума, провозгласив верховенство Конституции и законов СССР на всей территории страны. В результате приверженность Союзу стала отождествляться с танками на улицах и комендантским часом. Число сторонников ГКЧП оказалось ничтожным, и режим продержался всего три дня.

Стойкий боец за сохранение СССР Сергей Бабурин считает, что у ГКЧП были шансы повернуть историю вспять.

— Если бы не Янаева, а Назарбаева избрали вице-президентом СССР, на чем настаивали многие народные депутаты, то в августе 1991 года Горбачев был бы не изолирован, а арестован, и Советский Союз был бы сохранен, — убежден политик.

Михаил Горбачев вернулся из крымского заточения уже в другую страну. 5 сентября Съезд народных депутатов СССР принял закон об органах государственной власти «в переходный период» — таким образом, вербализовав на высшем уровне обреченность Союза на исчезновение. На следующий день СССР признал выход из своего состава трех прибалтийских республик.

Фото: РИА Новости

Союзные органы власти теряли полномочия, а местные зачастую просто игнорировали распоряжения центра. Последний министр финансов СССР (в ранге исполняющего обязанности) Владимир Раевский в письме Верховному Совету подвел неутешительный итог исполнения бюджета к сентябрю 1991 года. Чиновник напомнил, что Верховный Совет утвердил союзный бюджет на 1991-й в размере 250,1 млрд рублей дохода и 276,8 млрд расхода. Его прогноз годовой суммы доходов составил 112,1 млрд — то есть меньше половины плана. Во внебюджетный фонд стабилизации экономики на 1 сентября поступило 5,4 млрд рублей, а должно было в 10 раз больше. «Республики принимали законодательные акты, перенаправлявшие налоговые потоки в свои бюджеты», — писал главный финансист СССР и просил срочно принять меры.

Осень: операция «Конфедерация»

С точки зрения советского президента, которого считали гением кабинетных игр, спасение СССР могло стать результатом правильных политических ходов за закрытыми дверями. Михаил Горбачев попытался вернуть республиканских лидеров, пусть многие из них к тому времени уже именовались президентами союзных республик, в процесс подписания Союзного договора. В Ново-Огарево он предложил своим гостям новый проект документа.

— Горбачев назвал конфедерацией систему, в которой он всё равно оставался самым большим начальником, — рассказал «Известиям» Станислав Шушкевич, возглавлявший тогда Верховный совет Белорусской ССР. — 20 октября он привез в Ново-Огарево проект такого договора. Я ему сказал в очень вежливой форме: «Мне спорить с вами трудно, но в нашем Верховном совете очень грамотные депутаты, они спросят с меня, что я подписал. Я такое не подпишу». И никто не подписал. Горбачев возмутился и вышел.

Фото: РИА Новости/Игорь Костин

«Осень» Советского Союза закончилась 1 декабря, когда он лишился еще одной опоры — Украины. В этот день в республике прошел референдум в поддержку принятого в августе Акта о независимости Украины — за проголосовали больше 90% жителей. В этот же день состоялись выборы президента независимой Украины, победил Леонид Кравчук, все кандидаты выступали за выход из СССР.

Зима: трое в Пуще

По версии «хозяина» Беловежского процесса Станислава Шушкевича, его гости прибыли на бывшую базу отдыха ЦК КПСС «Вискули», чтобы решить чисто техническую проблему.

— Я и премьер Вячеслав Кебич считали, что в Советском Союзе много хорошего, и мы совершенно не замахивались на него, — рассказал «Известиям» Станислав Шушкевич. — У нас и у Украины имелись проблемы с топливом на зиму, нам нужны были ресурсы сверх того, что выделялось. Такой вопрос решался на уровне президента СССР, но мы не хотели давать Горбачеву очки.

Всесоюзными ресурсами, включая топливно-энергетические, уже по факту мог распоряжаться Ельцин, но формально он не имел таких полномочий. Как рассказал Шушкевич, поэтому в «Вискули» вместе с Ельциным и Кравчуком прибыли очень мощные делегации, включающие, помимо экспертов, республиканских министров, которые могли подписывать горизонтальные хозяйственные соглашения.

Фото: РИА Новости/Юрий Иванов

— Мы пришли к выводу, что у нас нет иного законного хода, кроме как просить Горбачева разрешить Ельцину нам помочь, — отметил Шушкевич. — И тогда появился Бурбулис (Геннадий Бурбулис — тогда госсекретарь РСФСР. — «Известия») и спросил, согласились бы мы вписать фразу, которая потом станет шедевром дипломатии конца второго тысячелетия: «Советский Союз как геополитическая реальность и субъект международного права прекращает свое существование». Я первый закричал, что согласен.

Как считает Шушкевич, поскольку все согласились с этой фразой, стороны легко подписали договор о создании равноправного Содружества Независимых Государств. А российский президент и его министры получили право направить энергоресурсы в замерзающие Украину и Белоруссию. Топливная проблема в итоге решилась.

— Если СССР прекращает свое существование, то у Горбачева ничего спрашивать не нужно. Он вообще был не нужен, — пояснил Шушкевич.

Президент Казахской ССР Нурсултан Назарбаев был крупным игроком на союзном поле, и его отсутствие в Беловежской Пуще 6–8 декабря беспокоило «заговорщиков».

— Мы решили, что нехорошо, что в СНГ участвуют только славянские республики, — рассказал Станислав Шушкевич. — Мы позвали Назарбаева. Была удобная ситуация: он как раз летел в Москву. Мы связались с самолетом, он обещал прилететь. Но вдруг связь прекратилась. Потом выяснилось, что Назарбаева задержал Горбачев, пообещав должность председателя Верховного Совета в обновленном Советском Союзе. Горбачев сам признал это в телеинтервью несколько лет спустя.

Фото: РИА Новости/Дмитрий Донской

По мнению Сергея Бабурина, всё было наоборот. Михаил Горбачев поддерживал игру славянских республик, а Нурсултан Назарбаев, попади он в «Вискули», мог ее сломать.

— В декабре 1991 года Горбачев сделал всё, чтобы Беловежское соглашение было подписано, — убежден Сергей Бабурин. — Он помешал принять меры по пресечению заговора — ряд руководителей силовых подразделений в ночь на 8 декабря предлагали ему арестовать заговорщиков. Горбачев остановил Назарбаева, который мог изменить ход событий — он уже делал это. Весной 1991 года, когда Ельцин в первый раз пытался подписать документ между Россией, Украиной, Белоруссией и Казахстаном, который уничтожал Советский Союз, Назарбаев жестко выступил против. Его поддержал тогдашний председатель Верховного совета Белоруссии Николай Дементей и, поколебавшись, именно к ним, а не к Ельцину, примкнул Кравчук. Это могло повториться и в Беловежской Пуще. С какими помыслами Назарбаев хотел туда лететь, думаю, сегодня он и сам не скажет. Но чтобы он не дрогнул, Горбачев остановил его в Москве.

12 декабря Верховный Совет РСФСР ратифицировал Беловежские соглашения.

Нет воли

Депутат Сергей Бабурин оказался единственным, кто попытался с трибуны отговорить коллег от ратификации Беловежских соглашений.

Фото: РИА Новости/Александр Макаров

— Но при голосовании меня поддержали только шесть человек. Абсолютное большинство даже противников Ельцина проголосовали за Беловежские соглашения, — рассказал он. — Ключевой задачей для многих было избавиться от Горбачева любой ценой, а потом обратно соберемся, думали они. Убедить, что потом собираться будет трудно, мне не удалось.

Доктор исторических наук Александр Шубин считает, что объективно окно возможности реинтеграции сохранялось еще долго, но воспользоваться им не получилось.

— Вся инфраструктура Советского Союза работала еще и в 1992 году, а в чем-то и позднее, — заметил эксперт в беседе с «Известиями». — Она распиливалась постепенно. Возможность реинтеграции сохранялась даже в XXI веке, если бы была на то политическая воля.

12 декабря 1991 года Российская Федерация стала независимым государством. Но вопреки почти единодушному голосованию депутатов Верховного Совета и эйфории, царившей в рядах борцов за независимость, большинство россиян продолжали ощущать свою принадлежность к чему-то большему, чем новое государство.

18 декабря 1991-го на стол первого зампреда Верховного Совета РСФСР Сергея Филатова легло письмо из профильного комитета с результатами замера общественного мнения. Как оказалось, Верховному Совету СССР доверяли 9%, а ВС РСФСР — 21% только что получивших независимость россиян, правительству СССР — 10%, РСФСР — 15%. Оставались только две силы, которые имели массовую поддержку. Вооруженные силы Советского Союза пользовались полным доверием 43% жителей республики, Московский патриархат РПЦ — 55%. Советская армия и церковь в то время были выше границ.

Читайте также