Перейти к основному содержанию
Реклама
Прямой эфир
Армия
Наследники прозванных «Черными ножами» танкистов рассказали «Известиям» о традициях
Мир
В Таиланде одобрили проект письма о намерении страны вступить в БРИКС
Общество
С начала 2024 года Роскомнадзор заблокировал 30 тыс. мошеннических сайтов
Экономика
Прибыль девелоперов предложили ограничить из-за роста цен на жилье
Мир
Байден посетит Францию по случаю годовщины высадки союзников в Нормандии
Общество
СДЭК могут обязать выплатить неустойки за задержку посылок
Мир
Лидера партии «Шанс» Лунгу выпустили из аэропорта Кишинева после задержания
Политика
Лукашенко подписал закон о приостановке действия ДОВСЕ
Общество
В Росавиации назвали причину экстренной посадки Ми-8 в Мурманской области
Общество
Вдова военкора «Известий» Еремина напомнила о его ключевом качестве
Спорт
ФК «Рубин» продлил контракт с главным тренером Рашидом Рахимовым до 2026 года
Мир
В Армении приостановили вещание российского Первого канала
Спорт
Погодин и Никулин встретятся на ринге в новой суперсерии «Бойцовского клуба РЕН ТВ»
Мир
Захарова обвинила в задержании лидера оппозиционной партии «Шанс» Лунгу режим Санду
Экономика
Минфин предложил повысить налог на прибыль организаций до 25%
Экономика
Минфин предложил увеличить порог для применения УСН по доходам до 450 млн рублей
Мир
Госдеп подтвердил запрет на удары ВСУ оружием США вглубь России
Главный слайд
Начало статьи
Озвучить текст
Выделить главное
вкл
выкл

Повторный референдум в Крыму под наблюдением международных организаций мог бы разрешить противоречия между западными странами и Россией. Об этом «Известиям» заявил член верхней палаты британского парламента от Консервативной партии лорд Ричард Бэлф. Он подчеркнул, что исход народного голосования подтвердит итоги референдума 2014 года. В интервью, которое лорд Бэлф дал в разгар борьбы за пост лидера Консервативной партии и премьер-министра страны, он также поделился соображениями о Brexit, рассказал, как относится к идее подключить Британию к «нормандскому формату», и объяснил, почему отношения Лондона и Москвы никогда не были дружескими.

— Вы лично за или против выхода Британии из Евросоюза?

— Я категорически против этого.

— Почему?

— На мой взгляд, довольно глупо выходить из международного объединения, где мы обладаем большим влиянием, чтобы оказаться в ситуации, когда у нас не будет никакого влияния вообще. Мы все должны работать вместе — это сделает всех нас сильнее, но после Brexit мы окажемся сами по себе и больше не сможем участвовать в принятии коллективных решений.

— Сейчас Великобритания верно движется к тому, чтобы покинуть ЕС 31 октября 2019 года. Тем не менее существует ли вероятность того, что Лондон все-таки отзовет действие ст. 50 Лиссабонского договора — в этом пункте прописана процедура выхода страны-участницы из Европейского союза?

— Будет очень сложно отменить ее действие, поскольку в парламенте нет большинства, которое могло бы это сделать. Поэтому, похоже, мы будем вынуждены выйти из Евросоюза.

— Парламентское большинство не одобрило ни один из предложенных вариантов работы с ЕС. Палата общин отвергла порядка восьми сценариев «развода» с Брюсселем. Теперь на смену Терезе Мэй, вероятнее всего, придет экс-мэр Лондона и бывший глава МИД Великобритании Борис Джонсон. Как вы оцениваете его перспективы на посту премьера?

— На данный момент он один из наиболее вероятных кандидатов на эту должность. Вполне вероятно, что Борис Джонсон победит в этой гонке. Он пообещал, что под его руководством Brexit будет завершен. Думаю, он приложит все усилия, чтобы довести до конца дело, начатое его предшественниками.

Плакаты в поддержку Brexit у здания парламента в Лондоне

Плакаты в поддержку Brexit у здания парламента в Лондоне

Фото: REUTERS/Toby Melville

— Эксперты говорят, что новый премьер может столкнуться со следующей дилеммой: либо досрочные парламентские выборы, либо второй референдум о членстве в ЕС. Насколько она обоснованна и какой из двух вариантов предпочтительнее?

Лично я бы предпочел второй референдум. Мы бы получили другой результат, поскольку сейчас люди поняли, насколько ужасающие масштабы приняло всё это предприятие. Лейбористская партия, напротив, хочет досрочные выборы, потому что в этот раз она победит. Но, скорее всего, ни тот ни другой сценарий не случится.

— Для консерваторов еще один референдум — это меньшее из двух зол. Но что если его исход будет таким же, как в 2016 году, когда с перевесом в 3,7% победу одержали сторонники Brexit? Не усугубит ли это и без того сильный раскол в стране?

Думаю, выход из Евросоюза состоится в любом случае и никакого второго референдума не будет. И да, в конечном счете, страна будет разделена. Это деление на средний и рабочий классы.

— Как можно было бы остановить этот раскол и вновь объединить страну?

— С большим трудом, и сейчас я не уверен, что знаю ответ на этот вопрос. Дело в том, что обе партии (консерваторы и лейбористы. — «Известия») поддерживают Brexit. Мы живем в эпоху, когда мнение отдельных людей, таких как я, больше не имеет реального веса.

— Создается впечатление, что в последние месяцы Brexit — единственная тема, которая стоит на повестке дня. Что происходит с другими направлениями — с международной политикой, например?

— Вы правы, всё внимание приковано к Brexit. И сейчас на международном уровне мы не делаем ничего. Это вызывает большое сожаление.

Бывший глава МИД Великобритании Борис Джонсон

Бывший глава МИД Великобритании Борис Джонсон

Фото: REUTERS/Henry Nicholls

— Как внутриполитическая ситуация в Британии влияет на ее отношения с Соединенными Штатами?

— Не особо. К примеру, в начале июня в Великобританию приезжал Дональд Трамп, и всё прошло достаточно хорошо. Но сейчас в целом никто не уделяет внимания внешнеполитической повестке.

— Как изменятся отношения Лондона с его ближайшим союзником после Brexit?

— Это зависит от того, как люди будут двигаться дальше. Если мы будем просто сидеть в стороне и жаловаться, далеко мы не уйдем. В Британии есть группа людей, кто выступает за ее самоизоляцию. В частности, они считают, что все иностранцы должны покинуть страну и оставить ее в покое, что с учетом современных реалий совершенно непрактично.

— Несмотря на то, что мировая политика сейчас не входит в приоритеты Лондона, тема влияния внешних игроков на внутренние дела актуальна всегда. Какую роль здесь играет так называемый российский фактор?

Боюсь, в Соединенном Королевстве прослеживается тенденция, при которой многие политики соревнуются между собой в сквернословии в адрес России. Нет сбалансированного подхода к этой стране. В Великобритании всегда была группа людей, которым был необходим внешний враг, и на протяжении долгого времени Россия была очень удобным кандидатом на эту роль. В любом случае это не очень разумный подход для всей Европы.

Проблема в том, что, если следующее правительство будет видеть Россию как врага и продолжит провокационные действия, ничего хорошего из этого не выйдет.

— Получается, действия предыдущего кабинета, по вашим словам, можно расценивать как провоцирующие?

— Думаю, в Великобритании есть группа людей, которые с радостью готовы провоцировать Россию. На мой взгляд, Россия далека от совершенства, но мы должны работать вместе. Потому что Великобритания также несовершенна. Мы живем на одном континенте, в общем пространстве, и, что очень важно, мы являемся частью христианского Запада.

Сейчас наступил тот момент, когда мы все должны работать вместе с пониманием того, что наибольшим вызовом сегодня является Китай.

Совместная пресс-конференция президента США Дональда Трампа и премьер-министра Великобритании Терезы Мэй. 4 июня 2019 года

Совместная пресс-конференция президента США Дональда Трампа и премьер-министра Великобритании Терезы Мэй. 4 июня 2019 года

Фото: David Rose/Pool via REUTERS

— То есть вы считаете, что Великобритания и западный мир должны бороться с Китаем и другими растущими восточными державами?

— Не думаю, что мы должны бороться с кем бы то ни было — откровенное противостояние вышло из моды и не соответствует сегодняшнему дню. На первый план выходят торговые войны, которые, на мой взгляд, станут источником «боевых действий» на ближайшие 50 лет. Именно поэтому я считаю, что на Западе мы все должны работать вместе. А я считаю Россию частью западного мира.

— Вы сказали о людях, которым Россия необходима в образе внешнего врага. Можете уточнить, о ком идет речь?

— К категории таких людей относится, в частности, наш действующий глава Форин-офиса (Джереми Хант. — «Известия»), который утверждает, что Евросоюз будет как Россия, являющаяся преемницей СССР. Такие слова говорят о том, что он не понимает эту страну (в сентябре 2018 года глава британского МИДа, говоря о Brexit, заявил, что ЕС не отпускает своих участников и, по аналогии с СССР, «превратился в тюрьму». — «Известия»). Или бывший министр обороны (Гэвин Уильямсон. — «Известия»), который всегда выступал с провокационными заявлениями.

— Судя по позиции Евросоюза и НАТО, действующие правительства европейских стран воспринимают Россию как агрессора, который пытается проводить политику экспансии. Согласны ли вы с таким мнением?

— Я думаю, что у России, как и у многих других стран, есть свои законные национальные интересы. Если бы во времена коммунизма русские захотели установить военную базу, скажем, в Бельгии, мы были бы очень расстроены. Поэтому нельзя винить Россию за ее реакцию на то, что Соединенные Штаты разворачивают свои военные формирования в Польше.

Нам — по крайней мере, в нашем парламенте — нужно наконец договориться о новых правилах игры.

— В последние годы тема безопасности в Европе тесно увязана с конфликтом на Украине. Недавно новое руководство этой страны предложило подключить США и Великобританию к «нормандскому формату». Насколько это необходимо?

— Очевидно, что этот формат имеет значение для Германии и Франции — немцы и французы, как правило, работают вместе. Возможно, в этом процессе есть и роль, отведенная Соединенным Штатам. Но я не вижу в нем Соединенного Королевства, если оно захочет принять в этом участие.

В этом случае наилучший формат — это ОБСЕ, который взаимодействует с обеими сторонами конфликта. Речь идет не о том, чтобы мериться силами. Как я уже говорил, выступая в Совете Европы, в дальнейшем Украине придется признать — Крым она обратно не получит. И с этого надо начинать.

Министр иностранных дел Великобритании Джереми Хант

Министр иностранных дел Великобритании Джереми Хант

Фото: REUTERS/Simon Dawson

— Для России тема принадлежности Крыма — вопрос решенный. В этих условиях каким образом можно было бы закрыть его окончательно?

— Повторный референдум под наблюдением ООН мог бы стать решением. Нет сомнения, как проголосует Крым. Я был там 10 или 15 лет назад, когда он был частью Украины. Практически все, кого я там встретил, жаловались на то, что полуостров принадлежит Украине. Не думаю, что желание быть частью этой страны когда-либо присутствовало в Крыму.

— Отношения между Россией и Великобританией никогда не отличались особой теплотой. Почему так сложилось и что нужно сделать, чтобы наши страны стали если не друзьями, то хотя бы партнерами?

— Сначала причиной противоречий был коммунизм, который, к слову, не помешал нам сражаться на одной стороне в годы Второй мировой войны. Многие люди заявляли, что Россия — большое государство с мощными вооруженными силами, а потому говорить о войне с этой страной не стоит хотя бы потому, что победить в этом сражении было бы невозможно.

Вообще, иметь хорошие отношения с Россией — в наших интересах. И у нас есть возможности эти отношения улучшить. К примеру, это можно было бы делать в балтийских странах, где велика доля русскоязычного населения. Я уже говорил их представителям в частных беседах, что их задача лежит в том, чтобы избавить русскоговорящих граждан от чувства, будто их преследуют и дискриминируют. Думаю, в этом мы могли бы помочь.

Прямой эфир