Тенденция перехода на евро в мире становится все более очевидной. Начало ей положили сами участники Евросоюза, ведь еще недавно компании ЕС могли покупать продукцию друг у друга за доллары. Звучит абсурдно, но тем не менее это факт. Многочисленные санкции США и торговые войны, односторонний выход Америки из ядерной сделки с Ираном способствуют появлению аналога системы финансовых расчетов SWIFT. Однако этот процесс потребует времени.
Сейчас все большая и большая часть деятельности компаний происходит в евро. Выход США из ядерной сделки с Ираном, в которой также участвовали ЕС, Россия и Китай, вызвал у европейских партнеров шквал критики. Дело в том, что денуклеаризация Ирана обсуждалась долгие годы и соглашение, которое было достигнуто при администрации Барака Обамы, положило конец постоянным спорам. Поступок Дональда Трампа перечеркнул это. Более того, он даже не поставил в известность своих европейских коллег. В результате ЕС сохранил договоренности с Ираном — речь уже идет о поставках нефти за евро, а не за доллары.
Санкции США, которые вступят в силу 4 ноября 2018 года, запрещают любым компаниям покупать иранскую нефть, то есть европейские покупатели окажутся на перепутье. Ожидаю, что до конца года поставок иранской нефти за евро в ЕС не будет, а в начале 2019-го появится несколько заявлений, которые поспособствуют разрешению этой ситуации.
Для торговых партнеров Европы протекционистская политика США — это прямая угроза их экономическому росту. Сейчас Штаты заключают с большинством стран новые соглашения, где интересы США стоят в приоритете. Соответственно для многих стран уход от транзакций в долларах выглядит логичным решением проблемы дамоклова меча, который готов обрушиться на них в виде заморозки денег минфином США. Сильная и непоколебимая позиция Америки в эпоху глобализации негативно воспринимается большинством стран, поэтому они и начнут объединяться для создания системы противовеса давлению со стороны США.
Появление европейской версии SWIFT, о котором глава МИД Германии Хайко Маас заявил еще в августе, — один из методов решения «американской проблемы». Фактически SWIFT — это международная межбанковская система передачи информации и совершения платежей, через которую ежегодно проходит более 4 млрд поручений. Однако после событий 11 сентября 2001 года ЦРУ, ФБР и минфин США получили доступ к системе «для борьбы с терроризмом». Поэтому США могут отслеживать и замораживать счета любых физических лиц и компаний.
Аналог SWIFT для европейских стран и Китая позволит им восстановить торговые отношения, например, с Ираном. Для запуска альтернативной системы придется учредить два регуляторных органа: европейский денежный фонд (European Monetary Fund) и европейский денежный мониторинг (EU-OFAC — EU Office of Foreign Assets Control). Далее нужно четко прописать их регламент во избежание прецедентов, которые мы сейчас наблюдаем с системой SWIFT. Этот процесс включает огромное количество бюрократических проволочек, а значит, появление системы будет небыстрым.
Полагаю, что регуляторные органы и инфраструктура могут быть готовы к концу первой половины 2019 года, однако страны Европы, Россия и Китай вряд ли успеют договориться об общих положениях транзакционной системы к этому времени. Если им это удастся, то в текущих реалиях альтернатива SWIFT станет очень популярной, поскольку именно в таком случае страны смогут обходить американские санкции в отношении Ирана. Запуск новой системы позволит снизить американское влияние в мире, но для того чтобы доллар перестал быть мировой валютой, нужны десятки лет.
Для России в целом это позитивно, однако нынешняя политическая ситуация не позволит так просто достичь понимания между странами. Скорее всего, Россию подключат к альтернативе SWIFT, потому что наша страна уже имеет опыт создания подобных структур. Об этом ранее говорила председатель Центробанка Эльвира Набиуллина. Но ожидать, что напряжение между Россией и ЕС спадет, глупо: санкции по-прежнему будут действовать, а изоляция нарастать. Плюсом является и то, что создание альтернативной финансовой системы вызовет недовольство США, что спровоцирует еще большую нестабильность их отношений с остальным миром. На этом фоне нефть может подорожать до $100–110 за баррель, что позитивно отразится на российском бюджете и некоторых отраслях экономики, в особенности энергетической.
Автор — финансовый аналитик
