Самая страшная сказка
4 июля 1862 года Чарльз Лютвидж Доджсон, писавший рассказы под псевдонимом Льюис Кэрролл, преподаватель математики в колледже Крайст-Чёрч, рассказал дочери своего коллеги Алисе Лидделл сказку про девочку Алису и ее приключение под землей. Через три года история вышла отдельной книгой. И вот уже полтора столетия мы спорим об этой сказке. Больше обсуждают только Библию. Что именно имел в виду Кэрролл всей этой историей? Что значит тот или иной персонаж, кто за ними скрывается? Почему эта безумная и лишенная порой всякой элементарной логики история настолько притягательна? Специально для портала iz.ru об этом рассказал литературный критик Константин Мильчин.
По ту сторону
Иногда спор выходит на новый уровень и происходит повышение ставок: а каковы были истинные взаимоотношения Кэрролла и Алисы Лидделл, которая одновременно прототип главной героини, муза и первая читательница? Короче, был ли Кэрролл педофилом? А можно еще принять участие в чисто русском и от этого еще более кровавом споре — какой перевод лучше. Mock Turtle — это Черепаха Квази или все-таки Под-Котик? Кажется, что у любого человека, уверенного в своем английском, есть своя версия правильного перевода «Алисы» и свои собственные, документированные, собранные в папочку, претензии к другим переводчикам.
Алиса Лидделл, 1858 год
Или вот еще один вопрос: «Алисы» — сказки страшные или веселые? Ну, с одной стороны, конечно веселые. Хоть в оригинале, хоть в детском переводе Бориса Заходера, хоть во взрослом —Нины Демуровой. Приключения, в которые попадает Алиса, может, и выглядят грозными, но быстро из трагедии переходят в фарс; большинство встречных, за редкими неприятными приключениями, с героиней всегда милы; наконец, обе сказки заканчиваются хэппи-эндом, а Алиса просыпается.
Но, с другой, всё, происходящее с девочкой, — сущий кошмар. Только представьте, как вы падаете в кроличью нору, там и так неуютно, а она еще и кажется бесконечной. Нора — это всегда маленькая смерть, черная дыра, под землей вообще-то мертвые обитают. Мир по ту сторону зеркала еще более инфернален. Он как наш, только откровенно неправилен. Во всем неправилен. Это уже совсем не хорошо.
Или представьте, как вы тонете в море. Или как вы начинаете то уменьшаться, то увеличиваться. Или что вам очень нужно куда-то попасть, но все встречные или откровенные идиоты, или люди, которые нарочно говорят загадками и пытаются вас запутать. Даже Чеширский Кот, вроде бы приятный персонаж, на самом деле демиург с отвратительными манерами и непонятными помыслами.
Льюис Кэрролл
В «Алисе в Стране чудес» единственный более или менее надежный персонаж — это птица, к тому моменту уже два века как вымершая. Вот и всё, кроме ископаемого, которое при жизни было столь тупо, что позволило себя полностью уничтожить, вам не на кого положиться. Персонажи «Зазеркалья» не лучше. Это мир, в котором ты всё время пытаешься добраться до цели, но цель ускользает. Такое приснится, если только ты перед сном съел что-то тяжелое или злоупотребил чем-то. Если что, я имею в виду алкоголь, а вот Алиса постоянно готова принимать вовнутрь нечто сомнительное, которое неизменно оказывает на нее жуткое воздействие.
Английский кошмар
Что и говорить, мир обеих «Алис» — это мир бесконечного кошмара обывателя. В нем не работают государственные институты: здесь правители — самодуры, тираны или деспоты. Суд превращен в посмешище. Человеческая жизнь ничего не стоит. Транспорт работает очень странно. По улицам ходят дикие звери. Буйствует стихия. Даже твое тело неподвластно тебе.
Тут стоит напомнить, когда именно появились сказки про Алису. В Викторианскую эпоху — не во всем мире, но хотя бы в развитых странах, по крайней мере в Англии — человек научился бороться со стихией. Он усмирил самодурство власти парламентом и судебной системой. Он загнал диких зверей в леса и зоопарки. Он покорил пространство железной дорогой. Он справился с нелогичностью окружающего мира, заменив религию наукой. Он начал медленно, но верно справляться с болезнями и бунтами частей тела при помощи медицины.
Мир вокруг Алисы — это мир пароходов и паровозов, телеграфных линий, мир Дарвина и Фарадея, мир впервые за долгое время относительно логичный и безопасный, мир с горячей водой, метрополитеном, полицией, которая охраняет улицы, утренней газетой и почтой, которая в Лондоне доставлялась семь раз в день. Мир спокойный и предсказуемый.
Фрагмент рукописи Льюиса Керолла под названием «Приключения Алисы под землей» с иллюстрацией автора
В дилогии про Алису все эти достижения попраны и растоптаны. Их там нет. Сбылись все кошмары, выползли наружу первобытные страхи. Счастливая девочка из обеспеченного класса сталкивается с настоящим ужасом. Вместо привычного мира — его нелепая пародия. Но стоит проснуться, как ты снова возвращаешься в мир техники, прогресса, логики и безопасности.
В принципе, это отличительная черта любой сказки — безопасный выход из зоны комфорта, путешествия в страшный мир непредвиденных ситуаций, внезапных опасностей и хаоса. Кэрролл писал на заре абсолютного комфорта. И придумал для этого мира абсолютный хаос.
