Перейти к основному содержанию
Реклама
Прямой эфир
Общество
Глава СБУ обжаловал свой заочный арест в московском суде
Политика
В Госдуме высказались о возможности пасхального перемирия с Украиной
Общество
В Крыму мигрантам запретили работать на основе патентов в 35 сферах
Мир
Минпромторг РФ раскрыл подробности о российско-белорусском самолете «Освей»
Общество
Супруга Портнягина проходит подозреваемой по делу об отмывании денежных средств
Общество
Кабмин поддержал проект о наказании за нарушения из расовой ненависти
Общество
У экс-замначальника МВД Брянска арестовали имущество на 50 млн рублей
Авто
Новый кроссовер Exeed Sterra ET попал на фото в Москве
Общество
Мосгорсуд признал законным арест фигуранта дела о теракте в «Крокусе» Исломова
Мир
Богданов и президент Алжира обсудили урегулирование кризисов на Ближнем Востоке
Политика
Патрушев обсудил с израильским коллегой недопустимость эскалации конфликта на Ближнем Востоке
Мир
Депутаты парламента Грузии подрались в ходе обсуждения закона об иноагентах
Туризм
В Минске призвали инвесторов РФ обратить внимание на туротрасль Белоруссии
Мир
ФБР начало уголовное расследование обрушения моста в Балтиморе
Общество
Фигурант дела о теракте в «Крокусе» Шарипзода обжаловал свой арест
Авто
АвтоВАЗ начнет выпуск Lada Largus с базовых комплектаций
Главный слайд
Начало статьи
Озвучить текст
Выделить главное
вкл
выкл

ООН должна созвать международную конференцию по европейской безопасности до конца этого года, чтобы предотвратить ядерную угрозу в мире. Об этом в интервью «Известиям» заявил бывший помощник Генсека ООН и координатор гуманитарной программы ООН в Ираке Ганс-Кристоф граф фон Шпонек. Недавно он подписал письмо с обращением к правительству Германии не поставлять тяжелое оружие Украине. В интервью «Известиям» бывший дипломат рассказал о том, почему санкции не помогают решать конфликты, оценил угрозу ядерного конфликта в нынешних обстоятельствах и призвал выработать новую политику безопасности в Европе.

«Европе наконец нужно стать более независимой»

— Вы подписали открытое письмо, призывающее правительство Германии не поставлять тяжелое оружие Киеву. На ваш взгляд, это приведет лишь к дальнейшей эскалации кризиса на Украине? Делает ли это Германию стороной конфликта?

— Решение уже принято. Правительство Германии при поддержке оппозиции приняло решение о поставках тяжелого вооружения на Украину. Многие граждане Германии, в том числе и я, не поддерживают это решение. Я живу в государстве, которое дает мне право на собственное мнение. Я могу заявить об этом, подчеркнув: чем больше военной техники, тем больше людей по обе стороны этой асимметричной конфронтации потеряют жизни. СМИ и некоторые политики безответственно пытаются отодвинуть этот факт в сторону. Это заявление не имеет абсолютно ничего общего с международно-правовой оценкой действий России на Украине. Любой, кто спрашивает об этом, пытается переключиться на другую тему. Однако думать, что поставки оружия Германией не имеют ничего общего с непосредственным участием в военном конфликте, значит недооценивать людей, у которых «есть мужество пользоваться собственным разумом» (девиз эпохи Просвещения. — «Известия»).

— 27 февраля канцлер Олаф Шольц произнес историческую речь в бундестаге, объявив о начале поставок оружия на Украину и об увеличении бюджета на оборону ФРГ. Насколько это поворотный момент в истории современной Германии?

— В своем выступлении канцлер Германии изложил свою позицию и позицию своих партнеров по коалиции по поводу событий на Украине. С точки зрения граждан, это должно было произойти намного раньше. То, что политические оппоненты заговорили о нерешительности канцлера, скорее всего, связано со сложностью неожиданных геополитических событий, с которыми столкнулось правительство Германии. Вдумчивость, вероятно, наиболее точно описывает поведение нынешнего канцлера. Он, скорее, понимает, что на современной политической арене Германии сегодня охотятся и «волки в овечьей шкуре».

При этом в Германии нет единого толкования заявления канцлера о том, что «всё, что необходимо для безопасности мира в Европе, будет сделано его правительством». Предложение Олафа Шольца о том, что необходимо сохранить готовность к диалогу с РФ, — ценное обязательство, которое необходимо соблюдать на различных уровнях. Это не обозначает обесценивания действий России на Украине. Это реальный политический акт, который нацелен на предотвращение дальнейшей катастрофы на более обширной территории с помощью контактов и дипломатии. Это служит миру в Европе и напоминает об истории самой Германии. Я уверен, что некоторые отвергнут это утверждение. Однако это не значит, что это неправильно.

— После Второй мировой войны в ФРГ возникло сильное движение пацифистов. Одни из его ярких представителей — партия «Зеленые». Сейчас глава немецкого МИД от этой партии Анналена Бербок активно выступает за поставки тяжелого оружия. Почему Германия не смогла сохранить свои традиции во внешней политики?

— История Германии после Второй мировой войны была гораздо более пацифистской. Как нация мы извлекли уроки из истории. Как приверженцы западных ценностей мы хотели трудиться на единую Европу, многосторонность и международное сотрудничество (особенно с развивающимися странами), а также на мирное урегулирование кризисов в рамках Устава ООН. В целом нам это удалось. Однако ежегодные Мюнхенские конференции по безопасности, в которых я участвовал как наблюдатель, показали, насколько сильным было давление со стороны союзников по НАТО на ФРГ. От Германии требовали увеличить участие в вооружении альянса. Некоторые называли нас безбилетниками. Тем не менее, на мой взгляд, выделение €100 млрд на модернизацию германского бундесвера и увеличение оборонного бюджета на 2022 год не представляют собой изменения во внешней политике Германии и политике безопасности. Скорее, это ответ на многолетнюю внутреннюю и внешнюю критику неспособности защитить немецкую армию и соблюсти требование других стран-членов НАТО об увеличении вклада в альянс.

Немецкий ручной противотанковый гранатомет Panzerfaust 3

Немецкий ручной противотанковый гранатомет Panzerfaust 3

Фото: Global Look Press/Philipp Schulze

Для немецкой общественности решение о поставках оружия на Украину, которое по сути является отступлением от предыдущих обещаний, выглядело как серьезное политическое землетрясение. Многие люди беспокоятся о своем будущем. Однако пока никаких заявлений от Конституционного суда Германии и Немецкого совета по этике о юридической и моральной допустимости поставок вооружения Германией на Украину не поступало.

— Как бы вы сейчас охарактеризовали внешнюю политику Германии? Насколько она независимая?

— Здесь стоит сказать, что для внешней политики Германии и Европы в целом ключевое значение имеет переизбрание Эммануэля Макрона. Из-за многолетних поражений западной политики безопасности, особенно на Ближнем Востоке и в Южной Азии, Европе наконец нужно заняться анализом, сделать выводы и стать гораздо более независимой. У правительства Олафа Шольца по-прежнему остается партнер в Париже, с которым можно расширить европеизацию внешней политики и политики безопасности.

«Санкции и противодействие военным действиям — разные вещи»

— В свое время вы осуждали санкционную политику против Ирака. Как в целом вы оцениваете результаты санкционного давления на РФ? Не бьют ли рестрикции в большей степени по обычным гражданам?

— Санкции и противодействие военным действиям — разные вещи. Генассамблея ООН большинством голосов высказалась против действий России на Украине. Мир и после 1945 года видел много войн и устал. Однако попытки найти глобальное большинство, поддерживающее санкции против России, полностью провалились. Бразилия, Китай, Индия, Иран, Пакистан, Южная Африка и другие менее крупные страны, в том числе на Ближнем Востоке, отказываются поддерживать требования Запада о рестрикциях. Санкционное давление на РФ исходит не от ООН, а от правительств Вашингтона, Канады и ЕС. Вместо санкционного пинг-понга между двумя сторонами, который в настоящее время разыгрывается до абсурда, несмотря на риск серьезных последствий для благосостояния людей, следует как можно скорее начать переговоры за круглым столом.

Белый дом
Фото: REUTERS/Evelyn Hockstein

О санкционной политике написано много. 1990-е годы стали десятилетием санкций. Седьмой Генеральный секретарь ООН Кофи Аннан приходил к выводу, что «грубый инструмент» санкций ООН не привел к разрешению конфликта. Снова и снова жертвами становились не те люди, против которых эти меры были направлены. Будь то в Афганистане, Ираке, Сирии, Иране, Ливии, Судане, Венесуэле или КНДР. Постоянные члены Совета Безопасности ООН никогда не могли применить политические и экономические санкции, обеспечив при этом защиту граждан. Обещание, данное Сталиным, Рузвельтом и Черчиллем в Ялте в 1945 году, работать сообща для сохранения мира во всем мире, было забыто. Национально-государственные интересы стали в конечном счете важнее.

— Вы ушли с поста руководителя программы «Нефть в обмен на продовольствие» в феврале 2000 года из-за протеста против санкций ООН в отношении Ирака. Сейчас ЕС готовится к эмбарго российской нефти, страны ЕС пытаются отказаться от газа из РФ. Насколько это разумное решение?

— Как руководитель программы «Нефть в обмен на продовольствие» я понимал, как это отразится на Ираке. При постоянной поддержке послов Китая, Франции и России в Багдаде и Нью-Йорке мы, однако, пытались помочь народу Ирака с намеренно недофинансируемой «гуманитарной» программой. Министр иностранных дел России Сергей Лавров, в то время посол РФ при ООН в Нью-Йорке, может вспомнить полезные обсуждения, которые мы проводили о разрушительных последствиях для населения в Ираке. Правительства в Вашингтоне и Лондоне были обеспокоены оружием массового уничтожения, которого больше не существовало. Об этом говорил и посол США Джон Негропонте перед комитетом Сената США в 2004 году. Гуманитарная программа была явно вторичной. Это подтвердил еще в октябре 1998 года конгресс США, приняв так называемый Акт об освобождении Ирака, в котором шла речь о «смене режима» в Багдаде.

Добавлю, что санкции против Ирака или других стран никогда не приводили к тому, чтобы кто-то понес ответственность за действия, из-за которых они были введены. Именно эти обстоятельства окончательно убедили меня в том, что отказ от должности в Багдаде был единственным оставшимся мне выбором.

«Преуменьшать вероятность ядерного конфликта — безответственно»

— В одном из интервью вы говорили о том, что прозападный курс ООН в свое время привел к ряду крупных военных операций, результатом которых стало огромное количество жертв. Как вы оцениваете работу ООН в процессе урегулирования конфликта на Украине?

— Во время серьезных кризисов последних десятилетий, например на Ближнем Востоке, на Балканах и в Южной Азии, политическая сила ООН (Совет Безопасности) снова и снова доказывала, что не в состоянии обеспечить разрешение конфликтов в соответствии со своим мандатом. Это суровое суждение, но его можно аргументировать.

ООН
Фото: REUTERS/Carlo Allegri

Это относится и к нынешней ситуации на Украине. Нерешительность генсека ООН Антониу Гутерриша по поводу деэскалации вызвала непонимание во всем мире. От него ожидали динамичной дипломатии с полным использованием морального авторитета, которым обладает генсек ООН. 18 апреля более 300 высокопоставленных бывших сотрудников организации призвали его выполнить взятые на себя обязательства. Вскоре после этого Гутерриш посетил Москву и Киев. Результатом этой встречи стала договоренность о создании совместно с Международным Комитетом Красного Креста (МККК) гуманитарных коридоров, чтобы помочь мирным жителям покинуть Мариуполь. Это успех.

Гутерришу нужно понять, что всё это могло произойти раньше. Урок заключается в том, что продолжать такие усилия с обеих сторон нужно непрерывно. Несомненный приоритет — расширение гуманитарной помощи Украине со стороны ООН.

— В настоящий момент всё чаще звучат заявления о рисках ядерного конфликта. Что страны Запада могли бы и могут сделать, чтобы не доводить мир до третьей мировой войны?

— Надо срочно выработать новую концепцию европейской безопасности. Генеральный секретарь ООН, в силу своей возможности наводить мосты между конфликтующими сторонами, должен использовать эту роль и разъяснить Совбезу организации безотлагательность созыва международной конференции по европейской безопасности до конца этого года. Преуменьшать вероятность ядерного конфликта — безответственно.

Я бы хотел добавить, 8 мая — день памяти в Германии, День освобождения. Для России 9 мая — день окончания Великой Отечественной войны. Еще молодым человеком я пережил эту страшную войну и не забыл ее. Я протягиваю руку своим сверстникам в России и Украине в надежде, что вместе мы сможем сказать новым поколениям в наших странах: делайте лучше, чем мы. Альтернативы миру нет.

Прямой эфир