«Позитивная эволюция в отношениях РФ и США стала бы прекрасным итогом»
Джо Байден не стал возвращать Украину в список ключевых переговорных тем с Россией, поскольку в США чувствуется усталость от Киева. Кроме того, глава Белого дома хочет сохранить статус-кво с Москвой. Об этом в интервью «Известиям» в Нью-Йорке заявил главный экс-советник Джорджа Буша-младшего по России, профессор Йельского университета, директор влиятельной консалтинговой компании Kissinger Associates Томас Грэм. Американский русист рассказал о том, какие подвижки произошли в отношениях Москвы и Вашингтона спустя три месяца после встречи двух президентов, почему нынешний лидер США отказался от жесткого курса на российском направлении, что мешает державам урегулировать дипломатический конфликт и мог бы вывод американских войск из Афганистана пройти иначе.
«Байден не хочет раскачивать наши отношения»
— В июне состоялась встреча президентов России и США Владимира Путина и Джо Байдена. Как можно оценить ее сейчас, спустя три месяца? Отразились ли эти переговоры на российско-американских отношениях? После саммита вы говорили, что дорога к конструктивным отношениям будет долгой. Удалось ли сторонам продвинуться по этому пути?
— Я считаю, что эта встреча уже сказалась на российско-американских отношениях и в первую очередь позитивно. По крайней мере мы уже запустили дискуссии по таким важным вопросам, как стратегическая стабильность и кибербезопасность. Это большой плюс. К тому же мне кажется, что администрация Байдена действительно старается, как президент сам часто говорил, чтобы наши отношения были стабильными и предсказуемыми. Более или менее в последние три месяца так и получается. Не было никаких резких движений ни в какую сторону. В любом случае администрация пытается сохранить статус-кво между нашими странами. И мне кажется, что Москва в целом довольна такой политикой.
Профессор Йельского университета, директор консалтинговой компании Kissinger Associates Томас Грэм
— Действительно, есть ощущение, что при Байдене накал в отношениях России и США несколько спал. Почему это произошло? Во времена Дональда Трампа, который публично заявлял о желании поладить с Москвой, в контактах между странами, напротив, был настоящий пожар. А Джо Байдена многие воспринимали как сторонника более радикального курса.
— На самом деле причина в том, что Байден — очень прагматичный политик. У него большой опыт во внешней политике и нет никаких иллюзий. С самого начала он сказал, что не стремится к перезагрузке отношений, понимая, что разногласия между двумя странами очень серьезные. Поэтому на этом этапе он считает: главное, чтобы отношения были стабильными и предсказуемыми и мы могли сотрудничать по нескольким вопросам, таким как стратегическая стабильность, кибербезопасность. Кроме того, он хочет, чтобы мы теснее сотрудничали по проблеме изменения климата. В других же областях между нами есть существенные разногласия и соперничество. Но это нормально, учитывая различия в геополитических интересах, системах ценностей и так далее. Главное, это спокойно управлять разногласиями между двумя державами.
Байден не хочет раскачивать наши отношения. Он отменил санкции против «Северного потока – 2», а ограничительные меры по делу Навального в итоге оказались достаточно мягкими. Или, например, недавно в Вашингтоне с визитом побывал Владимир Зеленский. В Москве были некоторые опасения по поводу этой поездки украинского президента в США. Однако в результате мы увидели вялотекущие отношения Украины и США, отсутствие каких-либо новых импульсов и попыток надавить на Россию. Поэтому для Байдена главное — это статус-кво.
Президент РФ Владимир Путин и президент США Джо Байден во время российско-американских переговоров в расширенном составе на вилле Ла Гранж в Женеве. 16 июня 2021 года
— Почему, на ваш взгляд, в дипломатических отношениях РФ и США ничего не меняется в лучшую сторону? Хотя в Женеве говорилось, что страны проработают вопрос нормализации работы дипмиссий в Москве и Вашингтоне. Насколько проблема в этой сфере влияет на общее состояние контактов между двумя державами?
— Сложившаяся ситуация в дипломатическом поле, конечно, препятствует развитию отношений, их улучшению. Чтобы подробно обсуждать все накопившиеся вопросы, требуется огромное количество дипломатов. Необходимы регулярные контакты. Но этого пока не получается, в том числе из-за того, что Байден хочет сохранить статус-кво, у него нет больших амбиций и он не старается именно улучшить наши отношения. Поэтому ему и не так важно урегулировать все эти вопросы — состав наших дипмиссий, проблемы дипсобственности и так далее.
В этой сфере у нас есть взаимные претензии, например кто кому не дает визы и почему. Всё это вопросы взаимности. И урегулировать такие разногласия — дело очень тонкое. Другими словами, я не удивляюсь, что так выходит, хотя я и сожалею, что нет более тесных контактов между нашими дипломатами на этом этапе. Конечно, возобновить все контакты между нашими странами было бы важно
.
«Мы не совсем понимали реальную ситуацию в Афганистане»
— На высокой неделе 76-й сессии Генассамблеи ООН много говорилось об изменении климата. Порой кажется, что это становится чуть ли не главным в общемировой повестке. И на словах все страны мира так или иначе выражают озабоченность этой проблемой. Может ли климат стать объединяющим элементом в том числе для России и США?
— Это важный, но очень сложный вопрос. Действительно, изменения климата есть, и они несут в себе серьезные последствия для планеты. Но ведь дело в том, что эта проблема влияет на страны по-разному. Те трудности, с которыми сталкиваются США, не совсем похожи на те, с которыми сталкивается Россия. И даже в этом вопросе есть плюсы и минусы. Например, среди негативных последствий для России — пожары в Сибири. Но, с другой стороны, из-за изменения климата мало-помалу открывается Северный морской путь. Это ведь позитивный момент, если говорить о будущем российской экономики, поскольку этот путь потенциально очень прибыльный. Кроме того, эта проблема на юге России имеет позитивные последствия в плане сельского хозяйства. Поэтому как взвесить все эти плюсы и минусы, найти общие позиции, которые удовлетворят всех, это достаточно сложный процесс.
Я думаю, мы будем заниматься этим вопросом, между нашими странами пройдут серьезные дискуссии. Но вряд ли это даст огромный импульс для улучшения наших отношений.
Патрули «Талибана» (движение запрещено в РФ) у аэропорта имени Хамида Карзая в Кабуле
— Сейчас звучит много критики в адрес США из-за того, как был организован вывод войск из Афганистана. Мог бы уход американцев пройти иначе? Или всё в любом случае закончилось бы приходом к власти талибов (запрещены в РФ. — «Известия»)?
— В конечном итоге, думаю, в любом случае всё закончилось бы приходом к власти талибов. Афганское правительство и военные силы, которых мы поддерживали, оказались довольно хрупкими и не имели достаточно поддержки со стороны народа. Поэтому приход талибов стал неизбежен, как только США решили вывести войска из республики. Могла бы администрация провести вывод военных более гладко и без хаоса? Трудно сказать. Я думаю, мы не совсем понимали реальную ситуацию в Афганистане. Было много сюрпризов. Ведь афганские правители убежали даже до того, как США полностью вывели войска. Поэтому получилось так, что подготовка к выводу не была сделана заблаговременно.
— Многие страны всерьез обсуждают возможное признание правительства талибов. Не создаст ли такой шаг опасный прецедент?
— Когда террористические организации захватывают власть, это, конечно, плохо. Если мы признаем в конце концов власть талибов, это будет поражением для мирового сообщества. Однако сейчас мировые державы, которые борются с терроризмом, должны использовать все рычаги, чтобы влиять на политику талибов, чтобы в Афганистане не было места террористическим организациям, которые представляют реальную угрозу странам региона и международной безопасности. Надо договариваться, чтобы соблюдались права человека, особенно что касается женщин. У США есть рычаги влияния, и их обязательно надо использовать. Такие рычаги есть и у России с Китаем. США, Россия и Китай вполне способны регулировать ситуацию в Афганистане даже сейчас.
— А в Вашингтоне нет опасений, что после ухода американцев из Афганистана Москва и Пекин заполнят вакуум политического влияния в Афганистане?
— А это неизбежно. Думаю, администрация Байдена это учитывала, когда принимала решение об уходе. В конечном итоге наши стратегические интересы в Афганистане не сказать чтобы сейчас были близки американской национальной безопасности. Да, США важно, чтобы с территории Афганистана не исходила угроза нашим союзникам и партнерам, но, кроме этого момента, у нас больше нет никаких жизненно важных интересов в республике. Нет ничего плохого в том, чтобы Россия и Китай занимались Афганистаном. Это их регион, это касается их гораздо теснее, чем нас. Афганистан уже не будет приоритетом внешней политики США. Этот этап пройден.
«Разногласия между нашими странами серьезные и глубокие»
— При Бараке Обаме Украина была одной из основных линий разлома в отношениях США и России. При Дональде Трампе эта проблема была задвинута на задний план. С приходом Джо Байдена были опасения, что украинский вопрос вновь станет ключевым в переговорном поле Москвы и Вашингтона. Однако этого не произошло, почему?
— Думаю, причины две. Во-первых, в США есть усталость от Украины, да и на Западе в целом. Украине сегодня самое главное решить внутриполитические и экономические проблемы. Украинское общество должно сосредотачиваться на этих вопросах, на их решении. Во-вторых, Байден хочет сохранить статус-кво с Россией. Он понимает, что возможность продвижения по украинской тематике крайне ограниченная и большого прогресса здесь не добиться. Поэтому он будет пытаться сохранить всё как есть, чтобы не было резких движений ни в ту, ни в другую сторону. Его бы это устроило.
Президент США Джо Байден перед началом пресс-конференции в Белом доме в Вашингтоне
— Каким, на ваш взгляд, будет идеальный итог российско-американских отношений к концу первого срока Джо Байдена?
— Самый оптимальный исход президентства Байдена — это некое постепенное улучшение отношений. Но нам надо иметь в виду, что разногласия между нашими странами серьезные, глубокие и быстрое улучшение невозможно. Нам нужно постепенное движение на основе гораздо более близких дипломатических отношений и постоянных контактов. Это возможно при нынешних обстоятельствах. Но всегда случаются сюрпризы. Изменения в области технологий, экономики и так далее происходят в современном мире очень быстро. Поэтому будем надеяться, но посмотрим.
— В интервью «Известиям» почти четыре года назад вы сказали, что перезагрузка в отношениях России и США нежелательна.
— Да, потому что эволюция всегда лучше, чем революция. Она более стабильная и надежная. Позитивная эволюция в российско-американских отношениях стала бы прекрасным итогом на нынешнем этапе.
Алексей Забродин, Нью-Йорк
