Джихад с молоком матери: что делать с экс-террористами и их семьями
В трех лагерях на северо-востоке Сирии остаются в заточении около 9,5 тыс. детей 40 национальностей, чьи родители связаны с ИГИЛ (запрещено в РФ), сообщили в гуманитарной организации Save the Children. С января этого года чуть более трех сотен детей были приняты обратно на родину. Призывы к странам репатриировать с территорий Сирии и Ирака как бывших боевиков, так и членов их семей звучат постоянно, но большинство стран не горит желанием возвращать своих радикализованных сограждан. Одной из наиболее вероятных опций становится запуск судебного процесса над всеми бывшими игиловцами в Ираке, но до этого Европа хочет исключить вероятность вынесения всем подряд смертных приговоров. Пока переговоры на этот счет успешными назвать нельзя, сообщили «Известиям» в правозащитной организации Human Rights Watch.
Мини-халифаты
По данным базирующегося в Лондоне Международного центра изучения радикализации, к середине 2019 года общее число иностранцев, имеющих связи с ИГИЛ, превышало 52 тыс. человек. Это количество включает жен террористов и детей, порядка 60% из которых родились уже в самом халифате от матерей-иностранок.
Вслед за освобождением от ИГИЛ летом 2017 года сирийского города Ракка, бывшего центром сосредоточия большого числа иностранных боевиков, многие из террористов вместе с женами и детьми ретировались на северо-восток Сирии. Впоследствии они оказались в импровизированных тюрьмах под контролем возглавляемых курдами «Сирийских демократических сил».
Уничтоженный лагерь террористов в Сирии
Женщин и детей, связанных с бойцами ИГИЛ кровными узами, поместили в трех лагерях на северо-востоке САР. Работающая в этих местах с лета 2017 года организация Save the Children оценивает количество иностранок с детьми в 13 350 человек. «Детей халифата» при этом в середине октября насчитывалось 9,5 тыс. (они, по данным организации, являются гражданами 40 стран, исключая Сирию и Ирак). При этом чуть менее половины из них, или около 4,4 тыс., не достигли пятилетнего возраста.
Чем дольше дети остаются в лагерях, которые именуются мини-халифатами, тем выше шансы и на радикализацию детского сознания, предупреждают эксперты.
Просьбы забрать на родину этих граждан — как взрослых, так и детей — звучат не первый месяц. Курдская администрация упирает на то, что ей уже не хватает сил и средств контролировать всё тюремное население, из-за чего повышается риск побегов. Эксперты предупреждают: чем дольше дети остаются в лагерях, которые именуются мини-халифатами, тем выше шансы и на радикализацию детского сознания. Правозащитные организации мотивируют необходимость репатриации гуманитарными соображениями.
— Интересы ребенка — наш главный приоритет. А в этом случае интерес для этих детей заключается в том, чтобы они были репатриированы обратно в свои страны, реабилитированы, чтобы они могли преодолеть ужасы, которые они видели и пережили, и реинтегрироваться обратно в свои общины. Мы надеемся, что все страны выполнят свои обязательства и вернут своих детей, — сказала «Известиям» представительница ближневосточного отделения Save the Children Жоэль Бассуль.
Лучше не к нам
Россия, по неофициальным оценкам, «давшая» ИГИЛ 4,5 тыс. своих граждан, преимущественно из Чечни и Дагестана, начала репатриацию детей и жен игиловцев одной из первых более года назад под патронатом главы Чечни Рамзана Кадырова. Информацию о том, что в РФ по гуманитарным каналам из зон вооруженных конфликтов массово возвращаются супруги и вдовы участников террористических организаций, подтверждал в ноябре 2018 года директор ФСБ Александр Бортников.
Это, однако, не означает, что в РФ их приняли с легким сердцем. В частности, Александр Бортников признавал: возвращение жен и детей террористов может представлять собой серьезную опасность, так как эта категория «всё чаще используется главарями международных террористических организаций в качестве вербовщиков, террористов-смертников либо исполнителей терактов, а также связников».
Сотни детей джихадистов вернули на родину также власти центральноазиатских республик, Косово и Турции, хотя в большинстве случаев речь шла о приеме сирот и тех, чьи родители были приговорены в Ираке и Сирии к пожизненным срокам за терроризм.
Но большинство стран выступают за то, чтобы не иметь дело с теми, кто был причастен в джихаду. И даже с теми, кто связан с террористами не столько идеологически, сколько узами крови.
В этом году, по статистике Save the Children, из трех сирийских центров содержания жен и детей террористов на родину были репатриированы менее 350 детей. Большая часть (156) вернулись в Казахстан, 74 ребенка были приняты Косово. Из стран Европы больше всего «детей халифата» приняли назад Франция (17) и Швеция (7 человек). Еще несколько стран, такие как Бельгия, Норвегия и Голландия, скрепя сердце возвратили домой из Сирии от двух до шести детей террористов. На днях двух сирот, рожденных сбежавшей на Ближний Восток австрийкой, вернули ее родителям в Вене.
Встреча российских детей, возвращенных из Сирии, в аэропорту Грозного 13 ноября 2017 года
На фоне откровенного нежелания принимать своих маленьких граждан, выросших на чужих радикальных ценностях, совершенно неудивительно, что взрослых террористов с европейскими паспортами родина ждет еще меньше. Даже несмотря на то что в Европе их точно не собираются отпускать на свободу. Как пояснил «Известиям» один из европейских дипломатов, даже пребывание таких людей в тюрьме чревато радикализацией тюремного населения и никаких резонов создавать новую проблему своими же руками у европейцев нет.
Более того, Европа не только не спешит заняться судьбой своих нежелательных граждан, но и активно создает заградительные меры против их возвращения домой. Власти Дании (чьи 27 граждан по-прежнему остаются где-то в районе Сирии и Ирака) пообещали на днях ускориться с принятием законодательства, которое позволит лишать датского гражданства участников террористических организаций. Правда, отозвать его можно будет лишь в случае наличия у террориста гражданства другой страны, чтобы не оставить его без гражданства вообще, что запрещено международным правом.
Власти Великобритании, чьих граждан в сирийских лагерях насчитывается порядка 60 взрослых и 60 детей, уже задействовали эту «ядерную опцию». В этом году Соединенное Королевство лишило гражданства двух своих подданных за связи с ИГИЛ. Более того, в недавнем отчете МВД страны дало рекомендацию оставить находящихся в Сирии детей, претендующих на британское гражданство, там, где они есть.
И если правозащитники такой подход европейских правительств осуждают, то собственное население совсем наоборот. Например, 89% французов обеспокоены возвращением джихадистов во Францию, а 67% уверены, что детей террористов следует оставить в Сирии и Ираке, свидетельствует последний опрос соцслужбы Odoxa.
Всех в Ирак
На фоне объяснимого нежелания большинства стран репатриировать своих граждан-террористов Европа предсказуемо занялась планом по аутсорсингу решения проблемы ненужных людей. Если в случае с нелегальными мигрантами ЕС сделал центром по их сдерживанию Ливию, то в случае с пойманными террористами и их семьями в фокусе внимания оказался Ирак. Тем более что власти в Багдаде сами заявили о желании судить всех обвиняемых в терроризме, включая иностранцев, которых «не разобрали» их страны.
При этом даже Агентство ООН по делам беженцев не может сыграть в процессе никакой роли. Как пояснили «Известиям» в самой организации, ни комбатанты, ни иностранные члены ИГИЛ в Сирии не подпадают под мандат ООН по защите беженцев.
Между тем в инициативе отдать всех игиловцев вне зависимости от национальности в руки иракского правосудия есть немало проблем.
— По европейским законам нельзя отправлять людей в те страны, где есть смертная казнь и нет условий для справедливого судебного процесса, а в иракской судебной системе нет даже принципа презумпции невиновности, — рассказала «Известиям» представительница Human Rights Watch в Ираке Бэлкис Уилле. — Сейчас обсуждается сделка, при которой бывших боевиков направят в Ирак под гарантии Багдада не применять смертную казнь, но пока эти переговоры нельзя назвать успешными.
Других опций, впрочем, нет. В прошлом несколько стран прорабатывали идею учредить международный трибунал над членами ИГИЛ. Но от нее довольно быстро отказались, посчитав, что создание такого органа растянется на годы. Но главное — оно вряд ли получит поддержку Совбеза ООН, на вероятность чего некоторые его члены уже непрозрачно намекали.
Судьба детей и жен пойманных боевиков при этом практически не обсуждается, поскольку эта тема вызывает больше вопросов, чем ответов. Как признает Белкис Уилле из HRW, одна из самых пугающих опций, о которой рассуждает всё большее число европейских дипломатов, — умыть руки и вообще ничего не делать с членами игиловских семей. Стоит ли правительства за это осуждать — еще один большой вопрос.
