Перейти к основному содержанию
Прямой эфир
Главный слайд
Начало статьи
«Мы бы предпочли, чтобы санкций не было»
2018-07-05 16:28:07">
2018-07-05 16:28:07
Озвучить текст
Выделить главное
вкл
выкл

Бельгия и Европейский союз (ЕС) являются сторонниками политического диалога с Россией по урегулированию ситуации на Украине и считают, что он поможет сторонам постепенно выйти из режима санкций. Об этом в интервью «Известиям» заявил посол Бельгии в РФ Жан-Артур Режибо. В ходе беседы дипломат также рассказал об итогах прошедшего саммита ЕС в Брюсселе, спорных вопросах с США и отношениях с Москвой.

— Как Бельгия оценивает результаты саммита Европейского совета, который прошел 28–29 июня в Брюсселе?

— Все страны Евросоюза пришли к консенсусу, поэтому могу сказать, что саммит прошел продуктивно. Традиционная позиция Бельгии заключается в том, чтобы решать возникающие проблемы совместными усилиями. Итоговое решение может быть не идеальным, однако, с нашей точки зрения, самое важное — сделать шаг вперед. Конечно, есть еще вещи, которые странам предстоит обсудить позже, но мы очевидно продвинулись дальше.

На этом саммите для нас хорошим знаком стало то, что все страны Европейского союза все-таки встретились и обсудили проблемы, решить которые в одиночку невозможно. Представьте такую маленькую страну, как Бельгия: что мы можем сделать по части кредитно-денежной политики, по теме миграции и по вопросам безопасности? Урегулировать эти вопросы самостоятельно мы не сможем, поэтому мы ратуем за то, чтобы работать сообща с нашими европейскими партнерами.

Конечно, всегда хочется найти какое-нибудь чудодейственное решение. Однако политика так не работает: здесь надо обсуждать, убеждать друг друга и двигаться дальше. Взаимодействие в ЕС реализуется именно так. 

— Одной из самых сложных тем этого саммита стала проблема миграции. По ключевым пунктам, позволяющим более тщательно контролировать притоки беженцев в Европу, страны пришли к соглашению. Однако остались вопросы, которые еще предстоит решить: так, ваш премьер-министр Шарль Мишель подчеркнул необходимость реформировать Дублинский регламент (систему, согласно которой ответственность за судьбу мигрантов несет страна, через которую они впервые въехали на территорию ЕС. — «Известия»). Вырабатываются ли какие-нибудь новые подходы в этом направлении и что предлагает Бельгия?

— Позиция Бельгии заключается в том, чтобы между всеми странами ЕС было заключено общеевропейское соглашение. Традиционный бельгийский подход — оценить позиции европейских партнеров и найти золотую середину, чтобы потом, вернувшись в свои страны, все могли сказать: «Да, мы что-то приобрели в результате», а не «Увы, на этот раз мы проиграли». В Бельгии мы апеллируем тем, что называется искусством компромисса, и наша задача — внести вклад в выработку компромисса.

— Одним из таких компромиссных решений стало создание центров для приема мигрантов на территории ЕС. Однако также обсуждались идеи по строительству аналогичных центров и за пределами Европы — в странах, откуда приезжают мигранты. По второму направлению конкретных решений принято не было. Есть ли четкие планы по созданию таких структур?

— Я не знаю о конкретных планах. Могу только сказать, что мы не можем решать этот вопрос в одиночку. Необходимо скоординироваться с государствами на юге Средиземноморья и заключить с ними соглашения: мы не можем просто взять и навязать им эти учреждения. Сначала надо поговорить с этими государствами и, если они согласятся сформировать такие центры на своей территории, решить, как это можно реализовать.

Мигранты, спасенные после кораблекрушения, в порту испанского города Мотриль

Фото: Global Look Press/ZUMA/SOPA Images/Carlos Gil

— В апреле 2018 года по итогам встречи с немецким канцлером Ангелой Меркель Дональд Трамп заявил, что «США оплачивают большинство расходов НАТО», и потребовал от других участников увеличить размер своих взносов в альянс. Как и его предшественник Барак Обама, Дональд Трамп является сторонником того, чтобы взносы всех участников были одинаковыми. Как Бельгия относится к такой идее?

— Здесь наше мнение отличается от идеи американского руководства. Еще в 2014 году было заключено соглашение, согласно которому страны альянса должны тратить на военные расходы не менее 2% ВВП. Бельгия подписалась под этим обязательством. Но мы прекрасно понимаем, что этой цифры мы достигнем не через год, и не через два, и не через три. У нас множество важных трат на инфраструктуру, здравоохранение и другие социальные нужды. При этом мы понимаем, что вносим свой вклад в безопасность альянса и Евросоюза.

Можно, конечно, обсуждать цифры — в этом плане мы абсолютно открыты, однако Бельгия не считает, что она должна тратить почти 4% ВВП на военные расходы альянса, как это делают США.

— В итоговом коммюнике Европейского совета также говорится об ответе ЕС на американские пошлины на сталь и алюминий и о необходимости усилить работу ВТО. Государства Евросоюза наравне с другими странами, пострадавшими от пошлин США, подали иск в эту организацию. Недавно в СМИ появилась информация о том, что в Штатах готовят законопроект, который позволил бы им обходить нормы ВТО. Есть ли у ЕС альтернативные механизмы на случай, если США всё же начнут игнорировать нормы организации?

— Никаких официальных новостей о том, что США покинут организацию, сейчас пока нет. Я об этом не знаю. В любом случае решение остается за ними.

Очевидно, что когда США решили выйти из Парижского соглашения по климату и разорвали со своей стороны ядерную сделку с Ираном, мы, европейцы, прямо сказали: «Нас это не устраивает, поскольку это не соответствует нашему представлению о том, как надо выстраивать международную политику». Наша позиция — и я говорю не только о Бельгии — состоит в том, что когда возникает проблема, надо садиться за стол переговоров и ее обсуждать. В этом и заключается многосторонний подход.

То же касается и действий США в торговой сфере. Нам не нравится, когда Штаты в одностороннем порядке вводят дополнительные торговые пошлины. Поэтому на саммите мы и решили ввести ограничения на американские товары и запустить процедуру [разбирательства] в ВТО.

Что касается альтернативных механизмов, то их сейчас довольно много. К сожалению, работа ВТО в какой-то степени заблокирована уже на протяжении более чем 15 лет. В этой связи, чтобы страны — участницы организации могли двигаться дальше, они заключают двусторонние соглашения. Евросоюз именно так и поступает: недавно, к примеру, мы заключили двустороннее соглашение с Японией (в 2017 году ЕС и Япония достигли договоренности по соглашению о зоне свободной торговли. — «Известия»). Двустороннее взаимодействие является хорошим механизмом, чтобы защитить принципы свободной торговли.  

Премьер-министр Бельгии Шарль Мишель и председатель Еврокомиссии Жан-Клод Юнкер во время саммита

Фото: REUTERS/Yves Herman

— Вопросу санкций в отношении России на минувшей встрече уделили меньше времени, чем обычно. Тем не менее Евросовет всё же продлил ограничения на полгода. Можете объяснить, как санкции сказались на экономике Бельгии, и оценить убытки?

— Определенной цифры у нас нет. Однако еще несколько лет назад, когда ЕС впервые вводил санкции, мы для себя решили следующее: ущерб, который мы наносим сами себе и в котором мы отдаем себе отчет, должен быть справедливо распределен между всеми странами Евросоюза.

Конечно, мы бы скорее предпочли, чтобы санкций не было. Однако для их отмены надо достичь политических договоренностей с Россией. Именно ради этого в январе 2018 года наш премьер-министр приезжал в Москву. За ним с той же целью в феврале и июне РФ посетил бельгийский министр иностранных дел.

Наша цель — это диалог. Мы говорим: «Вот ваша позиция, вот наша — давайте подумаем, как нам эти позиции сблизить». Первым и главным в разрешении санкционной проблемы является урегулирование на Украине. Переговоры в «нормандском формате» ведутся уже довольно давно и, к сожалению, не очень успешно. Тем не менее мы всё равно считаем, для Евросоюза и России это единственный способ выйти из санкционного режима.