Перейти к основному содержанию
Прямой эфир
Главный слайд
Начало статьи
Вольное ликование
2018-05-22 17:40:40">
2018-05-22 17:40:40
Озвучить текст
Выделить главное
вкл
выкл

Редчайший случай в российском уголовном праве — суд в Приморском крае 22 мая оправдал местную жительницу, зарезавшую мужа-садиста. Мужчина на протяжении нескольких лет избивал ее, а в роковой день пытался задушить. Инстанция установила, что подсудимая действовала в обстоятельствах необходимой обороны. Подробности процесса порталу iz.ru рассказал адвокат оправданной женщины Елена Соловьева.

Галина Каторова была оправдана решением Апелляционной коллегии Приморского краевого суда. Служители Фемиды пришли к выводу, что жертва домашнего насилия с кухонным ножом в руках защищала себя и ребенка от мужа-тирана. За этим процессом пристально следили на Дальнем Востоке и не только там — решение может стать судьбоносным для целого ряда других похожих случаев.       

«А знаете, когда председательствующий коллегии судей объявил: «Каторову Галину Анатольевну — оправдать <...> освободить из-под стражи в зале суда», ни Галя, ни ее родственники ничего не поняли. Так как не верили в снисхождение, стояли обреченно и ни на что не рассчитывали. И председательствующему пришлось разъяснять Галине вновь, что она оправдана, что приговор отменен по реабилитирующим основаниям», — описала кульминацию судебного заседания адвокат подсудимой Елена Соловьева на своей странице в Facebook.

Судили строго

А ведь еще несколько месяцев назад женщина была приговорена к трем годам колонии по части 4 статьи 111 УК РФ («Умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего»). Кроме этого, она должна была выплатить 500 тыс. рублей в качестве компенсации морального ущерба матери погибшего.

         

Фото: ИЗВЕСТИЯ/Алексей Майшев

Стоит отметить, что суд и в первый раз вынес гуманное решение в отношении девушки — прокуратура изначально требовала осудить Каторову по статье об убийстве (105 УК РФ) и назначить ей куда более суровое наказание. Отсрочки исполнения приговора в связи с тем, что у Галины на иждивении находится трехлетний ребенок, женщина также была лишена.

«Первоначально прокурор города Находки в первой инстанции настаивал на том, что деяние Галины — убийство, и просил 7 лет лишения свободы для нее в качестве наказания. Впоследствии, когда дело уже перешло в краевой суд и обвинение представляла другая прокуратура, краевая, гособвинение высказалось о превышении пределов необходимой обороны (статья 108 УК РФ. — iz.ru). То есть прокурор тоже посчитал, что решение первой инстанции подлежит отмене. Однако обвинение не сочло, что оборона была соразмерна действиям нападавшего», — вспоминает этапы процесса адвокат Соловьева.

Галина в итоге провела в изоляторе 1 год и 2 месяца, ее дочери на сегодняшний день четыре года. Девочка, на глазах которой произошла трагедия, сейчас находится в медицинском учреждении и, как написали суду сами врачи, остро нуждается в матери.

Пьяница, лентяй, но любимый

Всё случилось чуть больше года назад в Находке. 11 марта, в день получки, пьяный (позже это подтвердила судебная экспертиза) муж Галины железнодорожник Максим Каторов сидел на кухне со своим приятелем — они выпивали.

На глазах у гостя глава семьи начал обзывать супругу бранными словами за то, что она поинтересовалась, кто ему звонил на мобильный телефон. Вопрос привел в бешенство мужчину, он грубо обозвал ее, та огрызнулась в ответ. Супруг набросился на Галину с кулаками, схватил ее за волосы, повалил на пол и начал бить ногами до тех пор, пока его не оттащил приятель.

       

Фото: ИЗВЕСТИЯ/Михаил Терещенко

Получив втык от хозяина квартиры, заступник вышел покурить на балкон, и измывательства над женой продолжились с новой силой. Супруг начал душить жену сначала руками, а потом и веревкой от крестика. Галина нащупала на столе нож и нанесла несколько ударов, Максим не разжимал руки. Последовали еще несколько тычков ножом, пока он не обмяк. Позже эксперты насчитают на теле Максима 11 ранений, одно из которых оказалось смертельным. «Скорую» вызвал приятель.

Как писали СМИ, в тот момент Галина не вполне осознавала, что происходит. На крики прибежала соседка снизу и забрала проснувшегося ребенка к себе, вслед за ней пошла и Каторова. Глава семьи тем временем оставался на полу в квартире. Женщина вернулась с ребенком в квартиру некоторое время спустя и решила, что пьяный муж заснул, так как следов крови не было.

Вскоре приехала «скорая» и констатировала смерть главы семьи. Это стало откровением для Галины — она не понимала, что случилось. По версии защиты, у нее началась истерика, она просила медиков продолжить реанимационные мероприятия.

Позже приехали полиция и сотрудники СКР, было возбуждено уголовное дело об убийстве, и Галину арестовали.

Возможно, эта история осталась бы незаметной и ушла в архив как банальная бытовуха вместе с обвинительным приговором, если бы не привлекла внимание Елены Соловьевой. Адвокат специализируется на оказании помощи женщинам, пострадавшим от семейного насилия. Ее заинтересовало дело Галины — она узнала о нем от ее сестры Татьяны.  

Соседское равнодушие и слепота следствия

Следствие даже не пыталось рассмотреть версию о том, что Галина действовала в условиях необходимой обороны. Это понятие для российского правосудия вообще экзотика и существует по большому счету в учебниках по уголовному праву. У следствия была «стройная» версия о бытовой «мокрухе», и отступать от нее никто не собирался вплоть до судебных слушаний. В суд дело ушло как умышленное убийство. Обвинение считало, что у подсудимой были возможности уйти от кровавой развязки, разрешить конфликт. Но как именно, в подробности не вдавались.

«Вставал вопрос на суде о том, почему Галина не вырвалась от мужа и не укрылась, например, в коридоре, не убежала на улицу. Мы объясняли в суде, что в процессе избиения Галина увидела, что проснулась девочка. «Бежать самой — значит оставить ребенка с ним, бежать вместе с ребенком тоже было страшно… вдруг нагонит, покалечит и меня, и ребенка? И куда бежать-то, на улице снег, холод?» — пересказывает позицию своей доверительницы адвокат.

        

Фото: Global Look Press/Michaela Begsteiger

Бояться нужно равнодушных, как точно подметил писатель Бруно Ясенский, ибо с их молчаливого согласия совершаются предательства и убийства — это утверждение вполне актуально, когда речь идет о насилии. Стоит напомнить, что трагедия в семье Каторовых разыгралась на глазах у гостя. Он сперва оттащил друга от избитой им женщины, но потом выслушал упрек от Максима, дескать, «не твое дело», и предпочел не вмешиваться в конфликт, согласившись выйти на балкон на время экзекуции над девушкой. Оттуда он слышал, как приятель избивает жену, но вернулся в комнату только после того, как услышал грохот, — подумал, что мебельный шкаф рухнул. В суде тем не менее мужчина подтвердил, что, когда он оказался в комнате, Максим всё еще душил жену, а в ее руках был нож.   

С местными жителями, увы, ситуация была закономерной. Когда ты с ними общаешься с глазу на глаз, они искренне рассказывают, что происходило в семье, и осуждают участников. Но как только ты их приглашаешь в качестве свидетелей — никто не хочет являться. А если даже являются, то в суде заявляют, что ничего не видели, ничего не слышали. Я обошла весь подъезд, за Галину все вставали, обещали явиться. Дошло до дела… в суде воды набрали. Хорошо, что я сама взяла с них протоколы опроса», — вспоминает адвокат.

Почему не ушла от тирана

По словам Елены Соловьевой, у погибшего мужчины было трудное детство: рос он без отца, его мать в тот период употребляла спиртное. Со временем он также пристрастился к алкоголю. В жене Галине он видел единственную опору.

«Существует типичный портрет агрессора и типичный портрет жертвы. Ситуация в семье Каторовых была хрестоматийной в этом плане. Агрессор себя ведет так: с одной стороны, обижает женщину, а с другой стороны — постоянно поднимает ее статус. Так и Максим — сначала бил ее, а потом говорил, что, кроме нее, у него никого нет, просил прощения. Даже говорил, что руки на себя наложит. Галя говорит, что понимала — он никому не нужен. Воспитывала его бабушка, которая к тому моменту умерла. Она его прощала, надеялась, что он отогреется с ней рядом», — рассказывает адвокат.

Избивать Галину Максим начал еще до свадьбы. Пришлось даже церемонию бракосочетания отменять. Но жениху вскоре удалось примириться с девушкой. Такой зять сразу не пришелся по душе матери и отцу Галины, но девушка говорила, что очень его любит.

Побои продолжились, и женщина обратилась в милицию, предварительно зафиксировав полученные травмы. Однако вскоре последовало примирение. А в 2013 году молодые люди расписались — Галина ждала ребенка. Причем на момент заключения брака Максим был под следствием за увечье бывшего ухажера своей супруги. И это была не первая его судимость — дважды он совершал преступления против личности.

После рождения ребенка Максим начал злоупотреблять спиртным, запрещенными препаратами. Немало страданий Галине доставляли систематические неприкрытые измены мужа.

Коснулось многих

После того как стали известны детали уголовного дела, указывающие на несправедливое привлечение женщины к уголовной ответственности, на сайте change.org появилась петиция с требованием не лишать свободы Каторову. На момент публикации ее подписали 119 283 человека.

          

Фото: ИЗВЕСТИЯ/Алексей Майшев

«Ситуация всколыхнула людей, потому что проблема домашнего насилия затрагивает так или иначе всех. Если это творится не в собственной семье, то где-то поблизости. Мы неоднократно доказывали в суде тот факт, что Галина не раз приходила в полицию и мама ее приходила в полицию — но они не получали там никакой защиты. Таких ситуаций в моей практике много — полиция не реагирует на звонки потерпевших. Что остается женщине в безвыходной ситуации? Защищать себя первым попавшимся под руку предметом», — рассказывает Елена.   

С тех пор как в январе 2017 года был частично декриминализирован состав о побоях из УК РФ, тема домашнего насилия вызывает всё больше опасений среди правозащитников. Законодатели перевели рукоприкладство в категорию административных проступков, то есть снизили значимость этого правонарушения. «Раскрывать» административное правонарушение полицейским (участковым, оперуполномоченным) неинтересно — такие подвиги в зачет не идут, в отличие от уголовных составов. Правовых последствий в виде судимости проступок также не предусматривает — за нарушение ПДД санкции и то строже.

Такое смелое решение суда стало компенсирующим следствие необдуманного законодательного решения. Само осознание возможности для женщины безнаказанно защитить себя любыми средствами сможет стать весомым сдерживающим фактором для домашних садистов.

В соответствии с законом после прекращения уголовного дела по реабилитирующим обстоятельствам Галина освобождена от выплаты иска матери погибшего Максима Каторова. Теперь она имеет право на компенсацию от государства за проведенное в СИЗО время. Стоит также напомнить, что это решение по делу Каторовой может быть обжаловано и опротестовано.