Перейти к основному содержанию
Прямой эфир

«Теперь это точно война»

Обе стороны киевского противостояния взялись за огнестрельное оружие, счет погибших идет на десятки, раненых — на сотни
0
«Теперь это точно война»
Фото: ИЗВЕСТИЯ
Озвучить текст
Выделить главное
вкл
выкл

Киевские демонстранты всю ночь готовились к разгону майдана милицией и «Беркутом», который ожидался в четверг ближе к утру. На подходах к лагерю протестующих складывали заранее облитые бензином покрышки, натягивали между столбов цепи, устанавливали самодельные противотанковые ежи.

Но вместо милиции утром штурм начали сами демонстранты, провернув настоящую тактическую операцию. Сотни человек вышли на «ничейную территорию» между лагерем протестующих и милицией, начав было укреплять снаружи возведенные накануне баррикады, но тут же вытащили из них металлические пруты и кинулись на силовиков.

«Теперь это точно война»

Наступление противников Януковича шло сразу по двум перпендикулярным направлениям: по Институтской улице и по Крещатику. Милиция отступила, закидываемая булыжниками и бутылками и зажигательной смесью. Милиция и «Беркут» попытались остановить нападавших сначала резиновыми пулями, потом и боевыми. В ответ со стороны протестующих раздался ответный огонь: у протестующих в руках — охотничьи ружья, спортивные карабины и снайперские винтовки.

Начинается война, где пока пленных еще берут. Первыми в руки мятежников попадают бойцы срочной службы внутренних войск. Под конвоем человек 20 солдат проводят за сцену майдана, обрывая по дороге погоны. Растерянные и напуганные парни молча снимают и отдают бронежилеты, солдатские ремни, выворачивают карманы и ждут решения своей участи.

— Ребята, не бойтесь, делайте всё, что вам велят, вас никто не обидит. Отдайте документы и телефоны, деньги оставьте себе. Храни вас Христос, — инструктирует пленных священник, который еще минут назад стоял на сцене и возносил через микрофон молитвы о воцарении мира.

— Вы лучше смотрите, чтоб в них камнем никто не кинул, а не за тем, что у них в телефонах, — рычит командир сдавшегося отряда. — Мы по своей воле дубинки сложили и к вам вышли. Имейте уважение.

С командиром считаются даже его конвоиры. Когда тот требует отложить допрос своих ребят до тех пор, пока они хоть немного придут в себя, никто не спорит.

Дрожащими руками принимая у противников сигареты, солдаты рассказывают, как оказались в плену.

— Командир велел нам сдаться. Мы же с дубинками стоим, а с той стороны оружие настоящее появилось. Он сам вышел вперед и договорился, что мы кладем щиты, снимаем шлемы и оставляем позиции на Институтской. Плохо только, что телефоны забрали. Маме хотел позвонить, сказать, что цел, — всхлипывает худой маленький боец, глядя, как конвоиры отдают своим товарищам его бронежилет и газовые гранаты из его карманов.

Но большинство отрядов милиции и «Беркута» дают отпор вооруженным формированиям майдана. На поднимающейся круто вверх Институтской бой вспыхивает с новой силой. Отступившие под прикрытие многократно переходивших из рук в руки баррикад милиционеры отбивают атаку демонстрантов. Санитары-добровольцы относят раненых в холл гостиницы «Украина», где за считаные минуты врачи под удивленными взглядами консьержей и барменов разворачивают импровизированный госпиталь.

У дверей гостиницы уже собираются вооруженные люди.

«Теперь это точно война»

— Ну, теперь это точно война. Давайте, хлопцы, стреляйте в этих гадов ментовских. Ни одному не дайте уйти, — кричат вслед уходящим к баррикадам.

Треск автоматов и раскатистое буханье охотничьих ружей эхом гуляет по улице. Милиционеры под прикрытием снайперов уходят выше, почти к самому повороту на администрацию президента. Падающих бойцов подбирают их товарищи. Схватка становится все ожесточеннее.

Снайперы из числа протестующих прячутся за деревья, урны и рекламные стенды. Милицейские — занимают позиции в окнах домов правительственного квартала. Бьют наверняка. Сначала по ногам, но когда становится понятно, что натиск не ослабевает, — в грудь и голову.

Почти ежеминутно на носилках или самодельных щитах в сторону гостиницы несут раненых. Убитых просто волокут за руки или за ноги. В гостиничном холле уже не хватает места, и часть транспортабельных раненых уносят к площади Независимости, где уже несколько месяцев работает полевой госпиталь и постоянно дежурят машины скорой помощи.

«Теперь это точно война»

Спонтанно начавшаяся атака также спонтанно и замирает уже через несколько часов плотного огня. В холле гостиницы «Украина» прекращение перестрелки воспринимают с облегчением.

— Сегодня нам принесли 13 погибших. У всех пулевые ранения, несовместимые с жизнью. Сколько раненых, я даже не могу с ходу сказать. Десятки, скорее даже сотни, — стоя рядом с вынесенными из гостиничного ресторана столами, превращенными в операционные, говорит координатор медслужбы майдана Ольга Богомолец.

К этому времени вооруженных людей среди протестующих уже не видно. То ли разошлись, то ли попрятали ружья и автоматы. На быстро возведенных на Институтской баррикадах остаются перепачканные сажей от горящих покрышек мужчины с дубинками в руках. Милиция тоже не уходит с позиций. Активных перестрелок с наступлением темноты уже нет. Война продолжится завтра.

«Теперь это точно война»

Комментарии
Прямой эфир