"Этот расстрел был заказан в Москве"

В воскресенье исполнилось три года со дня гибели в Чечне отряда Сергиево-Посадского ОМОНа . 21 российский милиционер в ходе жестокого боя был расстрелян своими же коллегами. Суд по этому делу продолжается до сих пор, и до сих пор нет окончательного судебного решения, кто же должен нести ответственность за эту трагедию. В минувшую субботу, помянув павших товарищей, милиционеры созвали пресс-конференцию и попытались расставить точки над i в уголовном деле, которому уже три года. В том, что вина за трагедию лежит не на нынешних подсудимых, в ОМОНе не сомневаются. По словам бойцов, тогда, три года назад, их командиры сделали все возможное, чтобы сохранить жизни людей. Все же обвинения со стороны Генпрокуратуры в том, что вопреки действовавшим тогда инструкциям руководство не обеспечило омоновцев бронетехникой и авиационным прикрытием, явно надуманны. - Даже в теории тогда не существовало никаких инструкций о продвижении сотрудников МВД по территории Чечни, - заявил "Известиям" нынешний командир сергиевопосадцев Александр Волков. - Более того, на практике получить бронетехнику и авиаподдержку было нереально - эти силы, как и все в Чечне, находились тогда в ведении военных, и доступа МВД к ним не имело. Генерал Фадеев (ответственный тогда за колонну, в которую входил ОМОН) хорошо представлял реальную опасность движения в Грозный напрямую из Моздока и запросил руководство в Москве изменить маршрут и идти в Грозный через Гудермес. Но ответ пришел отрицательный. По данным "Известий", первые инструкции о продвижении милицейских колонн по территории Чеченской Республики появились 3 марта 2000 года - на следующий день после гибели бойцов сергиево-посадского отряда. Соответствующий приказ подписал заместитель министра внутренних дел генерал Иван Голубев, руководивший силами МВД в Чечне. Именно в этом приказе, появившемся через семь месяцев после начала второй чеченской войны, впервые говорилось о необходимости прикрытия колонн бронетехникой и авиацией. Механизм же взаимодействия военных и милиционеров по вопросам прикрытия разработан не был. В прокуратуре, расследовавшей дело о гибели бойцов ОМОНа, наверняка были известны все вышеперечисленные факты, но тем не менее все свои силы она направила не на поиски исполнителей, а на тех, кто якобы допустил трагедию. Как заявили на пресс-конференции омоновцы, во время допросов следователей не интересовало ничего, кроме вины их руководства. А у милиционеров, похоже, есть своя версия происшедшего. Как заявила на пресс-конференции Анжелика Федина - жена погибшего омоновца, в феврале 2000 года перед самой отправкой в Чечню многие бойцы отряда знали, что там их ожидает. Перед отъездом командир отряда Дмитрий Маркелов даже попрощался со всеми, сказав, что это его последняя командировка. Часть бойцов знала, что у командира произошел конфликт с кем-то из руководства и внеплановая отправка в Чечню - прямое следствие этого (отряд только что вернулся с Северного Кавказа и по праву имел несколько месяцев на передышку). Опасения командира полностью оправдались - он был убит пулей снайпера в первые же минуты боя. Это была единственная пуля, попавшая в его автомобиль за 20 минут горячего боя. Вот что рассказал на пресс-конференции один из выживших тогда бойцов: - В Моздоке наш отряд встречали командир подольчан, на смену которым мы шли, с несколькими бойцами и командир Щелковского ОМОНа Андрей Кукушкин. Подольчане сели в головную машину и указывали дорогу. А машина с Кукушкиным где-то отстала. Мы ждали ее, пытались связаться по рации, но безрезультатно. А пять месяцев спустя на поминки ребят и на празднование пятой годовщины создания отряда (эти даты совпали) Кукушкин приехал в гости в отряд. В ходе застолья, будучи уже в подпитии, он признался, что отстал тогда не случайно - он знал о нападении и получил приказ из Москвы отстать от колонны. Упомянув эти факты и пять раз повторив, что расстрел отряда был заказан в Москве, милиционеры не стали называть конкретных имен. Однако если учесть, что ими усиленно муссируется версия некоего конфликта с руководством, то вполне возможно, что речь идет о генерале Владимире Позняке, в тот момент руководившем всеми подмосковными ОМОНами. Возможно, именно его и подозревают омоновцы в причастности к гибели двух десятков своих товарищей. Эта версия была опубликована даже в официальной печати, где автор (коренной сергиевопосадец и друг покойного Маркелова) говорил о давней связи Владимира Позняка с чеченскими преступными группировками. Сейчас между высокопоставленным милиционером и журналистом идет судебная тяжба. В суде по делу о гибели отряда Владимир Позняк выступал в качестве свидетеля обвинения. Теперь сам генерал Позняк будет выступать в суде ответчиком - родственники павших бойцов подали на него в суд за клевету и оскорбления. На прошедшей пресс-конференции ни они, ни сами бойцы ОМОНа не стали делать скандальных заявлений, лишь ограничившись просьбой к президенту взять дело о гибели отряда под свой контроль. - Больше нам надеяться не на кого, - заявила жена погибшего командира ОМОНа Лидия Маркелова. История уголовного дела № 59030 Колонна, состоящая из 100 бойцов Сергиево-Посадского ОМОНа и двух сводных отрядов по 50 сотрудников ГУВД Московской области, прибыла в Моздок около 5 часов утра 1 марта 2000 года. Омоновцы под руководством полковника Маркелова выгрузились из эшелона и на автомашинах двинулись в Старопромысловский район Грозного, где должны были сменить Подольский ОМОН. Сводные отряды под командованием генерала Фадеева продолжили путь до Гудермеса. Четыре часа спустя всего в нескольких километрах от места назначения колонна сергиевопосадцев попала в засаду. Итог двадцатиминутного жестокого боя - двадцать один погибший, в том числе и командир ОМОНа, и почти столько же раненых. По факту гибели омоновцев было возбуждено уголовное дело № 59030 по ст. 105 УК РФ. Почти сразу удалось установить, что в расстреле колонны принимали участие боевики Гелаева, их подельники из местной милиции и ...свердловские милиционеры. Оказалось, что в местный райотдел поступила информация о подходе под видом чеченской милиции колонны боевиков. Был отдан приказ на перехват. Уже в первые секунды боя свердловчане, занимавшие позицию слева по ходу колонны, поняли, кто на самом деле перед ними, и прекратили огонь. А с противоположной стороны по ОМОНу с удвоенной силой били чеченцы-милиционеры и боевики. Трое из них (в том числе двое сотрудников Старопромысловского РОВД) позже будут задержаны и допрошены, а затем по непонятным причинам отпущены. Со временем дело было переквалифицировано - "убойная" статья заменена на статью о халатности, а вместо чеченских милиционеров и боевиков в нем появились другие подозреваемые - командир сводного отряда генерал Фадеев (сейчас он занимает должность начальника ГИБДД Московской области), руководитель группы управления МВД в Чечне полковник Левченко (ныне пенсионер) и командир отряда Подольского ОМОНа (по причине тяжелой болезни делопроизводство в его отношении прекращено). В вину офицерам ставилось то, что они не обеспечили отряд бронетехникой и авиационным прикрытием. Однако суд Старопромысловского района Грозного переложил всю вину за происшедшее на покойного командира сергиевопосадцев Дмитрия Маркелова, который якобы самовольно выдвинулся в Грозный, не дождавшись прикрытия. Прокуратура опротестовала приговор, и Верховный суд Чеченской Республики отправил дело на доследование. В январе полковнику Левченко и генералу Фадееву было вновь предъявлено обвинение по тем же статьям, что и в прошлом году.