Восстание "октябристов"

Ответственность на сторонников Руцкого и Хасбулатова в 1993 году возлагали 46 процентов опрошенных, сегодня - 22 процента. В 1993 году применение силы против сторонников Верховного Совета оправдывали 51 процент респондентов, сегодня - 22 процента опрошенных. "Известия" предоставляют читателям возможность взглянуть на события 3-4 октября 1993 года глазами очевидцев. Сергей Глазьев, в то время министр правительства, подавший в отставку в знак протеста: - В ситуации, когда Ельцина сподвигли на расстрел парламента, мне стало понятно: если оставаться честным и законопослушным человеком, нельзя участвовать в государственном преступлении. Я считаю, что любой порядочный человек на моем месте должен был поступить так же. Андрей Федоров, директор фонда "Центр политических исследований и консалтинга": - 4 октября 1993 года нельзя назвать торжеством демократии. Тогда выгоднее, конечно, было сохранить накал страстей - каждая из сторон думала, что именно ей удастся завладеть настроением масс. Сейчас многие участники тех событий говорят о том, что если бы знали, куда это дальше пойдет, то не допустили бы такого развития событий. Правильно один из высокопоставленных сегодня людей сказал - если бы мы знали в 1993 году, что такое спор хозяйствующих субъектов... Тогда набор инструментов для разрешения ситуации в стране был минимальным -- никто в расчет не брал Верховный или Конституционный суд. Сейчас вот это, пожалуй, и поменялось. Мы прошли пик экономического подъема, а после Ирака у нас будет серьезный спад. А ключевые вопросы остались нерешенными. С 1993 года набор проблем остался практически тем же, а федерация стала еще более хрупкой. Что дала ликвидация Верховного Совета? Два дефолта - политический и экономический, две чеченские войны. Мало взять власть, ее надо еще и удержать. Дошло до такой экстремальной точки - это обоюдная вина сторон. Александр Руцкой, вице-президент России в 1991-1993 годах: - Это противостояние имело в своей основе не политический, а экономический характер. Никто не собирался никого ни свергать, ни захватывать, потому что в Верховный Совет народных депутатов были впервые избраны представители народа и они отстаивали не свои интересы, направленные на передел собственности, а интересы народа. Я был коммунистом, но не из тех, которые сегодня называют себя коммунистами. Сам Зюганов сбежал 25 сентября из Верховного Совета и начал призывать население страны не реагировать на происходящее, что говорит о его конъюнктурности. Конечно, больше всего я сожалею о том, что погибли люди, и погибли варварски, когда их расстреливали из танков - били прямой наводкой. Тем, кто расстреливал Белый дом, я никогда не подам руки, потому что не только произошло предательство по отношению к Конституции, но они нарушили и воинскую присягу. Константин Боровой, в 1993 году - председатель Российской товарно-сырьевой биржи: - Я считаю, что это место нельзя было назвать парламентом. Это было место, где сконцентрировались баркашевцы и потерявшие контроль над собой коммунисты, которые хотели совершить переворот и начать кровавую реставрацию в России. Ельцин принял тогда единственно правильное решение, и это тот самый случай, когда Запад нам не указ. Если бы не Ельцин, боевые действия шли бы не только в Чечне, но и по всей территории страны. "Альфа" не стреляла - Это были дни, которые мне запомнились на всю жизнь, - говорит ветеран группы антитеррора "Альфа" полковник запаса Игорь Митрофанов. - Тогда решалась судьба страны. И сомнений в том, надо ли выполнять приказы, ни я, ни мои сослуживцы не испытывали. Другое дело, как приказ выполнить. К чести наших командиров, в первую очередь генерал-майора Геннадия Николаевича Зайцева, было сделано все возможное, чтобы не пролилась кровь. "Альфа" в октябре 1993 не сделала ни одного выстрела. Стреляли по нашим сотрудникам. У здания правительства погиб младший лейтенант Гена Сергеев, пуля прошла между пластинами бронежилета... Но мои друзья продолжали вести переговоры с людьми, которые были внутри Белого дома, и сумели с ними договориться о мирной сдаче оружия. Это позволило предотвратить массовое кровопролитие. Каждый год 4 октября все "альфовцы" - и ныне служащие, и ушедшие в запас - собираются на Николо-Архангельском кладбище, где похоронены Геннадий Сергеев и другие наши друзья, погибшие при исполнении долга. Сергееву посмертно присвоено звание Героя России. Судьба "октябристов" У 1068 депутатов съезда народных депутатов РСФСР и 252 членов Верховного Совета РСФСР судьба после октября-93 сложилась по-разному. Одни остались работать в политике и парламенте, другие ушли в бизнес, третьи - в никуда. В нынешней Думе и по-прежнему в оппозиции Сергей Решульский и Виталий Севастьянов (оба в КПРФ), депутат Бичелдей Каадыр-оол - в "Единстве". Сергей Бабурин старается реализоваться на поприще адвокатуры. Весьма успешно сложилась карьера Александра Вешнякова - теперь он главный по выборам во всей стране. Александр Дзасохов стал президентом Северной Осетии. Иван Рыбкин, который серо смотрелся в ВС, после тех событий сразу стал спикером Госдумы, а теперь исчез из большой политики. Несостоявшийся отец первой российской Конституции Олег Румянцев, которого избили омоновцы 9 лет назад, теперь вице-президент нефтяной компании "Шелл". В стане тех, кто открыто выступал за разгон ВС РСФСР, было 17 депутатов. Теперь эти люди (Сергей Носовец, Сергей Красавченко, Борис Золотухин и другие) ничего не представляют собой в политике. Из них только Александр Починок смог сделать карьеру. Для некоторых, наоборот, октябрь-93 стал толчком, чтобы пойти в политику (Станислав Говорухин). Публицист Глеб Павловский, осуждавший 9 лет назад трагические события, стал близким к Кремлю политтехнологом; по сути одним из идеологов нынешней власти. А что вы думаете об этом?