Стратегический паритет: почему евро и доллар сравнялись
В настоящий момент доллар впервые за последние 20 лет достиг паритета с евро. Переход этого символического рубежа стал ожидаемым событием, которое демонстрирует сложности, с которыми столкнулась европейская экономика. В другой ситуации у равенства доллара и евро были бы свои ощутимые преимущества для еврозоны и Евросоюза в целом, но сейчас ситуация принципиально иная. Инвесторы между тем ставят на дальнейшее падение евро, в то время как реальных рычагов по его сдерживанию у Европейского центробанка не так уж и много. Подробности — в материале «Известий».
Долгая дорога вниз
Евро достиг исторического максимума против доллара — без малого 1,6 доллара за евро — летом 2008 года. С тех пор долгосрочный тренд для европейской валюты был направлен исключительно вниз. Долговой кризис в ЕС подорвал экономические перспективы еврозоны, а рост все последние 10 лет значительно отставал по темпам от более динамичной Америки. С тех пор евро в основном блуждал в коридоре 1,1–1,2 доллара.
Новый этап падения европейской валюты наступил во второй половине 2021 года. Менее чем за год евро потерял 20% своей стоимости. Что произошло? В первую очередь Европа стала эпицентром энергетического кризиса, который сейчас ставит под угрозу существование крупных европейских компаний и даже целых отраслей промышленности. ЕС привык к дешевой энергии и сейчас экономике континента предстоит непростая перестройка. Не стоит забывать и о проблемах с цепочками поставок, возникших как раз к середине 2021 года. Тяжелый удар понесло, к примеру, автомобилестроение, критически важное для европейской экономики.
Во-вторых, несмотря на происходящее, ЕЦБ крайне неохотно подошел к вопросу повышения ставок, тогда как, допустим, ФРС США делает это ударными темпами и обещает еще и ускорить процесс. Пока центробанк Евросоюза планирует во втором полугодии повысить ставку в три этапа, по 0,5 процентного пункта каждый раз. Однако это лишь доведет ключевую ставку до 1,5%, тогда как в США она уже находится на этом уровне. Даже при прочих равных (чего мы не наблюдаем) деньги пойдут туда, где ставки выше.
Многие инвесторы и специалисты рынка считают, что евро не остановится на текущих уровнях. К примеру, аналитики Nomura предполагают, что европейская валюта может упасть до 95 центов или даже до 90 центов, если Россия не поторопится вернуть в эксплуатацию «Северный поток» после ремонта. Кроме того, угроза рецессии, более острая в ЕС, дополнительно давит на евро прямо сейчас. Одним словом, непонятно, где на сегодняшний день может находиться дно у падения евро.
Пройти навылет
Слабая валюта — не всегда плохо: она стимулирует развитие собственного производства, повышая относительную конкурентоспособность национальной экономики. Однако в условиях, когда ключевой импорт даже без учета ослабления валюты подорожал до невозможности местным производителям продолжать бизнес, она может стать «контрольным выстрелом в голову». Кроме того, проблема инфляции, присутствующая сейчас везде, в Европе становится наиболее острой. В июне, например, индекс потребительских цен в еврозоне махнул сразу на 8,6%. С ценами производителей всё еще хуже. Укрепление евро позволило бы хотя бы частично обуздать ускоряющуюся инфляцию.
Таким образом, логичным было бы резко ужесточить денежно-кредитную политику и тем самым сдержать инфляцию. Однако в европейских условиях такое жесткое таргетирование может выйти боком. В отличие от США европейская экономика пребывает в совсем непростом состоянии и может влететь в острую рецессию даже при нынешней ДКП. О том, что может произойти, если ставка ЕЦБ превысит американскую, европейские финансисты предпочитают даже не размышлять.
Второй важнейший фактор принятия решений — финансовая хрупкость ЕС, точнее, некоторых отдельных его стран. Государства вроде Италии и Греции буквально погрязли в долгах, превышающих 150% ВВП. Даже такие уровни можно было бы потерпеть в условиях быстрого экономического роста, но как раз его-то в последние годы (а тем более теперь) и нет. Рынки крайне нервно реагируют даже на самые осторожные шаги ЕЦБ по ужесточению ДКП — в прошлом месяце, к примеру, разница в ставках по облигациям между странами Южной Европы и Германией приблизились к уровням времен долгового кризиса. Если «пережать», то можно получить ситуацию запредельных ставок по государственным обязательствам финансово слабых стран и в конце концов невозможность для них занимать или обслуживать свой колоссальный долг.
На всё это накладывается и обостряющийся политический кризис, который на этой неделе всплыл на поверхность в той же Италии. Ключевая причина фактического развала правящей коалиции — меры экономии, которых при новых финансовых потрясениях может стать еще больше. Вылет из еврозоны нескольких уязвимых стран представляется при таком развитии событий весьма вероятным сценарием.
Таким образом, у ЕЦБ совсем немного инструментов для сдерживания падения евро. На крайний случай есть еще продажа валютных резервов, но европейские страны давно не прибегали к таким интервенциям, их ресурсы в этой части ограничены, да и резервы принадлежат отдельным странам, а не Евросоюзу в целом. В итоге получается, что ЕС выбирает падение евро и следующую за ним с неизбежностью инфляцию как меньшее из двух зол. В конце концов, рост цен бьет по карману потребителей, но он же и смягчает долговое бремя. Если не произойдет ничего экстраординарного, ближайшие месяцы или даже годы пройдут под знаком дешевого или очень дешевого евро.
