Перейти к основному содержанию
Прямой эфир
Главный слайд
Начало статьи
Нашли крайнего: кто стоит за арестом «Академика Иоффе»
2021-11-06 17:42:38">
2021-11-06 17:42:38
Озвучить текст
Выделить главное
вкл
выкл

В четверг, 4 ноября, стало известно об аресте российского исследовательского судна «Академик Иоффе» в датском порту Скаген. Как сообщило посольство РФ в Дании, арест произвели еще 1 ноября, с тех пор судно с 38 членами экипажа и 23 учеными на борту удерживается в Скагене. Датские власти изъяли судовые документы и передали представителям российского посольства копии судебных решений, на основании которых произошло задержание. «Известия» разбирались, какие претензии предъявляются владельцу исследовательского судна и почему из-за подводной скалы в канадской бухте российский Институт океанологии может потерять свои корабли.

«Арест судна осуществлен в качестве обеспечительной меры по иску третьей стороны, связанному с предыдущей деятельностью НИС «Академик Иоффе», — сообщило российское посольство в Дании. Чуть позже атташе российской миссии Мария Сыроватко уточнила, что иск, связанный с коммерческой деятельностью судна, подала канадская компания One Ocean Expeditions Ltd.

Как пояснил «Известиям» замдиректора Института океанологии им. П.П. Ширшова РАН Вячеслав Кременецкий, задержание «Академика Иоффе» связано с делом 2019 года, когда находившееся в чартерном пользовании у канадской круизной фирмы судно было отозвано домой.

— Я знаю, что задержали из-за истории с расторжением контракта на фрахт. В 2019 году министерство сказало расторгнуть данные контракты. Думаю, сейчас будут договариваться, потому что судно зашло по какой-то необходимости, хотя обычно избегали заходить в национальные порты с тех пор, — рассказал ученый.

Ошибка ценой в миллионы

События, которые привели к теперешней ситуации, произошли в 2018 году. Канадская круизная компания One Ocean Expeditions, основанная путешественником Эндрю Проссином, организовывала туристические полярные экспедиции в Арктику и Антарктиду на одном португальском и двух российских кораблях — «Академик Иоффе» и «Академик Сергей Вавилов». Эти суда находились в собственности Института океанологии РАН и были переданы по договору фрахтования кипрской компании-посреднику Terragelida Ship Management (TSM). Та, в свою очередь, заключила договор с One Ocean о передаче судов для чартерных рейсов.

В августе 2018 года «Академик Иоффе» со 102 туристами на борту сел на мель в канадской бухте, в одном дне пути от прибрежного поселения Кугаарук провинции Нунавут — недалеко от места, где были обнаружены корабли загадочно исчезнувшей в XIX веке экспедиции Джона Франклина. Морское дно в этих местах плохо изучено, и навигационные карты не предоставляли точных данных, что и стало причиной инцидента. Никто не пострадал, но судно получило пробоину, а в океан попал 81 л мазута.

One Ocean экстренно отправила на помощь «Академика Вавилова», уже перевозившего пассажиров. Компания организовала чартерные рейсы, чтобы вывезти всех туристов из Арктики и отправить домой. По данным канадских СМИ, это обошлось ей в $2,8 млн.

«Иоффе» отправили на ремонт, отменив девять запланированных и распроданных рейсов в Арктику и Антарктиду. One Ocean пришлось перенаправить часть туристов на маршруты «Вавилова» и португальского RCGS Resolute, а другим вернуть деньги за путевки.

Тем временем возник спор о том, кто должен нести расходы за ремонт российского ледокола. Согласно ст. 206 Кодекса торгового мореплавания РФ, «для капитана судна и других членов экипажа судна обязательны распоряжения фрахтователя, касающиеся коммерческой эксплуатации судна» — эта норма существует и в международном морском праве. Однако в случае, если ошибка, в результате которой судну необходим ремонт, происходит по вине капитана, то ремонт оплачивает судовладелец.

В данном случае инструкция следовать маршрутом через малоизученную область поступила от фрахтователя. Но One Ocean настаивает, что инцидент произошел по невнимательности экипажа, в связи с чем судовладелец, то есть Институт океанологии, должен оплатить все издержки.

Как заявил Эндрю Проссин, он еще тогда мог подать ходатайство об аресте «Иоффе», но не стал этого делать, «потому что это положило бы конец отношениям с русскими». Однако в марте 2019 года One Ocean подала иск в Лондонский адмиралтейский суд на компанию-посредник Terragelida, которая заключила контракт с канадским туроператором якобы от имени РАН. Иск содержал требование возместить убытки, понесенные компанией в результате «небрежной навигации».

Дело в том, что в отчете совета по безопасности транспорта Канады, сделанном после происшествия, говорится, что «члены группы невнимательно следили за эхолотами, и неуклонное уменьшение глубины под килем оставалось незамеченным в течение более 4 минут, потому что сигнализация эхолотов о малой глубине была отключена».

В том же году в Федеральный суд Канады Проссином было подано ходатайство об аресте «Академика Иоффе», «Академика Вавилова» и еще семи судов, принадлежащих Институту океанологии.

Позвали домой

После окончания в мае антарктического сезона два российских судна вышли в сторону Канарских островов, где должны были выгрузить исследовательские материалы и оборудование. Вместо этого они изменили курс и направились в свой порт приписки Калининград.

«В последние дни OOE стало известно, что владельцы «Иоффе» и «Вавилова» внезапно сняли суда с обслуживания пассажиров. Их решение стало полной неожиданностью для OOE и неподвластно нашему контролю. Вывод судов на сезон-2019/20 — это нарушение контракта с OOE и теперь является предметом судебного иска», — заявили тогда в пресс-службе One Ocean.

Однако в России не согласились с этим. Институт океанологии в том же месяце выступил с заявлением, подчеркнув, что не заключал никаких соглашений с One Ocean Expeditions и, следовательно, не несет перед компанией ответственности. В пресс-службе пояснили, что суда переданы по договору фрахтования компании Terragelida до осени 2019 года.

Когда в 2020 году разбирался иск о банкротстве One Ocean, которая к тому времени потеряла и третий свой корабль, накопив множество долгов, интересы компании представляла PricewaterhouseCoopers (PwC). Из судебных документов, размещенных на ее сайте, следует, что Terragelida, которая там значится как «дочка» Института океанологии, причинила One Ocean ущерб на $19 млн, из которых $12,5 млн — вследствие внезапного отзыва судов и отмены рейсов. Еще $6,5 млн — это сумма, в которую компании обошлись возвраты средств за туры «Академика Иоффе» после инцидента в бухте и которую One Ocean просит взыскать с TSM.

Там же содержится информация, что в апреле 2019 года Terragelida без предупреждения разорвала контракт с One Ocean Expeditions, несмотря на незавершенный арктический сезон. В результате компании пришлось отменить уже запланированные и оплаченные круизы на двух судах, что привело к дополнительным издержкам.

По мнению One Ocean, Институт океанологии РАН вступил в сговор с компанией Terragelida, чтобы избежать ареста «Иоффе». Якобы именно с этим был связан внезапный отзыв двух российских кораблей.

В то же время специализированные российские СМИ сообщали, что к весне 2019 года One Ocean Expeditions накопила долги перед TSM, не оплачивая топливную и фрахтовую пошлины, из-за чего кипрская компания и отозвала корабли. Позже TSM подала иск в Лондонский адмиралтейский суд о взыскании долга.

Это лишь одна сторона произошедшего с One Ocean за 2018–2019 годы. Компания накопила долги на сотни тысяч долларов перед работниками, не могла оплатить обслуживание и пошлины за оставшийся корабль, который в итоге была вынуждена продать за бесценок, столкнулась с множеством исков как от бывших сотрудников, так и от пассажиров, которые так и не попали на оплаченные рейсы, была на грани банкротства, но в суде отстояла план по реструктуризации. Все эти годы научно-исследовательское судно «Академик Иоффе» находилось в российских водах и было недосягаемо.

Так было до 30 октября, когда оно отправилось в короткую экспедицию на два месяца с 23 учеными на борту, рассказала РЕН ТВ жена одного из них — Олега Левченко. «Со связью очень сложно. Интернет не работает. Сегодня он позвонил и сказал, что 1-го числа пришли полицейские, забрали документы и больше никто не появлялся. Живут на судне. Кормят. Пока всё нормально, настроение прекрасное, потому что ничего не знают. Ждут», — отметила она.

Пока неизвестно, сколько еще предстоит ждать группе ученых, по воле случая застрявших у берегов Дании. Как отметили в Минобрнауки, ведомство занимается изучением деталей инцидента с задержанием, а посольство России в Дании «взаимодействует» с местными властями. Такой же ответ на запрос «Известий» дала представитель МИД России Мария Захарова.

Кто виноват в аресте корабля

Если корабль получает повреждение по вине экипажа, который предоставил судовладелец, то ремонт и все издержки оплачивает судовладелец, даже если договор фрахтования заключен не напрямую, а через посредника, пояснил «Известиям» юрист Дмитрий Кваша. Именно на эту норму морского права опирается компания One Ocean, предъявляя свои претензии. Однако в данном случае российский экипаж не виноват в случившемся. Как заявил в 2019 году врио директора Института океанологии Алексей Соков, вскоре после инцидента в бухте и российская и канадская стороны это признали.

«Да, впервые у нас такое случилось: судно село на мель. Но есть заключение и российского, и канадского регистра, что там даже капитан не был виноват — это было плавание судна «Иоффе» в районе с неточными картами», — сказал Соков.

Также есть вероятность, что убытки, которые понесла One Ocean, должна оплачивать страховая компания, отметил адвокат Василий Давыдов в беседе с РЕН ТВ.

«Надо конкретно ознакомиться с договором фрахтования, потому что там наверняка между сторонами договора как-то обязанности распределены. Эти повреждения не просто так там появились, кто-то их нанес. Должны были быть составлены соответствующие протоколы. Возможно, что в этом случае убытки и повреждения должна оплачивать страховая компания», — рассказал он. Юрист подчеркнул, что теперь Институту океанологии необходимо экстренно оспорить решение суда, которое когда-то вынесло постановление об аресте судна: «Другого развития событий я не вижу. Я думаю, это можно вполне оспорить. Сейчас надо решать именно через судебные механизмы, через привлечение экспертов».

Капитан первого ранга в отставке, военный эксперт Владимир Гундаров также подтвердил, что ответственность сторон в случае повреждения судна зависит от того, как составлен договор фрахтования. «Видимо, из-за неурегулированности этого вопроса и из-за неопределенности, которая оставалась в договоре фрахта, возникли вот эти неприятные истории с этим судном», — сказал он.

Неясно, сколько еще будут продолжаться судебные тяжбы One Ocean о поиске виноватых и какая судьба ждет второе судно — «Академик Вавилов». Главная задача сейчас — вызволить ученых, которые оказались невольными заложниками коммерческого спора.

— На мой взгляд, первоочередной задачей сейчас является определение возможности скорейшего освобождения судна, включая внесение залога. От этого будет зависеть продолжительность его нахождения в Дании. Если стоянка под арестом будет затягиваться, то необходимо вернуть на родину участников научной экспедиции и, вероятно, часть экипажа. Также остающиеся на борту должны быть обеспечены продуктами, пресной водой, топливом для поддержания систем судна в рабочем режиме, — заявил «Известиям» председатель Российского профсоюза моряков Игорь Ковальчук. Он подчеркнул, что союз будет следить за ситуацией.

Он пояснил, что это не должно вызвать проблем, так как даже если Россия не станет вносить залог за судно, репатриировать научных сотрудников и большую часть экипажа можно в любой момент. Если же залог будет внесен, то судно может уйти вместе с экипажем и экспедицией, ожидая окончания судебных разбирательств в свободном плавании.

— Если будет установлено, что [были предоставлены] неточные карты, то здесь есть основа, чтобы отбиваться от этого иска, но в любом случае это будет решаться в суде, — добавил Ковальчук.

С этим мнением согласен и член Ассоциации юристов РФ, руководитель юридического бюро Александр Амелин. «Если в рамках юридического разбирательства будет доказано, что собственник судна или диспетчер предоставили карту, на которой были допущены ошибки, то ответственность ляжет на диспетчера», — отметил он. Юрист пояснил, что капитан должен следовать проложенному маршруту, но напомнил, что суда оборудованы специальными средствами, которые позволяют измерять глубину под кораблем.

Также он согласился, что разбирательства будут долгими. «Дело непростое, потому что надо разобраться, кто должен нести ответственность за многомиллионный валютный иск. Надо провести тщательную работу: установить все нарушения, которые были, и по чьей вине они произошли. И только после этого либо согласиться с иском и выплатить сумму, либо отстаивать свои права в международном суде. Полагаю, что судьба судна будет решаться год», — заявил юрист каналу РЕН ТВ.

«Известия» направили запросы в Минобрнауки, Институт океанологии РАН, компании One Ocean Expeditions и Terragelida Ship Management, но на момент публикации материала ответ не получен.

Читайте также