Уроки труда

По масштабам расходов программа по борьбе с безработицей сравнима с национальными проектами. (Напомним, на нацпроект "Здоровье" за четыре года потрачено 346,3 млрд руб. бюджетных средств, на "Доступное жилье" - 378 млрд руб.) В этом году на оживление рынка труда правительство добавит еще 105 миллиардов рублей, и, судя по прогнозам правительства, с безработицей в стране будет покончено. Власти уже сейчас удовлетворены результатом: за два года общая безработица уменьшилась с 6,8 млн до 5,5 млн человек, регистрируемая - с 2,1 млн до 1,6 млн человек. Удалось сохранить около двух миллионов рабочих мест и создать 4 млн дополнительных.

По мнению Мин-здравсоцразвития, прорыв на трудовом фронте вызван улучшением экономической ситуации в стране. Независимые эксперты полагают, что безработицу просто "забросали деньгами", чтобы снять социальное напряжение.

Корова не спасла

Два года назад в ответ на кризис, оставивший без работы всю семью, 50-летний екатеринбуржец Виктор Кулаков купил корову и уехал в деревню начинать новую жизнь ("Известия" писали об этом в репортаже "На помощь уральской индустрии пришли хрюшки и буренки").

- Это, конечно, не банковский вклад - положил деньги и жди процентов, а собственное дело, - говорил он друзьям. - Зато буду работать на себя и ни от кого не зависеть.

Друзья угрюмо молчали. Все понимали, что Кулаковы связываются с коровой не от хорошей жизни. Да и какие из них животноводы? Всю жизнь на "Уралмаше", общий трудовой стаж 130 лет, горожане в шестом поколении. Зато служба занятости очень даже приветствовала инициативу бывшего слесаря-ремонтника: Виктору дали "подъемные" - 58 000 рублей (годовое пособие по безработице) и сняли с учета. Еще раньше перестала числиться безработной его жена Надежда, отказавшись переучиваться с экономиста на уборщицу, за такую же строптивость вылетел с биржи старший сын - инженер-конструктор Андрей. Младший Валерий, дипломированный управленец, после сокращения целый год смиренно махал метлой на заводских задворках за 4800 рублей в месяц и надеялся, что он еще пригодится в родном цеху. Так и вышло: Валеру за казенный счет выучили на токаря и оставили на заводе, посоветовав засунуть диплом менеджера куда подальше.

Старшие Кулаковы уехали к сестре в Невьянский район на крестьянские хлеба. Сейчас, поди-ка, уже знатные животноводы.

- Ничего не вышло, - поделился с "Известиями" Виктор. - На корове капиталов не сделаешь, она сама нас объела: комбикорм - купи, ветврачу - заплати, витамины - достань, а молоко если и оставалось, то сбывать некуда. В город не наездишься - билет 200 рублей туда-обратно, а две банки продашь за 150. Короче, держим кормилицу только для собственных нужд да чтоб с тоски не помереть.

По его словам, безработица в деревне - жуткая. Кто-то бы и хотел работать, но негде, нет никакого производства. Люди вконец обнищали, самые богатые здесь - пенсионеры. По городской привычке всюду лезть Кулаковы поехали в районный центр занятости с предложением - отремонтировать за казенный счет заброшенный свинарник, купить поросят и создать в деревне что-то типа потребкооперации. На них посмотрели как на идиотов: "Нам деньги выделяют только на пособие для безработных, по 800 рублей".

Кулаковы говорят: "Ну так аккумулируйте эти средства хотя бы за один месяц - хватит и на ремонт, и на свинок, мы с сыновьями бесплатно проведем свет, воду, жена займется бухгалтерией на общественных началах. У людей будет работа, нормальный заработок". Посоветовали им не умничать. А через пару дней, когда весть, будто Кулаковы хотят "отобрать" у безработных пособие, разлетелась по району, им подожгли сеновал. Корова Майка теперь перебивается на картошке со свеклой.

Поел - заплати налоги

- Оставшись без дела, люди деградируют, но если вовсе не выделять средства на организацию рабочих мест - село погибнет, - солидарна с Виктором Кулаковым депутат Байкаловской районной думы Надежда Ильиных. - Сейчас на биржах новое веяние - давать по 60 тысяч рублей исключительно на организацию собственного дела. Однако, поверьте мне, без необходимой агротехники организовать на эти средства что-то путное невозможно. Человек их просто пропьет.

В лучшем случае - проест, как это происходит, допустим, в Туве. Судорожно пытаясь уменьшить официально зарегистрированную безработицу, местное правительство выдает субсидии любому безработному при условии, что он снимется с учета.

- Приходит на биржу человек: я бы занялся производством кумыса, поддержите меня. Комиссия без раздумий соглашается, потому что есть установка - развивать бурную деятельность по созданию новых рабочих мест, - на условиях анонимности рассказал "Известиям" специалист биржи, сам принимающий участие в этой имитации. - Проходит время - ни человека, ни кумыса.

И таких "предпринимателей" уже тысячи. В 2009 году по 58 800 рублей получили 1710 человек, в прошлом просубсидировано 712 так называемых бизнес-проектов. Ни один из них не реализован. Провал операции "трудоустройство" сами граждане объясняют так: "Денег мало. Нас поставили на учет в налоговые органы, туда надо платить, в пенсионный фонд - тоже, накапливаются долги..." Неудачники снова просятся в безработные, и снова тувинское правительство пошире распахивает государственный карман.

Крестьянская бандана

Борьба с безработицей больше всего буксует на аграрном направлении, подтверждают в Минрегионе. По данным министерства, незанятого населения в сельской местности в два раза больше, чем в городе, и что с этим делать - непонятно. Пока решили к 2015 году сократить долю сельского хозяйства на рынке труда, а селян переориентировать на работу в других отраслях, например, в сфере услуг. Однако в эффективности такой меры эксперты сомневаются, ведь сфера услуг, как и малый бизнес в целом, может хорошо развиваться лишь там, где есть крупные предприятия и люди, стабильно получающие высокую зарплату. Если вся деревня состоит на учете в службе занятости и получает пособие в 800 рублей, то чем они будут платить за услуги, предлагаемые соседями-предпринимателями? Тем не менее, говорят, на селе уже появились энтузиасты, взамен традиционного земледелия сумевшие найти себе другое занятие.

"Известия" по всей России пытались найти убедительный пример крестьянской переориентации. Увы, попадалась в основном "экзотика", как в селе Солонешное Алтайского края, где бывший аграрий Вячеслав Власенко с помощью немудреного оборудования штампует картинки на футболках.

- Самозанятость - спасение для жителей села, - поделился он с нашим корреспондентом. - В городе трудно найти свою нишу, а у нас надо просто сесть и подумать. Я, например, сосредоточился на сувенирке. Новый год, 23 февраля, 8 Марта - заказов полно! Для турбаз разрисовываю кружки и банданы...

И это, конечно, неплохо. Но, похоже, масштабное повторение такого опыта грозит тем, что к 2015 году в аграрном секторе уже не останется молока, чтобы налить его в разрисованную крестьянином кружку.

Мода на оранжевый жилет

Главной фишкой государственной программы по борьбе с безработицей были и остаются (в моногородах) так называемые "общественные работы". За два года ими охвачено более трех миллионов человек, план по валу перевыполнен. Но что это за работы? Они в основном организованы в бюджетном секторе на федеральные деньги (уборка территории, благоустройство, встречаются и такие, как "ошкуривание бревен" и "ощип кур"). Оформление упрощено до предела: работники, предполагаемые к увольнению, централизованно оформляются на общественные работы даже без визита в службу занятости - списки подаются туда скопом. Но главное - высвобождаемые оформляются без регистрации в качестве безработных. Затем временные работы продлеваются, пока не кончились федеральные деньги, а они пока есть.

В принципе, в промышленных моногородах, например, Среднего Урала, катастрофически пострадавшего от кризиса, программа общественных работ оправдала себя. Она дала возможность 200 000 уральцев хоть как-то перекантоваться, пока на предприятиях шла модернизация производства. И хотя в некоторых городах типа Ирбита на одну вакансию по-прежнему претендуют по десять безработных, напряженность на рынке труда пошла на спад. Особенно это заметно в Екатеринбурге. Рекрутинговые агентства, как и до кризиса, вновь испытывают настоящий кадровый голод. Наиболее востребованные профессии в городе - рабочие, на них и сделана ставка по программам переобучения. На эти цели федеральный бюджет потратит в этом году 430 миллионов рублей. Столь же щедрой была помощь федерации и в прошлые годы. Она пришлась очень кстати - вдвое уменьшилась безработица в Нижнем Тагиле и Каменске-Уральском. И самое главное - не за счет пересиживания на "общественных работах", а в результате реально открывшихся вакансий на заводах.

Далеко не во всех регионах столь же радужная картина, хотя Москва практически всем давала на безработицу "по потребностям". Возможно, именно это обстоятельство и спровоцировало затянувшуюся любовь регионов к "оранжевым жилетам". То есть к тем самым "общественным работам", на которых уже два года прозябают люди без надежды когда-нибудь получить настоящее рабочее место. При этом, напомним, они не числятся официальными безработными и, по сути, за федеральные деньги просто улучшают статистику для областного начальства.

На этой почве в конце прошлого года разгорелся скандал в Орле. Губернатор Александр Козлов усомнился в правильности подсчета уровня безработицы. По данным службы занятости, последние два года она все время падала "в результате активизации производственной деятельности предприятий" и стала даже меньше, чем в докризисное время. Между тем на местных заводах продолжаются массовые сокращения, найти работу в городе практически невозможно, статистика фиксирует небывалую миграцию трудовых ресурсов - по 20-30 тысяч человек в год. Почему такое приукрашивание действительности?

Да просто всю армию городских безработных фиктивно принарядили в оранжевые жилеты, не удосужившись даже дать в руки лопаты для расчистки улиц, по которым не пролезешь. Центру, чтобы и дальше качал деньги в Орел, показывали "официальный" уровень безработицы - 1,4%. Начальника службы занятости отправили в отставку с вручением почетной грамоты за многолетний труд. Но пока нет ответа на вопрос: будет ли проведена ревизия расходования средств, выделенных на программу содействия занятости населения? За два года на эти цели федерация направила в Орел свыше 400 миллионов рублей. По бумагам все они оприходованы, в том числе на проведение стажировок и курсов повышения квалификации. Тут возникает второй вопрос: на основании каких критериев выбирали организаторов курсов и предприятия, которым выделяли средства под временные вакансии?

К слову, "потемкинских деревень" - предприятий, которые на федеральные деньги якобы открывают у себя новые рабочие места, в стране хоть отбавляй. В Волгограде, например, количество вакансий уже больше, чем самих безработных. Однако положение с занятостью в области по-прежнему критическое. Хитрость вот в чем: большинство работодателей предлагают зарплату на уровне пособия по безработице, остальные подтягивают его до прожиточного минимума (в Волгограде он составляет 6024 рубля). За такие деньги уж лучше дома сидеть, чем делать вид, что работаешь.

Есть вопросы и к переобучению кадров. В том числе и к запущенной в этом году программе по переподготовке молодых матерей и женщин, занятых на вредном производстве. Денег на это выделяется немного - по 1200 рублей на человека, но в общем набегает приличная сумма. Главное - придумать, как ее освоить, чтобы и центру угодить, и себя не обидеть. Переучивают, как вы догадались, на работу в сфере услуг. Самые популярные курсы - парикмахеров. "Известия" насчитали более 70 регионов, где женщин учат исключительно стричь и завивать кудри. В ярославском моногороде Гаврилов-Ям, где две тысячи ткачих сидят без работы, а все население - 18 тысяч, каждая вторая уже стала мастером цирюльного дела, сейчас повышают квалификацию по второму кругу. Реально устроилась на работу всего одна, да и у той платежеспособных клиентов нет.

Не в восторге безработные и от качества обучения.

- Преподавала нам женщина пенсионного возраста, которая, мягко говоря, мало что понимала в современных стрижках, - рассказывает Оксана Переверзева, жительница города Волжского Волгоградской области. - После такого обучения устроиться на работу просто невозможно. Мне, например, пришлось заплатить опытному мастеру в одном салоне, чтобы просто стоять рядом с ней и наблюдать за манипуляциями. Вот такие знания мне пригодились.

Для разнообразия в некоторых регионах - например, в Пензе - переобучающимся за 1200 казенных рублей читают курс лекций по охране труда. Авось, кому-нибудь пригодится в будущем.

Край оптимистов

Глядя на такие региональные потуги, что-то не верится, будто они помогают бороться с кризисом, а не усугубляют его. Однако сверху поступают оптимистические прогнозы. Глава Института современного развития (ИнСоР) Игорь Юргенс считает ситуацию с занятостью населения "некритичной" и верит в то, что власть не только начнет принимать неотложные меры "по тушению пожара", но и займется структурной перестройкой рынка труда, чтобы "на выходе из кризиса мы имели квалифицированную, настроенную на модернизацию рабочую силу, а не трудовой балласт". Ему вторит и руководитель Центра социальной политики Института экономики РАН Евгений Гонтмахер: "Безработица - это способ перевести людей с не-эффективных мест работы на более эффективные".

Диссонансом в оптимистическом хоре звучит высказывание директора Независимого института социальной политики Татьяны Малеевой: "Искусственное поддержание занятости населения может нам в будущем дорого стоить". Хоть оно и идет вразрез с директивной установкой во чтобы то ни стало сохранить в регионах рабочие места, но за ним стоит весьма существенный фактор - губернаторы из боязни, что их могут уволить за плохую статистику по безработице, во многом сами способствуют сохранению неэффективных рабочих мест, инициатива местных властей зачастую направлена не столько на инновационный поиск, сколько на составление "красивой" отчетности в Москву. Что до 350 миллиардов рублей, которые федеральный бюджет "обрек" на модернизацию рынка труда, то ведь ни за один рубль регионы еще не отчитались. А когда программа будет свернута, то и спрашивать нет смысла - мало ли наше государство делает инвестиций, которые не всегда окупаются.

И последнее наблюдение от нашего волгоградского корреспондента: "Можно ли верить борцам с безработицей, если центры занятости - это настоящие дворцы? Никто не говорит, что безработные должны ютиться в узких коридорах. Но ведь и роскошь необязательна. А у нас в центрах занятости полы из мрамора. Это, на мой взгляд, неприлично".

Шесть совещаний за месяц

За последний месяц президент Дмитрий Медведев провел шесть совещаний, посвященных мерам по борьбе с безработицей.

4 февраля глава государства приехал в один из столичных отделов трудоустройства, где пообщался с жителями Москвы, зарегистрированными на бирже труда.

10 февраля на доклад к президенту пришел вице-премьер Александр Жуков, который курирует в правительстве рынок труда. Особое внимание на встрече было уделено безработице среди выпускников вузов, которая в значительной степени связана с тем, по каким специальностям высшие учебные заведения производят набор. Президент поручил "осовременивать нынешний набор специальностей" и связать количество мест с ситуацией на рынке труда.

14 февраля на совещание по занятости были приглашены ряд губернаторов, руководители бизнес-союзов, представители профсоюзных организаций. По его итогам, в частности, было принято решение поправить Трудовой кодекс и легализовать дистанционную работу.

15 февраля Дмитрий Медведев посетил подмосковный Краснознаменск, где в городском центре профессионального образования встретился с сотрудниками служб занятости из разных регионов страны.

19 февраля в Сочи президент собрал руководителей парламентских фракций и с ними тоже обсудил проблему безработицы.

1 марта большое совещание состоялось в Элисте. По его итогам президент дал целый ряд поручений. Предоставить право женщинам, находящимся в отпуске по уходу за ребенком, пройти профессиональное обучение. Обеспечить координацию деятельности по реализации программ, направленных на поддержку малого и среднего предпринимательства. Заняться мониторингом эффективности их реализации. Сформировать дополнительные механизмы поддержки реализации комплексных инвестиционных проектов моногородов, в том числе по предоставлению госгарантий по кредитам. Провести отбор лучших практик деятельности центров содействия трудоустройству выпускников учреждений образования. Разработать и обеспечить реализацию мер по содействию занятости высвобождаемых сотрудников милиции и военнослужащих. Проработать вопрос о создании в субъектах нашей страны центров социальной адаптации увольняемых военнослужащих, граждан, уволенных с военной службы, и членов их семей.