$2 миллиона за моральный ущерб
$2 миллиона за моральный ущерб
2017-05-14T23:05:51+03:00
2004-08-04T09:46:00+04:00
Партийный переулок, д. 1, к. 57, с. 3
115093
Москва, Россия
info@iz.ru
Более $2 млн надеется отсудить у владельцев аквапарка "Трансвааль" в качестве компенсации морального ущерба дедушка 8-летней Юли Милогородской… Юлины родители погибли 14 февраля этого года под рухнувшей крышей аквапарка. Дедушка надеется, что благодаря этим деньгам внучка удержится в "среднем классе", к которому принадлежали ее родители. Их портреты стоят на столике у стены - хрупкая Аня и широкоплечий Андрей. Они были ровесниками - этим летом обоим исполнилось бы 30 лет…
0
Более $2 млн надеется отсудить у владельцев аквапарка "Трансвааль" в качестве компенсации морального ущерба дедушка 8-летней Юли Милогородской. Вчера в Черемушкинском суде столицы состоялось первое заседание на процессе по этому делу. Юлины родители погибли 14 февраля этого года под рухнувшей крышей аквапарка. Дедушка надеется, что благодаря этим деньгам внучка удержится в "среднем классе", к которому принадлежали ее родители. Самой Юле до суда дела нет. Она больше всего боится, что с дедушкой и бабушкой тоже может что-то случиться.
- Привет, Юля!
Юля хмуро смотрит на меня и молчит. Она не хочет общаться с журналистами. Хотя сначала, рассказывает ее дедушка Вячеслав Сергеевич Киселев, она очень интересовалась передачами про "Трансвааль" и сама хотела попасть на телевидение. А потом интерес к этой теме вдруг угас.
- Она начала понимать, что на самом деле произошло, - объясняет бабушка Юлия Александровна. - Первое время она относилась ко всему проще и даже людей, пришедших на поминки, воспринимала как гостей.
Юлин папа погиб под завалами сразу, а мама еще шесть дней была в коме. Врачи говорили, что спасти ее вряд ли удастся. Сама Юля в это время лежала в Морозовской больнице и не знала, что родителей у нее больше нет. Бабушка убеждала внучку, что они живы, только пока неизвестно, в какой больнице лежат.
Мама умерла в тот день, когда выписали Юлю. Плачущая бабушка решила больше не обманывать ребенка и сказала ей все как есть. Тогда Юля тоже разрыдалась. А теперь, говорит бабушка, у нее горе не слезами выходит. Она просто сидит и смотрит в одну точку. Впрочем, иногда все-таки плачет. Находит для слез пустяковый повод - мороженого не дали, занозу загнала или живот заболел. Но дедушка с бабушкой знают, что дело не в мороженом и не в животе: Юля плачет о родителях.
Их портреты стоят на столике у стены - хрупкая Аня и широкоплечий Андрей. Они были ровесниками - этим летом обоим исполнилось бы 30 лет. Вместе учились в МИСИ, вместе пошли работать в рекламное агентство. Начинали с нуля, потом стали подниматься по служебной лестнице. В перспективе Андрей планировал открыть свой бизнес. Заработали на квартиру в Мытищах. В ней теперь и живут Юля с дедушкой и бабушкой. Там все напоминает об Ане и Андрее. Недавно Киселевы с внучкой на полмесяца ездили к родственникам во Владимирскую область. Возвращаться в мытищинскую квартиру, признается Вячеслав Сергеевич, было тяжело даже им. А у Юли вообще случилась истерика. Впрочем, о родителях напоминает не только квартира, но и весь город. Часто, гуляя с дедушкой по Мытищам, Юля рассказывает ему, куда они ходили с мамой, что покупали, вспоминает житейские истории.
У Юли в квартире есть своя комната, но она там больше не живет: боится оставаться одна. После "Трансвааля" у нее вообще появилось много фобий: она боится темноты, замкнутых пространств, прозрачных куполообразных потолков, панельных домов. Она знает: они тоже рушатся. Но самый большой ее страх - страх потерять дедушку с бабушкой. Юля в курсе, что у 54-летней бабушки сахарный диабет, а у 56-летнего дедушки нелады с сердцем.
- Она очень повзрослела, - говорит Юлина бабушка. - Была капризным, избалованным ребенком. Бывало, отвожу ее в школу, а она просит меня ее сумку понести. А теперь наоборот, когда идем из магазина, она у меня сумку берет. Бережет нас.
"Бабушка, ты никогда не умрешь?" - как-то спросила у Юлии Александровны внучка. В другой раз она попросила у нее разрешения хотя бы изредка называть ее мамой.
Пока мы разговариваем, Юля крутится вокруг нас, ласкается к бабушке, играет с черепахой, приговаривая: "Ты мой пупсик!" Но в разговоре участвовать по-прежнему отказывается. Оживляется только когда речь заходит о Саше Ершовой - Юлиной ровеснице, которая спасла из-под обломков "Трансвааля" трехлетнюю девочку. В больнице Юля с Сашей лежали в одной палате. Девочки подружились, но не обменялись ни телефонами, ни адресами.
- Хочешь встретиться с Сашей?
- Да! - с энтузиазмом отвечает Юля. - Только как это сделать?
Обещаю ей, что найду Сашин телефон.
- Пусть к нам в гости приезжает, - говорит Юля.
Сейчас Юлия Александровна и Вячеслав Сергеевич придумывают, как им заменить Юле родителей не только с духовной, но и с материальной стороны. Родители, говорит Вячеслав Сергеевич, денег на Юлю не жалели. А дедушка с бабушкой и рады бы не жалеть, да денег-то особо нет. Формально Юлия Александровна еще работает - инженером на предприятии, где периодически не платят зарплату, и ведет кружок мягкой игрушки. Но фактически она уже несколько месяцев в отпуске за свой счет - сидит с Юлей. А Вячеслав Сергеевич из-за внучки решил досрочно выйти на пенсию. С нового года он хочет поискать подработку. Он хороший технический переводчик, может переводить с английского и японского языков. Тем не менее в удачу не очень верит: кому нужен человек предпенсионного возраста?
Вячеслав Сергеевич боится, что Юля из среднего класса, к которому принадлежали ее родители, перейдет в более низкий социальный слой. Хорошо еще, что пока она может учиться в своей старой частной школе: там пообещали учить ее бесплатно.
Улучшить материальное положение внучки Киселевы надеются, отсудив у владельцев "Трансвааля" - ЗАО "Европейские технологии и сервис" - 60 миллионов рублей.
- В правовом рыночном государстве такая ситуация разрешилась бы очень просто, - рассуждает Вячеслав Сергеевич. - Пострадавшие получили бы нормальные компенсации - и перед ними бы извинились. Я понимаю, что это несчастный случай, что не нарочно кто-то колонну подпилил, но кто-то должен принести нам за это извинения, в том числе материальные?
Киселев согласен на то, чтобы с ними рассчитались не деньгами, а услугами - оплатой Юлиного отдыха, наблюдением у психолога, контрактом с хорошим семейным врачом.
- Вам не кажется, что ваши рассуждения очень наивны?
- Да мне всегда говорили, что я витаю в облаках, - смеется Вячеслав Сергеевич. - Но надеяться-то надо, иначе зачем мы меняли государственный строй? А то что же получается: строим рыночные цивилизованные отношения, а тот, кто надеется на них, наивен?
Среди гражданских дел по "Трансваалю" иск Вячеслава Киселева первым дошел до рассмотрения по существу. По словам председателя московской коллегии адвокатов "Князев и партнеры" Андрея Князева, который ведет это дело, получить все 60 миллионов вряд ли удастся. Но даже если сумма будет снижена в два-три-четыре раза, получится вполне разумная цифра. Вчера заседание Черемушкинского суда было отложено до 10 августа, чтобы адвокаты могли подготовить возражения на "оправдательные" документы ответчиков.
- Привет, Юля!
Юля хмуро смотрит на меня и молчит. Она не хочет общаться с журналистами. Хотя сначала, рассказывает ее дедушка Вячеслав Сергеевич Киселев, она очень интересовалась передачами про "Трансвааль" и сама хотела попасть на телевидение. А потом интерес к этой теме вдруг угас.
- Она начала понимать, что на самом деле произошло, - объясняет бабушка Юлия Александровна. - Первое время она относилась ко всему проще и даже людей, пришедших на поминки, воспринимала как гостей.
Юлин папа погиб под завалами сразу, а мама еще шесть дней была в коме. Врачи говорили, что спасти ее вряд ли удастся. Сама Юля в это время лежала в Морозовской больнице и не знала, что родителей у нее больше нет. Бабушка убеждала внучку, что они живы, только пока неизвестно, в какой больнице лежат.
Мама умерла в тот день, когда выписали Юлю. Плачущая бабушка решила больше не обманывать ребенка и сказала ей все как есть. Тогда Юля тоже разрыдалась. А теперь, говорит бабушка, у нее горе не слезами выходит. Она просто сидит и смотрит в одну точку. Впрочем, иногда все-таки плачет. Находит для слез пустяковый повод - мороженого не дали, занозу загнала или живот заболел. Но дедушка с бабушкой знают, что дело не в мороженом и не в животе: Юля плачет о родителях.
Их портреты стоят на столике у стены - хрупкая Аня и широкоплечий Андрей. Они были ровесниками - этим летом обоим исполнилось бы 30 лет. Вместе учились в МИСИ, вместе пошли работать в рекламное агентство. Начинали с нуля, потом стали подниматься по служебной лестнице. В перспективе Андрей планировал открыть свой бизнес. Заработали на квартиру в Мытищах. В ней теперь и живут Юля с дедушкой и бабушкой. Там все напоминает об Ане и Андрее. Недавно Киселевы с внучкой на полмесяца ездили к родственникам во Владимирскую область. Возвращаться в мытищинскую квартиру, признается Вячеслав Сергеевич, было тяжело даже им. А у Юли вообще случилась истерика. Впрочем, о родителях напоминает не только квартира, но и весь город. Часто, гуляя с дедушкой по Мытищам, Юля рассказывает ему, куда они ходили с мамой, что покупали, вспоминает житейские истории.
У Юли в квартире есть своя комната, но она там больше не живет: боится оставаться одна. После "Трансвааля" у нее вообще появилось много фобий: она боится темноты, замкнутых пространств, прозрачных куполообразных потолков, панельных домов. Она знает: они тоже рушатся. Но самый большой ее страх - страх потерять дедушку с бабушкой. Юля в курсе, что у 54-летней бабушки сахарный диабет, а у 56-летнего дедушки нелады с сердцем.
- Она очень повзрослела, - говорит Юлина бабушка. - Была капризным, избалованным ребенком. Бывало, отвожу ее в школу, а она просит меня ее сумку понести. А теперь наоборот, когда идем из магазина, она у меня сумку берет. Бережет нас.
"Бабушка, ты никогда не умрешь?" - как-то спросила у Юлии Александровны внучка. В другой раз она попросила у нее разрешения хотя бы изредка называть ее мамой.
Пока мы разговариваем, Юля крутится вокруг нас, ласкается к бабушке, играет с черепахой, приговаривая: "Ты мой пупсик!" Но в разговоре участвовать по-прежнему отказывается. Оживляется только когда речь заходит о Саше Ершовой - Юлиной ровеснице, которая спасла из-под обломков "Трансвааля" трехлетнюю девочку. В больнице Юля с Сашей лежали в одной палате. Девочки подружились, но не обменялись ни телефонами, ни адресами.
- Хочешь встретиться с Сашей?
- Да! - с энтузиазмом отвечает Юля. - Только как это сделать?
Обещаю ей, что найду Сашин телефон.
- Пусть к нам в гости приезжает, - говорит Юля.
Сейчас Юлия Александровна и Вячеслав Сергеевич придумывают, как им заменить Юле родителей не только с духовной, но и с материальной стороны. Родители, говорит Вячеслав Сергеевич, денег на Юлю не жалели. А дедушка с бабушкой и рады бы не жалеть, да денег-то особо нет. Формально Юлия Александровна еще работает - инженером на предприятии, где периодически не платят зарплату, и ведет кружок мягкой игрушки. Но фактически она уже несколько месяцев в отпуске за свой счет - сидит с Юлей. А Вячеслав Сергеевич из-за внучки решил досрочно выйти на пенсию. С нового года он хочет поискать подработку. Он хороший технический переводчик, может переводить с английского и японского языков. Тем не менее в удачу не очень верит: кому нужен человек предпенсионного возраста?
Вячеслав Сергеевич боится, что Юля из среднего класса, к которому принадлежали ее родители, перейдет в более низкий социальный слой. Хорошо еще, что пока она может учиться в своей старой частной школе: там пообещали учить ее бесплатно.
Улучшить материальное положение внучки Киселевы надеются, отсудив у владельцев "Трансвааля" - ЗАО "Европейские технологии и сервис" - 60 миллионов рублей.
- В правовом рыночном государстве такая ситуация разрешилась бы очень просто, - рассуждает Вячеслав Сергеевич. - Пострадавшие получили бы нормальные компенсации - и перед ними бы извинились. Я понимаю, что это несчастный случай, что не нарочно кто-то колонну подпилил, но кто-то должен принести нам за это извинения, в том числе материальные?
Киселев согласен на то, чтобы с ними рассчитались не деньгами, а услугами - оплатой Юлиного отдыха, наблюдением у психолога, контрактом с хорошим семейным врачом.
- Вам не кажется, что ваши рассуждения очень наивны?
- Да мне всегда говорили, что я витаю в облаках, - смеется Вячеслав Сергеевич. - Но надеяться-то надо, иначе зачем мы меняли государственный строй? А то что же получается: строим рыночные цивилизованные отношения, а тот, кто надеется на них, наивен?
Среди гражданских дел по "Трансваалю" иск Вячеслава Киселева первым дошел до рассмотрения по существу. По словам председателя московской коллегии адвокатов "Князев и партнеры" Андрея Князева, который ведет это дело, получить все 60 миллионов вряд ли удастся. Но даже если сумма будет снижена в два-три-четыре раза, получится вполне разумная цифра. Вчера заседание Черемушкинского суда было отложено до 10 августа, чтобы адвокаты могли подготовить возражения на "оправдательные" документы ответчиков.
Читайте также
Комментарии
Поделиться:
Прямой эфир
