Перейти к основному содержанию
Прямой эфир

«Мы будем претендовать на wild card Джиро Д’Италия»

Генеральный менеджер «РусВело» Ренат Хамидулин — о перспективах команды, приглашении иностранцев и уходе Власова в «Астану»
0
Фото: Пресс-служба «Газпром-Русвело»
Озвучить текст
Выделить главное
вкл
выкл

В воскресенье в нескольких городах английского графства Йоркшир завершится чемпионат мира по шоссейным велогонкам. Костяк сборной России составляют спортсмены из единственной отечественной профессиональной велокоманды «РусВело», которая проводит довольно успешный сезон. В интервью «Известиям» менеджер команды Ренат Хамидулин рассказал о медальных перспективах россиян на Олимпийских играх в Токио, решении приглашать в «РусВело» иностранных гонщиков и шансах получить wild card (особое приглашение) на Джиро Д’Италия.

— Год назад вы сказали, что широкой общественности надо внимательно следить за тремя российскими гонщиками: Ильнуром Закариным, Павлом Сиваковым и Александром Власовым. В итоге Власов выдал классный сезон, хотя в это мало кто верил…

— Если говорить про Александра Власова, то его рост идет своим чередом, без каких-либо форсажей. В этом году он выиграл чемпионат России и сложнейший этап на Туре Австрии, и некоторые могут сказать, что это не так и много. Но успешность его сезона заключается в стабильности — на всех многодневках, в которых он участвовал этом году, Саша попадал в топ-10, а иногда и в топ-3. Это говорит о том, что он готов к выходу на новый уровень.

— Правильно я понимаю, что у него был контракт с «РусВело» на следующий год, и вы не стали чинить препятствий и отпустили его в команду мирового тура?

— Да, и я считаю, что это абсолютно нормальная ситуация. Он получил предложение от «Астаны» и захотел воспользоваться этим шансом, пойти на повышение в высшую лигу профессионального велоспорта. Зачем нам останавливать его в развитии? В конце концов, мы сейчас должны думать об Олимпийских играх в Токио. Понятно, если он сможет проехать Гранд-тур, а при определенных обстоятельствах у него есть шанс попасть в состав «Астаны» на «Тур де Франс», то у Саши будет больше возможностей подготовиться к Олимпиаде. Ни для кого не секрет, что основные кандидаты в олимпийскую сборную — это всё те же вышеназванные Власов, Сиваков и Закарин. Хотя если сейчас оценивать, как развиваются некоторые другие спортсмены, я бы не стал гарантированно говорить о том, что именно эти три гонщика займут вакантные места.

— У нашей сборной будет всего три лицензии в Токио?

— При определенных обстоятельствах их может быть четыре, но если говорить объективно — три.

— У вас нет опасений, что в «РусВело» Власов — лидер, а в «Астане» может затеряться?

— Я обо всем его предупреждал, он знает, какие есть плюсы и минусы его перехода. Саня решил рискнуть, но в каком плане рискнуть — всё равно это произошло бы рано или поздно. Почему переход в «Астану» я считаю оптимальным? У нас есть дружеские связи, контакты, как между странами, так и между командами, и мы знаем, что в казахстанской команде превосходно развивают молодых гонщиков. У них тоже есть своя система, которая очень похожа на нашу.

Да, он попадает в среду, где много других сильных ребят, нужно занять свою позицию — это абсолютно нормально не только для велоспорта. Возьмем НХЛ. Какой бы сильный ты ни был, ты должен завоевать свое место среди лучших. Я думаю, у Сани получится, у него хороший потенциал для роста.

— Николай Черкасов в следующем году может стать лидером команды?

— Черкасов — один из тех гонщиков, который развивается в нашей команде уже давно. Благодаря хорошему подходу в Тюменской школе велоспорта, где его плавно подводили к профи, он не перегружен. Поэтому уже в зрелом возрасте в состоянии продемонстрировать свои возможности. Он спортсмен, который может ехать и многодневки, и классические гонки. Поэтому могу спокойно говорить о том, что он точно займет лидерские позиции в команде на следующий год. А сможет ли он улучшить достижения Власова, покажет время. Я надеюсь, что да.

— Помимо Власова и Черкасова, чьим прогрессом вы еще довольны в этом году?

Я хочу обратиться к тем, кто внимательно следит за велоспортом, с таким посланием: есть, конечно, феноменальные спортсмены, типа бельгийца Ремко Эвенепула, которые выстрелили сразу. В основном же спортсмену нужно время на адаптацию, в профи совершенно другие скорости. Тут всё очень жестко, и какой бы талантливый гонщик ты ни был, потребуется минимум два–три года на адаптацию. Мы сейчас довольны прогрессом Влада Куликова, радует, как реагирует на нагрузки Петр Рикунов. У них не всё получалось в этом сезоне, но мы делаем определенную скидку на то, что это дебютный год для них.

Если у них в голове всё будет идти нормально, то через три–четыре года Куликов, Рикунов и еще ряд наших гонщиков выйдут на высокий уровень. Но бывали случаи, таких примеров больше одного, когда суперталантливые, подающие большие надежды спортсмены в итоге просто заканчивали карьеру на промежуточном этапе развития. Многие думают, почему? Что с ними случилось? Это голова, отношение к своей работе, способность быть профессионалом.

— Степан Курьянов в этом году в основном был разгоняющим, но западные эксперты пророчат ему большой потенциал. Что скажете о нем?

— Он не боится никаких условий в гонках — ни плохой погоды, ни плохой дороги, ни протяженности дистанции, ничего. Степа продемонстрировал, что способен уезжать в отрывы на крупных стартах, но тут важно найти свою нишу, окрепнуть немножко. Он неплохо может финишировать, но чистым финишером не является, а поэтому мы ищем варианты гонок, когда можно применить его физические способности по максимуму. В то же время Курьянов еще не до конца адаптировался в профессионалах. Да, у него был результат в этом году, он отлично выступил в Абу-Даби, но это явно не его потолок. Следующий год уже третий для него в профессионалах, ждем от Степы гораздо большего.

— Хотелось бы остановиться на Павле Сивакове. Вы делали ему предложение, чтобы он перешел в «РусВело»?

—Да, тогда он выступал за молодежную команду BMС development team.

— Получается, он остался в молодежной команде и не перешел в профи?

— Да, всё верно. И он провел очень успешный год и по его итогам получил предложение от одной из лучших команд мирового тура — Team Ineos.

— Сиваков вырос за границей. Можно сказать, что у него другой менталитет?

— Он достаточно простой парень, но мы общались не так много, чтобы я мог говорить о его человеческом менталитете. А что касается спортивного менталитета, то, конечно же, да. Это европейская система. Когда с детства ты учишься тому, что ты должен сам создать для себя условия и лично сделать так, чтобы у тебя вся тренировочная программа была выполнена от и до. Ты борешься в условиях огромной конкуренции. То есть это, во-первых, большее количество гонщиков, во-вторых, четкое понимание, что ты рассчитываешь только на себя. Никто тебе не поможет.

— Насколько я слышал, он сам себе оплачивает сборы?

— Это абсолютно нормальная практика. Когда он был в молодежной команде, то получал минимальную зарплату, которую сразу же вкладывал в свое развитие. Не покупал, условно, новый модный телефон, а организовывал себе сборы или приобретал необходимые тренажеры для восстановления. В итоге разница между спортсменами часто обусловлена именно расстановкой приоритетов.

— В «РусВело» есть такие ребята?

— Да, конечно. Не буду называть фамилии, чтобы никто не загордился. Но меня радует, что парни начинают понимать, из чего в итоге складывается их результат.

— Если говорить про новый сезон, все обсуждают, что впервые в вашей команде появляются иностранные гонщики. Это сделано для того, чтобы русские поняли: есть реальная конкуренция?

— В первую очередь это нормальная практика для всего спортивного мира. Идея мононациональной команды работала в какой-то мере неплохо. Не только у нас, ведь были голландские, итальянские мононациональные команды в профессиональном велоспорте. Но идет время, и спорт сильно меняется. Нам стало понятно, что необходимо обмениваться опытом, необходимо сталкивать менталитеты разных наций, разных континентов для того, чтобы улучшить спортивные результаты. Когда у тебя в команде интернациональный коллектив, то понятно, что это конкуренция на большем пространстве. На чемпионате России стартовало 70 или 80 человек, ну, или 100 давайте возьмем, да. Вот она, вся сотка, которая между собой условно конкурирует внутри страны. А на деле ведь гораздо меньше спортсменов готовы к выступлению в элитных гонках. А если мы начинаем открывать наши границы, то конкуренция попадания в состав, естественно, гораздо выше, и это, конечно, двигает всех только вперед. Ну и, в конце концов, когда спортсмены выходят на старт, всё-таки есть какое-то внутреннее чувство, что ты не должен быть хуже других, ты должен помочь, ты должен сам выиграть (я это по своему опыту даже могу сказать, раньше гонялся в интернациональной команде). За счет этого растут результаты.

— В следующем году вы будете претендовать на wild card Гранд-тура?

— Конечно, это ежегодная борьба, это тоже одна из причин, по которой решено делать команду интернациональной. Прямого такого требования нет, но интернациональная команда, очевидно, гораздо более интересна для организаторов. Тем более для крупных гонок.

Мы будем претендовать на wild card Джиро Д’Италия. Мы уже знаем эту гонку и базируемся в Италии, поэтому нам будет престижно показать результат именно в этой знаменитой супермногодневке.

— Из иностранных гонщиков кого можно назвать самым звездным подписанием?

— В первую очередь это, наверное, Марко Канола. Он хорошо известен в мировом велоспорте, уже неоднократно побеждал и продолжает это делать. Из молодежи выделю Симоне Веласко, и есть еще один очень перспективный гонщик, которого мы объявили на этой неделе — Кристиан Скорони.

— Перед началом этого сезона на пост спортивного директора вернулся Микеле Девоти. Это был оправданный шаг?

— Да, Микеле пропустил 2017 и 2018 год по личным обстоятельствам. У него была другая работа, не связанная с велоспортом, которую он должен был закончить. Когда он освободился от обязательств, мы встретились и решили возобновить сотрудничество. Это специалист высокого уровня, который погружен в велосипедный спорт 24 часа в сутки. В прямом смысле, без преувеличений. И это уже дало свои плоды в этом сезоне, поэтому возвращение Девоти оправдано на все 100%.

— Александр Серов и Алексей Марков уже не первый год спортивные директора команды. Виден их прогресс?

Могу сказать, что Марков был долго сосредоточен на треке, но у него не меньше опыта и в шоссейных гонках, он надежный и уважаемый гонщиками специалист. Что касается Серова, то он не так давно закончил карьеру спортсмена, и ему нужно было время на адаптацию. Сейчас это уже гораздо более жесткий человек во взаимоотношениях с гонщиками. В нужный момент он может сказать свое веское слово. В этом он прибавил. Понятно, что к совершенству всем надо стремиться, но Саша сделал большой шаг вперед.

— Давайте коснемся трека. На сколько медалей мы можем претендовать в Токио? В Рио было две — у Дениса Дмитриева и девушек (Войнова/Шмелева) в командном спринте.

Всегда сложно делать такие прогнозы. Могу лишь сказать, что наши лидеры — Настя Войнова и Даша Шмелева — в полном порядке. То же самое могу сказать и про командный спринт — Дмитриев, Перкинс, Шарапов и Якушевский. В этих дисциплинах шансы на медали высокие.

— На шоссе единственная медаль в Рио была у Ольги Забелинской, которая, к сожалению, теперь выступает за Узбекистан. У нас есть какие-то девушки, сопоставимые по возможностям с Забелинской?

— С Ольгой трудно кого-либо сопоставить, это уникальный человек. А вообще да, есть молодые девчонки (фамилии я называть не стану), которые способны неплохо выступить. Но о медалях говорить, наверное, не приходится. А вообще, конечно, Забелинскую терять было нельзя. Она принесла России очень много титулов, в том числе три олимпийские медали. Ей необходимо было создать максимально комфортные условия, которых она заслуживает. Чего сделано не было, но это уже другая история.

— В прошлом году президент Федерации велосипедного спорта России Вячеслав Екимов жестко критиковал вашу работу. Вам удалось уладить конфликт?

— Мы постоянно общаемся, никакого конфликта у нас нет. Да, он высказался критически, но это нормально в любом деле. В том числе в спорте. Единственное, я хочу сказать, что есть процессы, на которые требуется какое-то время. В 2017 году в нашу команду пришли гонщики из «Катюши», которых мы вынужденным образом спасли в тот момент, когда там они вдруг оказались не нужны. Это семь спортсменов. Мы попытались дать им шанс продолжить карьеру и понадеялись на то, что это может повысить уровень конкурентоспособности. С кем-то получилось, с большинством — нет. Мы поняли, что попали в кризис, и взялись за омоложение состава.

В данный момент могу сказать, что из прежнего поколения в команде остался только Иван Ровный, который помогает молодым спортсменам развиваться и делает свою работу очень качественно. Все остальные гонщики юные — средний возраст команды 24 года. Теперь я хочу спросить у критиков, обращают ли они внимание, что далеко не те гонщики, фамилии которых привыкли слышать, выигрывают? Что есть Власов, что есть Черкасов, что есть Рикунов, Курьянов, Куликов. Это же вообще новое поколение, им по 22–23 года. Мы смогли вывести их на новый уровень, и это, пожалуй, главный ответ на критику.

— Главный российский гонщик нового поколения Ильнур Закарин покинул «Катюшу» и перешел в CCC Pro Team. На ваш взгляд, это правильный выбор?

— Знаю, что перед тем, как осуществить этот переход, Ильнур предупредил владельцев «Катюши», поблагодарил их за время, проведенное в команде и, по всей видимости, получил такое разрешение. В ССС он, видимо, станет единоличным лидером на генеральную классификацию Гранд-туров, и только время покажет, правильный ли это был выбор. Думаю, что с финансовой точки зрения он не потерял и просто выбрал тот коллектив, который предложил лучшие условия в плане спортивных результатов. Скорее всего, выбор у него был.

— В завершение хотел бы задать вопрос про зарплаты. Минимальный оклад профессионального гонщика — €40 тыс. в год?

— Да, чуть больше, всё прописано в регламенте UCI, это открытая информация. Неопрофи — чуть больше €40 тыс, дальше минимум — уже за €50 тыс. Но профессионал, естественно, уплачивает налоги в стране его резиденции, ребята снимают себе жилье в Европе, иногда нужно вкладываться в свою подготовку, расходов много, и это не такие большие деньги в итоге.

Особенность профессионального велоспорта в том, что переход от минимального контракта к цифрам с пятью–шестью «нулями» может произойти быстро, но нужно много усилий и концентрации на своей работе, а вот это удается далеко не всем.

— Если не называть фамилий, какая самая высокая зарплата в «РусВело»?

Могу сказать, что у нас нет каких-то гиперконтрактов, зато есть гибкая система бонусов. Она отличается от системы многих команд, потому что чистая зарплата, на которую ты никак не можешь повлиять, — это, на мой взгляд, меньшая мотивация, чем контракт, который можно увеличить за счет собственных усилий. Не только как выигрывающего гонщика, но и как помогающего, потому что помогать, во-первых, нужно уметь, а во-вторых, нужно это делать на 100%. Помогать на 90% — это как раз самое плохое в велоспорте.

Про конкретные цифры я не стал бы говорить. Люди, которые будут читать это интервью, свяжут их с определенным фамилиями. Скорее всего, ошибочно.

Прямой эфир

Загрузка...