Былое и тюрьмы: генерал Музраев вспомнил в камере о правах на защиту
Генерал Михаил Музраев, арестованный по делу о покушении на губернатора Владимирской области Андрея Бочарова, сидит в так называемой карантинной камере столичного СИЗО «Лефортово». Об этом «Известиям» сообщил ответственный секретарь ОНК Москвы Иван Мельников. По его словам, бывший высокопоставленный работник Следственного комитета не только сетует на бытовые неудобства и проблемы со здоровьем, но и заявил о нарушении его права на защиту — якобы к нему в изолятор не пустили адвоката. Однако правозащитники утверждают, что это не так. А полковник Дмитрий Захарченко заявил, что не был у парикмахера уже два месяца и мечтает о машинке для стрижки.
Без адвокатов
Михаил Музраев был доставлен в СИЗО «Лефортово» 11 июня. Он сидит один в так называемой карантинной камере, где нет горячей воды и не работает телевизор. Собственных вещей ему еще не выдали, поэтому генерал одет в черную тюремную робу. Ответственный секретарь ОНК Москвы Иван Мельников рассказал, что экс-сотрудник СКР посетовал на бытовые неудобства, но гораздо больше он озабочен нарушением его прав.
— Михаил Музраев заявил, что к нему приходил адвокат, но его в СИЗО не пустили, и генерал считает это нарушением прав человека, — сообщил представитель ОНК. — «Какой разговор о защите прав обвиняемых можно вести, если адвоката не допускают?!», Музраев несколько раз эту фразу повторил.
Однако члены ОНК объяснили арестованному генералу СКР, что никто не запрещал ему встречаться с адвокатом, просто защитник не смог попасть в «Лефортово» из-за большой очереди.
— Мы рассказали Музраеву, что, несмотря на все усилия администрации изолятора, в нем пока лишь восемь кабинетов для встреч заключенных со следователями и адвокатами, а раньше их было шесть, и поэтому адвокаты со своими подзащитными видятся обычно раз в три недели, иногда раз в месяц, если повезет — раз в две недели, — пояснил Мельников.
Но эти объяснения генерала, похоже, не удовлетворили, он лишь сокрушенно продолжал спрашивать членов комиссии о том, как же без помощи адвоката обвиняемым защищать свои права.
Правозащитник отметил, что большинство знаменитых лефортовских арестантов говорят о том, что редко видятся со своими защитниками. А тому, что генерал Следственного комитета вспомнил в тюремной камере о правах человека, члены ОНК не удивились.
— Оказавшись в СИЗО, многие высокопоставленные чиновники, силовики и губернаторы, депутаты, известные предприниматели, недавние вершители судеб людей сразу начинают рассуждать с правозащитной точки зрения, тут это обычное дело. Они говорят и о нарушении своих прав, и о том, как бы они перестроили этот конкретный изолятор «Лефортово» и вообще правовую систему в стране, если бы обладали своими прежними возможностями, — добавил ответственный секретарь ОНК.
Книги, стрижка, телевизор
Михаил Музраев провел пять дней в камере с неработающим телевизором, книги ему тоже всё это время не выдавались.
— На наш вопрос, чем же он всё это время занимался, генерал ответил, что ходил по камере, измерял ее шагами, — рассказал член ОНК Москвы, обозреватель «Известий» Борис Клин.
Другие заключенные «Лефортово» тоже сталкиваются с аналогичными проблемами. Совсем недавно «Известия» сообщали, что с похожей жалобой к членам ОНК обращался арестованный ученый Роман Ковалев, который тоже оказался в камере без книг и с неработающими телевизором и радиоточкой.
— Он настолько тяжело это переживал, что согласился даже не перевод из отремонтированной камеры с горячей водой с старую, без ремонта и только с холодной водой, — рассказал Борис Клин.
В свою очередь, Иван Мельников напомнил, что библиотекарь приходит к заключенным лишь раз в неделю, а проблемы с просмотром телевидения в «Лефортово» начались в апреле, с переходом на цифровое вещание.
К жалобам совладельца «Суммы» Магомедова и отца экс-сенатора Арашукова, которые месяц не могут постричься из-за отсутствия машинки, теперь присоединился и полковник Дмитрий Захарченко, который заявил, что уже два месяца его не стригли
— В СИЗО значительное число телевизоров старой модификации, которые не принимают цифровой сигнал, но если в других изоляторах Москвы принимают в качестве благотворительной помощи новые телевизоры и приставки, то «Лефортово» от любой помощи в виде передачи того или иного имущества отказывается, и теперь там в некоторых камерах ловит один-два канала, а в других и вовсе ни одного нет, — сказал ответственный секретарь ОНК.
По его словам, администрация «Лефортово» отказывается принимать не только новые телевизоры и приставки к старым, но и машинки для стрижки, которых сейчас в изоляторе нет.
«Известия» уже писали о жалобах совладельца «Суммы» Магомедова и отца экс-сенатора Арашукова, которые месяц не могут постричься из-за отсутствия машинки. Теперь к ним присоединился полковник Дмитрий Захарченко, который заявил, что уже два месяца его не стригли, сообщил Мельников, уточнив, что ранее члены комиссии предлагали содействие администрации СИЗО в получении машинок в качестве благотворительной помощи, но получили отказ.
Пресс-служба ФСИН РФ не предоставила ответа на запрос «Известий» о том, по каким причинам администрация не принимает благотворительных пожертвований.
