Перейти к основному содержанию
Прямой эфир
Главный слайд
Начало статьи
Новый оборот: почему торговая война США и КНР опять разгорается
2019-05-08 15:02:54">
2019-05-08 15:02:54
Озвучить текст
Выделить главное
вкл
выкл

В затяжной торговой войне США и Китая наметился новый и отнюдь не обнадеживающий поворот. Уже 10 мая Вашингтон может повысить с 10% до 25% тарифы на ввоз сотен категорий китайских товаров, заявил на днях президент Соединенных Штатов Дональд Трамп. Исполнение этой угрозы Америка откладывала несколько месяцев в расчете на сделку с Пекином, но теперь, очевидно, надежды потеряла. 9 мая главный переговорщик КНР по торговой теме вице-премьер Лю Хэ прилетел в Вашингтон в попытке предотвратить эскалацию напряженности. При этом на худой мир в Пекине, похоже, тоже не особо рассчитывают: общий тон рассуждений в правительственной прессе сводится к обвинениям американской стороны в непредсказуемости и рассуждениям о том, что экономика КНР достаточно сильна, чтобы справиться с последствиями новых тарифов. «Известия» решили разобраться, почему США от диалога вновь перешли к угрозам и кто из противников больше теряет в главном невоенном конфликте XXI века.

Недолгое счастье

США еще прошлой осенью грозились, что поднимут с 10% до 25% пошлины на импорт в свою страну из КНР на общую сумму $200 млрд начиная с 1 января нынешнего года. Но благодаря декабрьской встрече Дональда Трампа с Си Цзиньпином на полях «двадцатки» в Аргентине «час икс» был отложен до 1 марта. И хотя выйти на какое-то четкое соглашение к этому сроку стороны не смогли, некий прогресс в переговорах обеими сторонами всё же декларировался. И США предпочли не усугублять наладившийся переговорный процесс карательными мерами.

В конце апреля пресса оптимистично запестрела сообщениями, что уже к концу мая — началу июня президент Трамп и председатель Си должны торжественно расписаться под торговым перемирием, обретающим финальные черты. Надежды на лучшее подбодрили и мировые рынки. Но длилось счастье недолго.

Встреча председателя Китайской Народной Республики Си Цзиньпина с президентом США Дональдом Трампом во время саммита G-20 в Буэнос-Айресе. 1 декабря 2018 года

Встреча председателя Китайской Народной Республики Си Цзиньпина с президентом США Дональдом Трампом во время саммита G-20 в Буэнос-Айресе. 1 декабря 2018 года

Фото: REUTERS/Kevin Lamarque

5 мая Дональд Трамп — по привычке в Twitter — написал, что 10 мая США повысят тарифы на импорт КНР в свою страну на общую сумму $200 млрд с 10% до 25%. Более того, глава Белого дома непрозрачно пригрозил, что впереди введение аналогичных тарифов на те китайские импортные товары суммой $325 млрд, которые пока не облагаются никакими пошлинами.

Формально война Китаю была объявлена под предлогом устранения огромного дисбаланса в торговле с США (в 2017 году он составлял $347 млрд в пользу КНР, а в прошлом вырос еще на 12,8%, до $378,7 млрд). Но претензии Вашингтона к Пекину, разумеется, куда обширнее.

В это число входили обвинения в недостаточной защите прав интеллектуальной собственности в Китае, практика принуждения зарубежных компаний к передаче своих технологий местным партнерам ради входа на китайский рынок и, главное, госсубсидии, которыми правительство КНР щедро снабжает свои компании в передовых отраслях, что, по мнению США, дает китайским предприятиям нечестное конкурентное преимущество на мировых рынках.

Коса на камень

Детали переговоров между китайцами и американцами — а прошло уже 10 раундов — держались в секрете. Но, судя по всему, Пекин пошел на ряд уступок — как в сфере защиты интеллектуальной собственности, так и в вопросе трансфера технологий, пообещав пересмотреть эту принудительную для иностранцев практику. И, кроме того, обязался закупать больше американских товаров для выправления торгового дисбаланса.

Вид на глубоководный морской грузовой порт Яншань в Шанхае

Вид на глубоководный морской грузовой порт Яншань в Шанхае

Фото: Global Look Press/Ding Ting

В то же время Китай не прогнулся под требования США фундаментальным образом изменить промышленную политику и свернуть дотации своим предприятиям. В конце апреля агентство Reuters со ссылкой на свои источники даже писало, что невозможность добиться выполнения этого пункта от Пекина осознали в итоге и сами американские переговорщики. И якобы решили снять требование об отказе КНР от господдержки своих предприятий, чтобы переговоры не зашли в тупик.

Но, по слухам, это не устроило американских «ястребов», продавивших более жесткую линию в отношении Пекина. В то время как и уже обещанные уступки с китайской стороны показались излишними председателю Си, по настоянию которого кое-какие ранее согласованные вещи были в итоге убраны из черновика соглашения.

Американские потери

В отличие от США китайские официальные лица никогда особо не грешили излишне агрессивной риторикой. Комментируя заявление Трампа, официальный представитель МИД КНР Гэн Шуан отметил лишь, что угрозы повысить тарифы не новы и не сбивают настрой Пекина продолжать дискуссию. 9 мая в Вашингтон прибыл главный китайский переговорщик вице-премьер Лю Хэ, хотя еще в понедельник ходили упорные слухи, что его визит будет на фоне угроз Трампа отменен.

Китайские СМИ дружно выступили в духе «Ну и подумаешь!». «Рынок Китая динамичен, а его экономика растет, страна также расширяет свои торгово-экономические партнерства по всему миру», — сообщила, в частности, «Жэньминь жибао» в редакционной колонке, подписанной именем Чжуншэнь (эти два иероглифа означают «китайский голос»).

В КНР сразу предупреждали, что победителей в войне быть не может, стараясь внушить всему миру мысль, что потери США окажутся сопоставимы, а то и больше Китая. Часть американских экспертов с этим, к слову, соглашалась. В конце года команда экономистов из Нью-Йоркского Федерального резерва и Принстонского и Колумбийского университетов подсчитала: из-за значительных изменений в цепочке поставок и сокращения доступности импортируемых товаров (что сопровождалось ростом цен на внутреннем рынке) тарифная война Вашингтона с торговыми партнерами обходилась американским компаниям и потребителям в 2018 году в $4,4 млрд ежемесячно.

Вице-премьер КНР Лю Хэ во время своего визита в CША. 1 февраля 2019 года

Вице-премьер КНР Лю Хэ во время своего визита в CША. 1 февраля 2019 года

Фото: Global Look Press/Oliver Contreras

Где-то американские производители сумели быстро переориентироваться — например, после ответного повышения Китаем тарифов на импорт сои из США американцы более чем на 100% нарастили экспорт сои в Европу. Но в ряде специфических отраслей всё оказалось не так просто. Как заявил на днях президент Американского химического совета Кэл Дули, невзирая на повышение тарифов, в 2018 году США продолжали наращивать закупку химических продуктов из Китая, потому что многие из них представлены только на рынке КНР.

Потери Китая от торговых трений тоже были, но отчасти они оказались сглажены набором стимулирующих мер, вроде снижения налогов. Кроме того, выручило и растущее внутреннее потребление. На него с 2015 года в среднем приходилось около 60% ВВП. Помимо того что КНР на сегодняшний день выбилась в лидеры мировой розничной онлайн-торговли, на страну приходится более 30% мирового потребления предметов роскоши, автомобилей, бытовой техники, мобильных телефонов и спиртных напитков.

Удар по Китаю

Но это не значит, что торговая война совсем не затронула КНР. Китай рискует потерять в ней больше, чем противник, считают опрошенные «Известиями» эксперты.

— Никто не выигрывает торговую войну, всегда платят потребители и местные компании. Но цель в том, чтобы нанести больше урона вашему противнику, чем он наносит вам. В этом отношении, я думаю, Китай более уязвим. И в экономическом отношении КНР не может позволить себе долгую торговую войну, усугубляющую замедление экономик, — сказал «Известиям» британский экономист, эксперт Китайского центра Оксфордского университета Джордж Магнус.

Как только Трамп обрушил на Пекин повышенные тарифы, китайский бизнес стал быстрыми темпами «сворачиваться» с рынка США. В 2018 году ранее вложившиеся за океаном инвесторы из КНР распродали активов на $13 млрд. А прямые иностранные инвестиции (ПИИ) Китая в эту страну упали в прошлом году сразу на 83% до $5 млрд, сообщил на этой неделе Национальный комитет США по отношениям с КНР (в 2017 ПИИ составляли еще $29 млрд, а годом ранее — все $46 млрд). Но взаимозависимость двух крупнейших экономик мира по-прежнему сильна.

Фото: Global Look Press/Xinhua

— Китай все равно куда больше завязан на американские рынки, нежели американцы на китайский. И хотя китайцы справятся с последствиями торговой войны, для них этот процесс будет болезненней, — сказал «Известиям» профессор Университета Фулбрайта во Вьетнаме Кристофер Болдинг. — Это будет иметь и более серьезные последствия для китайских финансов: меньше торговли с США означает меньше долларов у КНР, а они нужны стране для международной торговли.

При этом хотя формально конфликт является делом двух стран, он бьет рикошетом по всему миру. Последний твит Трампа о намерении повысить тарифы уже здорово обрушил мировые финансовые рынки и успел нервировать многих за пределами Китая и США. Глава МВФ Кристин Лагард назвала угрозу Трампа «неблагоприятным» поворотом, а глава минфина Франции Брюно Ле Мер призвал стороны «избегать решений, которые поставят под угрозу рост мировой экономики в ближайшие месяцы».

Впрочем, на деле это уже случилось. 7 мая Еврокомиссия обнародовала прогноз роста экономики Еврозоны на текущий год, снизив его до 1,2% от ВВП с ранее ожидавшихся 1,3%. Одной из причин замедления темпов роста комиссия назвала нерешенные торговые трения и вызванные ими неопределенность инвесторов и волатильность рынков.

Загрузка...