Перейти к основному содержанию
Прямой эфир
Главный слайд
Начало статьи
Творческий вызов: как построить общество для всех
2019-03-04 15:56:18">
2019-03-04 15:56:18
Озвучить текст
Выделить главное
вкл
выкл

В Общественной палате РФ недавно прошел круглый стол, на котором обсуждались методы социальной интеграции людей с особенностями психического развития через искусство. В частности, речь шла о фестивале творчества инвалидов «Нить Ариадны», который уже пятый год проходит в столице и демонстрирует профессиональному медицинскому сообществу преимущества такой реабилитации. Однако пока все подобные проекты держатся лишь на энтузиазме организаторов. Как творческий процесс может помочь человеку с ограничениями по здоровью — разбирались «Известия».

По данным Росстата, на 1 января 2018 года в России зарегистрировано 12,1 млн человек всех групп инвалидности (это 8,2% населения страны). Сколько из них вовлечено в процесс творческой реабилитации, посчитать сложно. Но, судя по динамике роста числа творческих объединений для инвалидов, они будут пользоваться все большей популярностью.

«Я творю, а значит — живу»

Сергей Лахонин из тамбовского наукограда Мичуринска с рождения прикован к инвалидному креслу — у него тяжелая форма ДЦП. Его речь нарушена, руки и ноги неподвижны, но он… рисует. Мужчина уже создал сотню работ, написал книгу, а год назад женился. Писать картины и через них говорить с миром ему помогает техника.

В 2006 году у молодого человека появился первый компьютер, тогда в текстовом редакторе он начал строчку за строчкой набивать свои мысли. В итоге получилась книга «Возращение с того света» — фантастическая история о мужчине, погибшем при спасении своей семьи, его чудесном возвращении из загробного мира и духовном перерождении. В течение трех лет эти 150 страниц текста начинающий фантаст печатал, держа в зубах деревянную палочку и нажимая ею на клавиши.

Потом в графическом редакторе Сергей начал осваивать рисование — всё так же, без рук: он приводил в движение компьютерную мышь подбородком. Сергей до сих пор создает свои картины таким способом, точнее, срисовывает их с увеличенных фотографий, найденных в Сети, или с тех, что приносят заказчики. Расставляя точки по контуру, каждый пиксель он переносит на свой виртуальный холст, потом заливает его необходимым тоном. И так пока не сложится общая картина.

«Господь послал мне трудное испытание в виде очень тяжелой и неизлечимой болезни, называющейся детский церебральный паралич… Также бог одарил меня большим оптимизмом, без которого я бы давно пропал», — пишет Сергей на своей авторской странице, где публикует прозу.

Работа над одной картиной занимает у молодого человека около 6–8 часов, портреты требуют больше времени. Он никогда не играл в футбол, не бегал во дворе с друзьями и не купался в реке, ему не знакомы все эти простые радости. Но в своих картинах Сергей Лахонин может всё: он не просто ходит и путешествует — он летает. На его полотнах несутся лошади, порхают бабочки, на задние лапы поднимается огромная волчица, готовится взлететь фантастической красоты птица. Он творит новую реальность, чтобы понять непознанное, то, что здоровый человек принимает как данность.

«Это кропотливый и долгий труд, — признается Сергей. — Своим творчеством я хочу достучаться до каждого сердца, рассказать, что в жизни нет границ, и этот мир прекрасен. Если бы не эти картины, я не встретил бы свою любимую и не ощущал бы эту жизнь так горячо и сильно. С каждым днем я чувствую в себе все больше сил. Рядом со мной родные, друзья, люди, которые тоже болеют и стараются держаться вместе. Да, мое тело всегда будет таким, но силен мой дух и сильна моя вера. Потому что я творю, а значит — живу».

Лечение сценой

В первом в России психотерапевтическом театре «Мы» каждый может стать актером. Организаторы творческого процесса и наставники — председатель регионального отделения организации инвалидов «Новые возможности» Марина Полухина и психолог Наталья Наружная. Когда проект получил поддержку Фонда президентских грантов (почти 500 тыс. рублей), была куплена техника для постановок и сценические костюмы.

Сейчас в труппе около 30 человек, родители выходят на сцену вместе с детьми. Средний возраст артистов — 30 лет, самому юному — 14. Кроме сценического мастерства, они занимаются танцами — через движения выражают свои чувства и проблемы, тем самым повышая свою самооценку и развивая социальные навыки.

Первое образование Натальи — режиссерско-театральное. Как человек творческий она готова воплощать на сцене самые смелые идеи, но как психолог знает: работа с особыми людьми — это непросто, она требует усердия и терпения.

«Они запросто могут забыть, что репетировали вчера. Но видя интерес в глазах наших актеров и их старания, я чувствую, что мой труд не напрасен. Поначалу у них плохо получалось, но теперь мы и запоминаем текст, и играем спектакли, и их у нас в репертуаре немало», — говорит она.

Болезнь, которая с рождения преследовала сына Натальи, благодаря этим занятиям понемногу отступает. Он выучился профессиональной игре на гитаре, а сейчас занимается в модельном агентстве. Наталья уже собирается написать книгу и подробно рассказать в ней об опыте создания психотерапевтического театра.

«Концерты — это лечение со сцены. Спектакли помогают ребятам справиться с недугами, душевными трудностями. Здесь они творчески выражают себя, свои переживания. До того, как будущие артисты пришли в театр, они были скованы и закрыты, — вспоминает Наталья. — Теперь свободно говорят о том, что их волнует, можно сказать, лечатся театром. Этот проект как для взрослых, так и для детей. Он помогает им всем влиться в общество, учиться быть в центре внимания, принимать критику, видеть себя со стороны. Причем совершенно бесплатно».

Ни дня без живописи

Поддержка семьи и творческого коллектива может сотворить чудеса, но что делать, если ты фактически изолирован от общества?

Саша Стрыгин живет в тамбовском психоневрологическом интернате и занимается в местной творческой лаборатории уже полтора года. У него тяжелая форма ДЦП. Изображение, которое он срисовывает, стоит вертикально, а лист лежит на полу. Молодой художник-сирота рисует лежа, толкая ногой руку.

Педагог, художник и культорганизатор Людмила Крутицкая, которая занимается с ним в художественной студии интерната, отмечает, что улучшения очень заметны. «Изобразительная терапия, безусловно, помогает Саше. Год назад восковой мелок с трудом держался в его руке, и ногой он помогал себе не так уверенно. Сейчас и сил как будто больше стало, и движения тверже, видна динамика», — говорит она.

Когда Саша плохо себя чувствует, а это, к сожалению, случается часто, он просит друзей помочь ему — посадить в коляску и отвезти в студию. Художник раскладывает на полу восковые мелки, картины, долго разглядывает их.

«Ни дня он не может без живописи, — говорит педагог. — Даже когда все болит, приезжает сюда. Ему надо все время понимать, что он не лежит без дела в своей палате, что он работает, обдумывает новый сюжет, представляет, в каких тонах будет его новая картина. Это поднимает Сашу с кровати».

Еще год назад он не отличал холодные тона от теплых, Саврасова от Дали, не знал, как должна двигаться кисть и не работал в технике масляной пастели. Людмила Крутицкая разглядела в нем талант, познакомила с мировыми шедеврами. Особенно впечатлило его творчество Шишкина, теперь он его любимый художник.

«Я благодарен Людмиле Анатольевне, которая работает со мной, помогает, открывает мир, — признается Саша, которому сложно подбирать правильные слова и складывать их в стройные предложения. Поэтому он говорит, как умеет, но от души. — Картины мне очень хорошо помогли, чтобы я пришел в себя, чтобы они меня подняли, подняли хорошим человеком. Чтобы я по-настоящему все делал».

В прошлом году Саша дважды выставлялся в Тамбове и признается, что это были самые счастливые моменты в его жизни. Сейчас он осваивает новую технику — работу на керамике. По духу он натуралист — стремится как можно более точно, фотографично, запечатлеть то, что видит.

К сожалению, в своей жизни Саша мало что видел — даже с территории интерната выезжал нечасто. Поэтому ему сложно разбудить фантазию, представить даже самые обычные природные явления: как течет река или шумит лес. У него есть мечта — поехать на море, где можно почерпнуть новые идеи для своих работ. «Я родился немного другой, что же в этом такого, скажите? Для меня в жизни много открытий, а все твердят: «Ты не такой!» — напевает он.

В стенах интерната есть также своя гончарная мастерская, где молодые люди не только постигают азы мастерства, но и развивают мелкую и общую моторику, концентрацию внимания, усидчивость, пространственное мышление, творческие способности. По мнению психологов, это занятие хорошо успокаивают нервную систему. Мягкая глина и мерное вращение гончарного круга способны снять любое напряжение, а превращение бесформенного куска глины в прекрасный сосуд или скульптуру позволяет поверить в свои силы. Человек же с ограниченными возможностями чувствует себя почти волшебником.

Неизведанные лабиринты психики

«Потребность в самовыражении присуща любому человеку. Но когда здоровье ограничивает возможности, творчество становится окном в мир. Это имеет большое значение в развитии личности таких людей, в их самоутверждении и социальной адаптации, — говорит Анна Орехова, начальник управления социальной защиты и семейной политики Тамбовской области. — Творческие работы наших ребят — наглядный пример для каждого из нас: как не сдаваться, двигаться вперед и продолжать расти».

Члены общества «Аппарель» пишут картины в различных техниках: живопись, вышивка крестом, бисером, алмазная вышивка, а также создают декоративные украшения, шьют и вяжут игрушки. Молодые люди из Всероссийского общества инвалидов делают иконы, вышитые бисером, поделки из дерева. На первый взгляд и не скажешь, что каждая мелкая деталь в этих ювелирных работах стоит авторам большого труда.

В «Новых возможностях» они работают руководителями кружков «Танцевальная терапия», «Творческая мастерская», «Радио «Отражение», «Литературная гостиная». Художники и умельцы с ограниченными возможностями здоровья занимаются в «Творческой мастерской» коллективным артом. Например, создают композиции из семечек, пуговиц, цветов, шишек; учатся работать с кистью, строить композицию, подбирать цвета. Эти элементарные навыки даются им так же непросто, как умения держать в руке ложку, задувать свечу на торте или расписываться в документах.

«Многие ребята до того, как им поставили диагноз, даже не занимались творчеством, а потом как будто что-то открывается в них — неосознанное, какие-то неизведанные лабиринты психики. На фоне болезни люди творят, и это сложно объяснить. Благодаря своим работам они живут полной жизнью, по-настоящему», — говорит Марина Полухина.

30-летние долгожители

Мало кому из этих людей когда-нибудь станет лучше — бессрочная инвалидность присваивается пожизненно. Врачи говорят, что дожить до 30 лет для них — уже чудо и долголетие. А творчество заряжает их надеждой, и они продолжают жить, веря в свои силы, поэтому снова и снова берутся за кисти, карандаши, выходят на сцену, это их мотивирует на борьбу с непослушным телом.

Однако все существующие творческие проекты пока держатся в основном на энтузиазме организаторов и в любой момент могут закрыться.

«С нашими ребятами из «Новых возможностей» работают профессиональные психологи. Пять специалистов нас курируют, соответствующее соглашение заключено с областной больницей, и лишь троим мы можем оплатить их труд, — говорит Марина Полухина. — Мы работаем на средства гранта, у нас нет стабильного финансирования, то есть если на следующий год не выиграем, останемся без средств. Хотелось бы какой-то специализированной помощи — на уровне региональной власти хотя бы. Люди с ограниченными возможностями здоровья должны рассчитывать на такую помощь вне зависимости от грантов или каких-то локальных проектов, а получать целенаправленную постоянную помощь государства».

В стране действует государственная программа «Доступная среда», которая направлена на обеспечение людей с ограниченными возможностями здоровья техническими средствами. Под нужды инвалидов приспосабливаются школы, детские сады, учреждения дополнительного образования и спортивные сооружения. Программа рассчитана на людей с нарушениями слуха, зрения, инвалидов-колясочников, а вот на людей с особенностями психического развития — нет.

«Возьмем, к примеру, аутистов. Их в нашей стране немало, ими надо заниматься серьезно — выявлением, адаптацией, социализацией. Ведь аутизм — это пожизненное нарушение развития, расстройство, которое влияет на отношения с другими людьми, а также на восприятие и понимание окружающего мира, — говорит Полухина. — Творчество помогает таким людям значительно расширить круг своих интересов и общения, полноправно участвовать в жизни общества, приобщаться к миру культуры, делает их жизнь духовно богатой и содержательной. Более того, это один из способов смягчить состояние обособленности от других и убедить себя в принадлежности к жизни не только своей социальной группы, но и общества в целом».

Развитие творческой инклюзии на государственном уровне помогло бы инвалидам интегрироваться в общество, реализовать свои художественные способности, почувствовать себя нужными, поверить в свои силы, уверены специалисты, которые работают с особыми людьми. Ведь инклюзия — это не просто пандусы в школе и даже не направление национальной стратегии в образовании, а часть культуры, процесс реального включения в активную общественную жизнь страны. А цель социальной интеграции и состоит в том, чтобы создать общество для всех.

Загрузка...