Перейти к основному содержанию
Прямой эфир

«Наука впервые получила статус национального проекта»

Министр науки и высшего образования РФ Михаил Котюков — о новых государственных приоритетах и задачах, поставленных перед научным сообществом
0
Фото: ИЗВЕСТИЯ/Александр Казаков
Озвучить текст
Выделить главное
вкл
выкл

Новый период в истории отечественной науки начался с утверждения Стратегии научно-технологического развития до 2035 года. Целью этой стратегии является обеспечение независимости и конкурентоспособности страны. В настоящее время идет реализация первого этапа стратегии: определены направления развития Национально-технологической инициативы, обсуждается национальный проект «Наука». О ближайших планах по решению задач, поставленных перед научным сообществом, «Известиям» рассказал министр науки и высшего образования Михаил Котюков.

— Президентом России поставлена задача войти в пятерку высокотехнологических стран мира. При этом по финансированию науки мы занимаем 10-е место, по количеству публикаций в изданиях мирового уровня — 11-е, по количеству патентов — восьмое. Можно ли с такими показателями попасть в пятерку?

— Поручения нужно выполнять. Я хочу обратить ваше внимание на то, что наука впервые получила статус национального проекта. Свою уверенность в том, что страна готова совершить технологический рывок, Владимир Путин еще раз подтвердил в своей речи на прошедшем в Новосибирске «Технопроме». Задача очень амбициозная, и нам нужно искать решения, которые будут приближать нас к достижению этой цели. Понятно, что эти решения должны быть нестандартными, потому что стандартные методы не приводят нас в ту целевую точку, которая сейчас обозначена. Сейчас мы находимся в стадии активного обсуждения нацпроекта «Наука». Впереди — стадия одобрения паспорта проекта, и уже после этого должны быть утверждены федеральные проекты, которые будут обеспечивать достижение тех показателей верхнего уровня, которые есть в указе президента. Поэтому вопрос ближайших недель — это завершить масштабные обсуждения этих документов, получить в установленном порядке утверждения, погрузить всё это в бюджетный процесс, чтобы с 2019 года эта работа стала частью практической деятельности всего научно-образовательного комплекса страны.

— Действительно ли в России появится 900 новых лабораторий? Почему именно столько?

— Цифра 900 — предварительная. Мы отталкивались от той количественной задачи, которая нужна для выполнения целевых показателей. Нам нужно серьезно нарастить результативность работы научно-исследовательского сектора. Мы понимаем, что действующим кадровым и инфраструктурным ресурсом эту задачу выполнить невозможно. Мы должны наращивать как производительность труда, так и количество исследователей и делать это в тесном партнерстве с индустриальными компаниями.

— Эти лаборатории будут создаваться в новых научных центрах мирового значения, организация которых тоже активно обсуждается?

— И там тоже. Но я подчеркиваю, пока проект находится на стадии обсуждения. Где будут эти центры? Сколько их будет? Как они будут функционировать? Это все те вопросы, на которые ответ будет получен позже.

— Кто будет руководить этими лабораториями?

— Это должны быть как ведущие ученые, так и перспективные молодые исследователи до 39 лет. Найти таких молодых лидеров — действительно сложная задача. Нужно организовать серьезную программу подготовки, развития научных и управленческих компетенций и навыков.

— Российская наука действительно отстает по количеству статей и патентов, но по числу исследователей мы как раз входим в пятерку стран-лидеров. Вы хотите еще увеличить количество ученых?

— Для выхода на целевые показатели нам нужно еще 30 тыс. человек. Мы должны работать на опережение. Страны, с которыми нам приходится конкурировать, демонстрируют очень высокие темпы научно-технологического развития и наращивают большую ресурсную базу исследовательских работ — это касается и затрат, и инфраструктуры, и количества исследователей. Если мы хотим оставаться в пятерке высокотехнологических стран, мы должны учитывать эти темпы развития. К сожалению, пока у нас не самые высокие показатели результативности. И это как раз тот дисбаланс, который нам нужно преодолеть в ближайшие годы.

— На базе Российской академии наук создано семь советов по приоритетным направлениям научно-технологического развития РФ. Они как-то связаны с нацпроектом «Наука»?

— Действительно, Академия наук занимается вопросом создания советов. Но нужны эти советы для обсуждения комплексных научно-технических программ и проектов, которые должны позволить реализовать положения Стратегии научно-технологического развития России. Эти советы должны включать лидеров академической и отраслевой науки, представителей профессионального образования и отечественной индустрии. Советы предполагают наличие большого количества экспертных групп, которые могут более детально обсуждать различные научно-технологические проекты по каждому из направлений.

— Почему это делается на площадке РАН?

— В силу данных законом полномочий Академия наук сегодня является организацией, которая и обеспечивает научную экспертизу, и формирует программу фундаментальных исследований. В этом смысле именно на площадке академии, выполняющей такую межведомственную задачу, должна быть организована эта работа.

— Эти советы окончательно сформированы?

— Да. Они прошли необходимые одобрения, и я уже точно знаю, что большинство советов приступили к активному обсуждению содержательной повестки.

— На этих советах будут обсуждаться только проекты НТИ?

— Нет. Для реализации проектов Национальной технологической инициативы сформирована специальная система управления. Советы же призваны обеспечивать реализацию более масштабного документа — Стратегии научно-технологического развития России до 2035 года. Могу сказать, что уже в текущем году РАН существенно повысила требовательность к приемке отчетов о выполнении научно-исследовательских работ. В планах на предстоящие три года тематические направления исследований сформулированы в значительной мере более четко и принципиально, нежели это было раньше. Это позволит нам увеличить результативность исследований. Вместе с тем сейчас обсуждается запуск нескольких новых программ, которые были бы ориентированы на серьезные научные эксперименты и имели бы возможность по итогам открытого конкурсного отбора получать дополнительное ресурсное обеспечение.

— И для гуманитарных наук тоже сформулированы более четкие задачи? Или вы говорите только о тех науках, которые могут быть полезны для народного хозяйства?

— Не вся наука должна быть привязана к технологическим решениям. В отношении фундаментальных задач я полностью доверяю президенту РАН Александру Сергееву. Если бы эту научную повестку формировали только чиновники, то могли бы быть объективные претензии к пониманию сути материала. А эту повестку реализовала РАН. Ведущие российские ученые в совместном диалоге смогли сформировать перспективный план на ближайшие три года. И этот план, который касается всех областей научных исследований, сегодня обеспечен в рамках федерального бюджета.

— Закон о науке, обсуждение которого сейчас отложено, по идее должен увязать и нацпроект «Наука», и НТИ, и Стратегию научно-технического развития?

— Конечно. После утверждения национальных проектов мы вернемся к новой редакции закона о науке.

 

Прямой эфир