Перейти к основному содержанию
Прямой эфир
Главный слайд
Начало статьи
Солнце внутри
2018-04-15 14:17:56">
2018-04-15 14:17:56
Озвучить текст
Выделить главное
вкл
выкл

Одним из главных маркеров эпохи победившего государственного переворота для Украины являются янтарные войны, сотрясающие страну с 2014 года. Де-факто на территории Волынской и Ровенской областей образовалась отдельная янтарная республика — со своей системой управления, экономикой и силовым аппаратом. Официальный Киев ничего с этим не может сделать, и даже президент Порошенко на днях косвенно подтвердил бессилие центральной власти в этом вопросе. Как устроена «Янтарная народная республика» и почему государство не может взять ее под контроль, разбирался портал iz.ru

Не только майдан

Нелегальная добыча янтаря на Украине в той или иной степени велась буквально всю эпоху независимости начиная с 1991 года. Первые два десятка лет стихийное старательство прошло в полной тишине, а вот при президенте Викторе Януковиче об этом начали потихоньку говорить, используя как повод для критики властей.

В сравнительно благополучном 2012 году в оппозиционных СМИ стали появляться первые материалы, в которых визуальный ряд уже почти неотличим от сегодняшнего: поваленные и подмытые деревья, мотопомпы, янтарь-сырец в полипропиленовых мешках, милиция, изымающая эти помпы, сачки и прочие орудия труда.

Район нелегальной добычи янтаря в Ровенской области Украины

Фото: Global Look Press/dpa/Andreas Stein

Вот новость 2013 года, из которой следует, что уже тогда украинский янтарь за бесценок уходил в Польшу тоннами. Конечно, масштаб был не тот — сейчас суровой обыденностью являются блокпосты, выставляемые местными жителями на въезде в лес, вооруженная охрана мест добычи, перепалки (а то и перестрелки) с силовиками.

Надо признать, что нелегальная добыча «солнечного камня» — это порождение не майдана, а общего кризиса украинской государственности, который продолжается с момента развала СССР. Лучше всего об этом скажут сравнительные данные по легальной и нелегальной добыче янтаря в России (промышленная добыча — 305 т, нелегальные старатели — 15 т) и на Украине (промышленная добыча — 5 т, нелегальные старатели — 300 т).

Немаловажно, что во второй половине 2013 года цена на янтарь резко пошла вверх, увеличившись с сентября 2013 по март 2014 года с $1,5 до $3 тыс. за килограмм. В дальнейшем ажиотажный спрос миновал, но и нынешняя цена — до $2 тыс. за килограмм — безусловно, стимулирует местное население к активным действиям.

Оценить масштабы нелегальной добычи по понятным причинам можно лишь приблизительно. Что касается количества задействованных в отрасли людей — счет однозначно идет на тысячи человек. Скажем, в Маневичском районе Волынской области официально зафиксирован разгон 5 тыс. старателей. 70 из них во время операции задержали.

Как всё устроено

Опытные старатели рассказывают, что существует два типа «копателей янтаря». Первые работают с промышленным размахом: несколько мотопомп, сотни метров гидравлических рукавов. Таких немного, ведь только оборудование для такой добычи будет стоить $10–20 тыс. Зато уж если их найти, то отбить затраты можно будет быстро.

Второй тип — обычные сельские жители, вблизи поселков которых ведется добыча. Далеко не всем удается попасть в такие полупромышленные бригады. Они добывают кустарно — ведром и лопатой. Однако поскольку вторых больше, то установился своего рода «социализм копателей».

Участок незаконной добычи янтаря

Фото: youtube.com

«Существует неписаное правило: рано утром и поздно вечером «мотопомпщики» на час отходят от своих огромных размытых ям и дают возможность подойти к ним простым копателям. Люди начинают сачками ловить плавающий в воде янтарь. Если повезет, то можно за час «наудить» 200–300 г», — рассказывает корреспонденту издания «Факты и комментарии» один из таких простых старателей. Он поясняет, что «мотопомпщики» работают несколькими бригадами, их может быть 100–200 человек. А обычных старателей — несколько тысяч. Поэтому правило «двух часов» соблюдается неукоснительно. Глубоких ям в местах добычи много, в случае чего — никто не найдет.

Специализация поддерживается неукоснительно: ни те, ни другие старатели сами продажей не занимаются, а контактируют со скупщиками, мелкими агентами одного из крупных воротил этого рынка, имеющего прямой выход на польскую таможню — в основном янтарь уходит туда. Впрочем, и тут не всё схвачено — социальные сети в открытую пестрят предложением от водителей, готовых везти янтарь в Польшу. В последнее время янтарщики (как себя называют все участники этого бизнеса) по соображениям безопасности мигрируют в Telegram.

Еще одна категория добытчиков «солнечного камня» — китайцы, которые работают на Украине самостоятельно (для того чтобы не покупать потом в Польше). Потенциально агентом, ищущим продавцов янтаря, может оказаться любой студент или мелкий бизнесмен (вокруг некоторых оптовых украинских рынков кормятся довольно большие китайские и вьетнамские диаспоры). В этом случае янтарь преимущественно идет в Одессу. Это одновременно точка вывоза и расчета: китайские покупатели рассчитываются через интернет, а торговцы на «Седьмом километре» (крупный оптовый рынок под Одессой) за скромный процент обналичивают платеж.

«Сырой» янтарь

Фото: Global Look Press/imago stock&people

Суммарный годовой доход «Янтарной народной республики» — $300–400 млн в год. По крайней мере так его оценивают в минэкологии Украины. Способов проверить эти данные не существует, ведь нелегальные старатели отчетов в министерство не присылают. Поэтому оценивают способом от противного. Ежегодно в мире добывается янтаря-сырца на сумму до $1,5 млрд. Поскольку в остальных странах добыча, как правило, легальна, остается лишь вычесть из общей суммы доход других стран, а оставшееся приписать Украине.

К слову, именно Украина поставляет на рынок самый ценный янтарь — крупные камни весом от 200–300 г. Причем, даже несмотря на варварские темпы и способы добычи, янтаря хватит еще внукам сегодняшних «копателей»: запасы одной только Ровенской области оцениваются в $20–40 млрд.

Все в теме, все в доле

Если говорить о борьбе с нелегальной добычей, то снова получается двоякая ситуация. Конечно, в СМИ периодически появляются сообщения о спецоперациях, массовых задержаниях, изымается техника и намытый янтарь. Однако каждый на Украине знает, что серьезная добыча янтаря ведется под прикрытием областного управления СБУ, МВД или прокуратуры, да еще и с поддержкой в Киеве; кроме того, такие бригады старателей никогда не задерживаются в ходе операций.

Собственно, глава украинского государства Петр Порошенко прямо заявил об этом в 2015 году: «Ни один участок не работает без милицейской, без прокурорской и эсбэушной крыши и без крыши на уровне районных администраций. Прекрасная координация. Лидером там является милиция».

Рейд силовиков на фабрике по обработке янтаря в Ровенской области

Фото: Global Look Press/dpa/Andreas Stein

Причин такого положения дел сразу несколько, и сводятся они опять-таки к кризису государственности. Еще с 1990-х годов любой силовой орган на Украине — ресурс, конвертируемый в деньги. Отличается лишь специфика: сбор и продажа информации, открытие и закрытие уголовных дел, «маски-шоу» и силовой прессинг. В результате понятие «интересы государства» становится размытым.

Самые масштабные «янтарные войны» на Украине в основном отгремели в 2014–2015 годах, когда сферы влияния еще не сформировались окончательно. Главный пример разборок тех лет — гибель при задержании ярчайшего персонажа времен майдана Александра Музычко (Сашко Билый). Хотя официально причины были озвучены несколько другие, не секрет, что Билый на волне государственного переворота и некоторой растерянности власти на местах попробовал перехватить у силовиков в своем районе контроль над добычей «солнечного камня», за что и поплатился.

Прямо сейчас в отрасли всё более или менее спокойно (в том плане, что нет масштабных вооруженных конфликтов), хотя случаются и периодические рецидивы. Они, как правило, связаны с переделом сфер влияния. Например, когда к борьбе со старателями привлекли национальную гвардию, гвардейцы честно мешали добывать янтарь, но ровно до момента, пока их не взяли в долю.

Еще одна популярная причина для рецидива — попытки «навязать крышу» старателям, работающим без прикрытия. После этого блокпосты полиции и национальной гвардии пускают на место добычи только тех, кто платит им «дань», и выпроваживают всех остальных, создавая видимость борьбы с добычей янтаря.

Начиная с 2016 года заниматься янтарем пытались даже ветеранские организации (речь о ветеранах так называемой антитеррористической операции — так официальный Киев называет военные действия на юго-востоке Украины). К примеру, в декабре прошлого года случилась громкая история — бойцы АТО в Здолбуновском районе Ровенской области открыли огонь по полицейскому спецназу, который то ли собрался помешать добыче, то ли пришел взять их под свое покровительство.

Со слов самих «копателей» можно заключить, что гораздо больше людей гибнет от «несчастных случаев на производстве» (ямы глубокие, земля мокрая, в случае обвала шансов выжить немного), нежели от разборок. Да и стрельба случается скорее тихая, ведь громкие скандалы привлекают ненужное внимание к и без того резонансному явлению. Стороны предпочитают договариваться — по той же причине, по которой ОПГ пускают местных жителей с сачками вылавливать мелочь: янтарь — фактически единственный доступный заработок, а жить нужно всем.

Янтарь вне закона

Нынешним летом исполнится ровно три года с тех пор, как Порошенко во всеуслышание рассказал о покровительстве нелегальной добычи янтаря со стороны силовиков. Тогда же он дал двухнедельный срок на то, чтобы те исправились и переловили всех старателей. Поэтому возвращение к этой теме сегодня и новая апелляция к силовикам — попросту признание главы Украины в неспособности повлиять на ситуацию.

Выступая на пресс-конференции в Виннице для региональных СМИ, президент Украины дал понять, что в ближайшее время вряд ли стоит ждать законодательного урегулирования проблемы: «Во время последнего посещения Ровенской области я еще раз напомнил и прокуратуре, и СБУ, и нацполиции, что это их зона ответственности и не надо кивать на какое-то законодательное урегулирование. У нас на сегодняшний день есть абсолютно четкая модель, как это закрывать».

Задержание нелегальных добытчиков янтаря в Ровенской области

Фото: youtube.com

А ведь в подобных ситуациях логично принять закон и дать всем простые и понятные правила игры. Тем более что даже часть «копателей» об этом просит — с этой целью в прошлом году они даже перекрывали международную трассу под Клесовом (поселок городского типа в Ровенской области, одна из неофициальных столиц «Янтарной народной республики»). Ведь крышевание добычи, какие-то первичные формы самоорганизации (вроде допуска местных к добыче на два часа в сутки) — это и есть стихийные попытки установить хоть какие-то нормы.

Модель, на которую сослался Порошенко, может быть, и «четкая», только она не работает, ведь проблеме уже много лет, да и сам президент признает, что вынужден снова и снова напоминать силовикам об их обязанностях и полномочиях. Эта попытка сделать крайними полицию, прокуратуру и СБУ больше напоминает перекладывание ответственности и желание дистанцироваться от проблемы накануне старта президентской избирательной кампании.

Дальше заявлений дело не идет, и это в принципе объяснимо. Все законопроекты по янтарю последовательно проваливались в Верховной раде. Последний раз — в феврале прошлого года. С тех пор новых попыток не было. Что неудивительно. Вот, скажем, народный депутат Максим Поляков. Его давно подозревают в том, что он относится к когорте столичного прикрытия старателей. Его сестра открыто скупает недвижимость на Украине и в Испании, общая сумма скоро перевалит за $1 млн. Поляков входит во фракцию «Народный фронт», а та, в свою очередь, — в правящую коалицию. То есть закон о добыче янтаря попросту не может быть принят — даже самый лучший. Его завалят депутаты коалиции.

Деньги — не главное

Ежегодная потеря $300–400 млн — это на самом деле самое меньшее, что теряет Украина. Дело не сводится только к финансовому аспекту. Скажем, есть подозрения, что снижение среднего балла ВНО (внешнее независимое оценивание, аналог российского ЕГЭ) в Ровенской и Волынской областях вызвано как раз повальным участием школьников в добыче янтаря.

Добыча янтаря влияет на силовые ведомства Украины сразу в ряде областей. Те, кому не повезло с месторождениями, пробуют заработать на чем-либо еще. Потому что не может руководство МВД и СБУ в 4–5 областях покровительствовать нелегальной добыче янтаря, в то время как их коллеги из соседних областей честно несут службу и ни о чем похожем не помышляют.

Стенд компании «Полесский янтарь» на выставке в Киеве

Фото: depositphotos/panama7

По сути, «Янтарная народная республика» для украинских властей гораздо опаснее, чем ЛДНР. Республики в Донбассе локализованы в своих границах и блокированы армией. У ЯНР нет границ, а существует она сразу в нескольких областях. ЯНР нельзя обстреливать, с ней вообще бесполезно бороться силой, ведь ее «граждане» за минувшие годы привыкли к этому доходу и ни за что от него не откажутся. К тому же эти «граждане» занимают подчас не последние посты в украинской власти.

Наконец, ЯНР уничтожает даже козырные пропагандистские штампы Киева. Патриоты всех мастей, ветераны гражданской войны, бойцы майдана — многие из этих персонажей так или иначе оказались втянутыми в жизнь «Янтарной республики».

Есть и еще одна понятная причина, по которой власти не слишком спешат законодательно регулировать добычу янтаря. А именно — опасаются массового бунта и связанного с ним скандала. Не вооруженного выступления, конечно, достаточно проявления открытого неповиновения. Жители этих областей привыкли относиться к янтарю как к последней соломинке, помогающей им выжить. И вряд ли они позволят Киеву просто так эту соломинку у них отобрать.