Перейти к основному содержанию
Реклама
Прямой эфир
Происшествия
Число пострадавших от атаки ВСУ на Севастополь увеличилось до 151
Экономика
Коммунальщиков заставят вкладывать средства в обновление ЖКХ-инфраструктуры
Общество
Мертвого кита обнаружили у берега Итурупа в Сахалинской области
Мир
Хуситы заявили об атаке на два судна в Красном море и Индийском океане
Общество
В Севастополе и Крыму 24 июня объявлено Днем траура
Общество
В РПЦ назвали нападение террористов на церковь в Дербенте не имеющим оправдания
Общество
Активная фаза контртеррористической операции в Дербенте завершена
Общество
На Камчатке следователи начали проверку после авиаинцидента с самолетом Ан-24
Общество
Союз туриндустрии призвал не ездить в Дагестан в ближайшие дни
Мир
Трамп определился с кандидатурой своего вице-президента
Общество
В МВД сообщили о перекрытии силовиками выездов из Махачкалы
Мир
Нетаньяху заявил о сокращении оружейных поставок из США
Мир
Глава МАГАТЭ Рафаэль Гросси призвал остановить атаки на Энергодар
Мир
Бывший офицер ВС США назвал атаку ВСУ на Севастополь военным преступлением
Политика
Карасин призвал смотреть на дела после слов главы МИД Вьетнама
Экономика
НОВАТЭК отправил первую в этом году партию СПГ по Северному морскому пути
Общество
Более 20 детей госпитализированы после атаки ВСУ на Севастополь
Главный слайд
Начало статьи
Озвучить текст
Выделить главное
вкл
выкл

Газета армии США «Звезды и полосы» назвала самое опасное место в мире для американских солдат. Это афганская провинция Нангархар — там уже второй год идут тяжелые бои с местным отделением «Исламского государства» (ИГ, организация запрещена в РФ), «вилаятом Хорасан». Боевиков всего несколько сотен, но они умудрились за год убить в трех районах Нангархара столько же американских военнослужащих, сколько многотысячные отряды талибов во всем остальном Афганистане. Откуда в Нангархаре взялось «Исламское государство» и в чем секрет его живучести, разбирался iz.ru.

Сержант Михаил Голин, 34-летний уроженец Риги, погиб 1 января. Пуля боевика настигла его в скоротечном бою: во время патрулирования в горной местности группа Голина неожиданно столкнулась с противником. Четверо сослуживцев Михаила получили ранения.

Инцидент произошел в афганской провинции Нангархар. Этнический русский Голин был человеком трудной судьбы. Еще в октябре 2004-го он эмигрировал из Латвии в США и вступил в ряды вооруженных сил, чтобы получить заветное американское гражданство. За плечами сержанта 1-го класса были четыре командировки: две в Ирак и столько же в Афганистан. В 2014 году Михаил перевелся в спецназ и снова отправился в Афганистан, откуда уже не вернулся.

Фото: Global Look Prees/Wali Sabawoon

Нангархар превратился для американских военных в настоящую долину смерти. За прошлый год вооруженные силы США потеряли убитыми 21 человека. 15 из них пришлось на Афганистан, 7 — на Нангархар, где американцы вместе с афганской армией, полицией и местным ополчением уже второй год безуспешно пытаются справиться с боевиками «Исламского государства».

Большая делянка

Нангархар — одна из 34 провинций Афганистана, небольшой регион на востоке страны, населенный в подавляющем большинстве пуштунами. На ее территории находится Джелалабадская долина — одна из житниц Афганистана, через которую проходит важный торговый путь, соединяющий Кабул с пакистанским Пешаваром. Именно в Нангархаре находится знаменитый пещерный комплекс Тора-Бора — подземная крепость, бывшая поочередно оплотом моджахедов, талибов и боевиков ИГ.

В последние десятилетия Нангархар стал одним из центров выращивания опиумного мака в Восточном Афганистане. Собранный урожай шел через прозрачную границу в соседний Пакистан. Контрабандные потоки традиционно контролировало местное пуштунское племя шинвари. В 2000-х их попытались перехватить талибы, после чего старейшины различных кланов шинвари заключили договор, по которому все племя обязалось преследовать, изгонять или убивать любого заподозренного в принадлежности к «Талибану». Однако своими силами шинвари справиться с талибами не смогли. Они стали искать союзников — и, на свою беду, нашли.

Фото: Global Look Prees/Wali Sabawoon

У них там своя атмосфера

В 2010 году Нангархар буквально затопил поток беженцев (их традиционно называют на арабский манер мухаджирами). Пакистанская армия начала в Зоне племен операцию против движения «Техрик-е Талибан Пакистан», и тысячи боевиков, спасаясь от преследования, переходили границу вместе с семьями. Жители Нангархара радушно приняли братьев-пуштунов. Те вели себя образцово, конфликтов с местными избегали, даже открыли несколько школ и медресе для детей. Отличительным знаком мухаджиров стали черные флаги, под которыми воевали в отрядах пакистанского «Талибана».

Как правило, боевики переходили границу с оружием. Несколько сотен закаленных в боях воинов представляли собой внушительную силу. Неудивительно, что вскоре местные старейшины обратились к ним с просьбой помочь в борьбе с афганским «Талибаном», с которым у пакистанских талибов традиционно сложные отношения. Мухаджиры ответили согласием, но, как правило, до серьезных боев дело не доходило — афганские и пакистанские талибы ограничивались вялыми перестрелками, предпочитая понапрасну не проливать кровь.

Вскоре с мухаджирами установил контакт и Кабул. Афганская разведка использовала их для проведения подрывных операций на пакистанской территории — в ответ на аналогичные акции, которые устраивала пакистанская Межведомственная разведка (ISI). К тому же афганских силовиков вполне устраивало появление новой силы, воюющей с талибами.

Отношения, казалось, складывались просто идеально. В районах Нангархара, контролируемых мухаджирами и ополчением шинвари, афганские солдаты и полиция чувствовали себя как дома. В свою очередь, пакистанские беженцы спокойно могли передвигаться по всей территории провинции (правда, без оружия) и даже получать медицинскую помощь за государственный счет. Идиллия, однако, длилась недолго.

Понаоставались там

Автор цитаты

«Нангархар с каждым днем превращается в крепость исламистов. Если правительство не уделит этому вопросу особого внимания, нам придется самим начать войну с ними, опираясь на поддержку местного населения».

Эти слова Захир Кадир, заместитель главы нижней палаты афганского парламента, произнес в сентябре 2015 года. К тому моменту, однако, было уже поздно: ситуация в Нангархаре изменилась коренным образом.

В 2013-м удар американского беспилотника поставил точку в карьере лидера пакистанских талибов Хакимуллы Мехсуда. После его гибели движение фактически распалось на отдельные отряды, не связанные ничем, кроме общего названия. Окопавшиеся в Афганистане мухаджиры, лишившись руководства, по сути, прекратили борьбу с пакистанскими силовиками, переключившись на захват заложников и вымогательство денег у богатых бизнесменов по обе стороны границы.

Фото: Global Look Prees/Wali Sabawoon

В октябре 2014 года пакистанская армия провела очередную операцию по зачистке приграничной зоны — «Хайбер-1». В Нангархар, на нагретое уже место, хлынул новый поток беженцев — несколько тысяч семей. К тому моменту мухаджиры чувствовали себя фактически как дома в приграничных уездах Ачин, Назьян, Дех Бала и Кот. Местные старейшины забеспокоились: пришельцы вели себя всё более нагло, выставляя блокпосты на дорогах. Через границу перебрасывались огромные партии оружия — как объясняли руководители мухаджиров, захваченного у пакистанской армии.

В январе 2015-го все маски наконец были сброшены. Группа командиров мухаджиров выпустила заявление, в котором они принесли клятву халифу ИГ Абубакру аль-Багдади. Земли Афганистана были провозглашены «вилаяйтом Хорасан», губернатором которого был назначен бывший полевой командир пакистанских талибов Хафиз Хан Саид. Афганские талибы пытались сперва решить дело миром, отправив своего представителя к «халифу Абубакру» с предложением поделить зоны влияния, но получили отказ. После того как афганские боевики ИГ убили талибского губернатора Ахмада Хашеми, муллы талибов объявили джихад против «Исламского государства». Между «Талибаном» и ИГ началась открытая война.

Голова за голову

Автор цитаты

«Они дали нам всего 10 минут для того, чтобы покинуть свои дома, и запретили брать с собой личные вещи. На глазах у жителей деревни они расстреляли около десятка людей, которых заподозрили в принадлежности к «Талибану», и отделили от толпы около восьми десятков мужчин, среди которых были старики и подростки. 11 из них они отвели в поле, поставили на колени прямо на взрывчатку и подорвали. Заложников разорвало на куски, и всё это боевики снимали на видео».

Так один из уцелевших жителей деревни в долине Моманд описывал казнь своих односельчан после захватал деревни боевиками ИГ, незадолго до того выбитыми оттуда «Талибаном». Война шла не на жизнь, а на смерть: отдельные уезды переходили из рук в руки по три-четыре раза, боевики сжигали целые деревни и устраивали массовые расправы над теми, кого подозревали в симпатиях к врагу. Однако талибы, несмотря на превосходство в силах, покончить с ИГ не смогли: как раз во время самых напряженных боев пришла весть о смерти лидера «Талибана» муллы Омара. В рядах движения начался разброд: часть групп, недовольных преемником Омара муллой Мансуром, перешла на сторону ИГ. К тому же талибам приходилось сражаться на два фронта — против «Исламского государства» и правительственных войск, которые боевиков ИГ до поры до времени не трогали.

Ситуация изменилась лишь в феврале 2016-го, когда президент Ашраф Гани под давлением американцев, требовавших любой ценой искоренить исламистскую заразу, отдал приказ о начале крупного наступления на ИГ. Американские самолеты и дроны буквально засыпали мятежные уезды ракетами и бомбами, спецназ сообщал о сотнях уничтоженных боевиков. Местные ополченцы, которых «Исламское государство» выгнало из домов, сражались с невиданным ожесточением, отрезая пленным исламистам головы в отместку за их зверства. Афганские генералы отчитались, что в стране не осталось ни одного террориста ИГ.

Ашраф Гани

Фото: Global Look Prees/Jette Carr/USAF

Не прошло и полугода, как последовала новая операция, а за ней еще одна и еще. В течение последних двух лет американцы и афганцы пытаются выбить боевиков ИГ из нескольких удерживаемых ими уездов, но безрезультатно. Не помогла даже GBU-43 — «мать всех бомб», которую американцы сбросили в апреле прошлого года на уезд Ачин. Если верить бравурным отчетам, число уничтоженных боевиков исчисляется тысячами — тем не менее наступления захлебываются одно за другим. Уезды Ачин, Назьят, Дех Бала и Кот по-прежнему контролируются ИГ.

Крепость Нангархар

По сути, горные районы Нангархара исламисты превратили в настоящую крепость. Местное население, и без того частично состоящее из мухаджиров, либо полностью лояльно, либо запугано до такой степени, что и не думает о восстании. Благодаря прозрачной границе с пакистанской Зоной Племен боевики ИГ могут постоянно перебрасывать все новые и новые резервы. На территории «вилайята Хорасан» полностью запрещены выращивание и продажа опиумного мака — в отличие от талибов, ИГ получает денежные средства из других источников.

Используя Нангархар как базу, «Исламское государство» рассылает террористов-самоубийц по всей стране. В июле 2016 года смертник взорвал бомбу в толпе демонстрантов-хазарейцев в Кабуле, погибли более 80 человек. В марте 2017-го четыре исламиста захватили военный госпиталь в Кабуле, убив более 30 человек. Нападавших удалось ликвидировать после нескольких часов напряженного боя. В апреле террорист использовал пояс шахида у здания Минобороны в афганской столице, убив пять человек, в мае боевики атаковали конвой НАТО в Кабуле, ранив трех американских военнослужащих.

При этом все попытки ИГ закрепиться за пределами Нангархара потерпели неудачу. Талибы-отступники то тут, то там объявляли о переходе под знамена халифата, но после этого моментально уничтожались «Талибаном». В сентябре 2015 года была пресечена попытка ИГ укрепиться в стратегически важной провинции Гильменд, в мае того же года — в Фарахе, в июле — в Логаре. Весной 2015-го несколько сотен боевиков Исламского движения Узбекистана (ИДУ), включая выходцев из Средней Азии и с Кавказа, принесли клятву ИГ в провинции Забуль. В ноябре того же года группа была разгромлена, и талибы, по словам очевидцев, беспощадно вырезали всех, кто попал им в руки. Немногие уцелевшие бежали в Нангархар.

Фото: Global Look Prees/Rahman Safi

Очередная — последняя, как обещают в Пентагоне, — атака на цитадель ИГ началась в начале декабря. Американцы планировали завершить ее до конца года, но что-то, как обычно, пошло не так. Главный вопрос сейчас — успеют ли афганские и американские силовики покончить с боевиками «Исламского государства» и установить эффективный контроль над мятежными районами Нангархара до начала весеннего наступления талибов. Если нет, то ИГ в Афганистане получит еще год жизни.

 

Прямой эфир