Призвать к ответу: почему Конституционный суд смягчил приговоры угонщикам
Конституционный суд внес ясность в ситуацию с мягким приговором, вынесенным в Таганроге по делу об угоне автомобиля сотрудником автомойки. Машина в результате происшествия была разбита, однако подсудимого обязали выплатить всего 762 тыс. рублей, хотя полный ремонт пострадавшего авто оценили в 1,97 млн рублей. В постановлении Конституционного суда указывается, что при рассмотрении уголовного дела важна только доказанная стоимость ущерба на момент преступления. Траты на восстановление взыскиваются отдельно в гражданском порядке. Подробности — в материале «Известий».
«Мутные» схемы
Число угонов автомобилей в I квартале 2025 года, по данным МВД, снизилось на 9,4%, до 2005 случаев, но спонтанные инциденты продолжают бить по владельцам. Эксперты нередко манипулируют оценками, получая тендеры через связи с оценочными фирмами, где разница между «уголовным» минимумом и реальным ремонтом становится их прибылью.
В настоящий момент следователь может сам назначить эксперта. И на практике из-за действий недобросовестных правоохранителей, находящихся в сговоре с обвиняемым и экспертами, сумма ущерба может оказаться заниженной, утверждает адвокат Адвокатской палаты Московской области Александр Серегин. Это может влиять на переквалификацию обвинения на более мягкую часть статьи 166 УК РФ.
Основная проблема сегодня — слабая регламентация и фактическое отсутствие реальной ответственности экспертов, из-за чего выводы нередко субъективны, подчеркивает генеральный директор СРО «Союз «Федерация специалистов оценщиков» Ольга Угожаева.
— Судебные эксперты, в частности автотехнические эксперты, могут не соблюдать требования федеральных стандартов оценки в зависимости от того, каким образом судом сформулирован конкретный вопрос, на который нужно дать ответ, — разъясняет она.
Такие эксперты даже могут не иметь соответствующего оценочного образования и квалификаций, что приводит к несоблюдению общепризнанных методик расчета и стандартов оценки, предупреждает начальник управления досудебного урегулирования и взаимодействия с финансовым уполномоченным «РЕСО-Гарантия» Елена Гринберг.
При этом размер причиненного ущерба напрямую влияет на уголовную квалификацию деяния, уточняет она.
— Посыл постановления Конституционного суда в том, что вопросы о способах возмещения вреда, например, возможно ли починить ТС с использованием более дешевых или дорогих методик, не должны решаться в рамках уголовного дела. Поэтому берется минимальная стоимость — всё остальное оспоримо, — объясняет собеседница «Известий».
Спорный вопрос
В результате региональные угонщики, такие как в таганрогском деле, уходят с минимальными сроками благодаря «износу», а владельцам машин приходится судиться с ними за небольшие суммы в гражданских инстанциях, доказывая ущерб, подчеркивает Александр Серегин.
— Потерпевшему целесообразно самостоятельно заказать оценку ущерба у квалифицированного и добросовестного специалиста и представить ее в материалы дела, лично или через адвоката, — советует адвокат.
Даже если следователь назначит свою экспертизу, при существенных расхождениях появятся основания ставить вопрос о проверке выводов эксперта и процессуальных действий следователя, отмечает вице-президент Федеральной палаты адвокатов РФ Олег Баулин.
— Факт оценки ущерба по минимуму как реального в рамках уголовного судопроизводства не лишает гражданина права взыскивать понесенные на восстановление автомобиля расходы в гражданско-правовом порядке, — напоминает он, подчеркнув, что баланс частных и публичных интересов благодаря этому зачастую соблюдается.
К слову, на практике нередки и случаи, когда потерпевшие стремятся максимизировать сумму ущерба в рамках уголовного процесса (заявляя расчет без учета износа), чтобы квалифицировать деяние по более тяжкой части статьи об угоне, дополняют в пресс-службе Общероссийской общественной организации «Водители России».
— В основе этого лежит предположение, что угроза длительного лишения свободы (например, до 10 лет по ч. 3 ст. 166 УК РФ) выступит эффективным рычагом давления для скорейшего возмещения вреда, — разъясняют в организации.
Однако такой подход не учитывает правовых реалий исполнительного производства, где субъектом преступлений часто выступает гражданин, не имеющий официального дохода или ликвидного имущества.
Несправедливый подход
По данным «Ингосстраха», в 2025 году в топ-5 самых угоняемых моделей в России попали популярные Lada Granta и Hyundai Solaris. И новая формула КС, по мнению специалистов, бьет по массовому автовладельцу: санкции «взвинтили» цены на запчасти для корейских авто на 42%, для отечественных — на 38,5%. Реальный ремонт превышает «уголовный» минимум с учетом износа, не дотягивая до крупного ущерба.
— Всё упирается в экономику и методику расчетов, используемую экспертами как по гражданским, так и по уголовным делам, основанную на справочниках Российского союза автостраховщиков, — объясняет Александр Серегин. — Они часто не соотносятся с рынком: применяются не соответствующие реальности каталожные цены, учитывается износ (до 50%) и заниженные нормо-часы.
Вывод Конституционного суда о необходимости использования минимальной доказанной стоимости угнанного транспортного средства или размера полученных им повреждений с учетом степени износа автомобиля кажется Ольге Угожаевой несправедливым.
— Установить реальную, а не «гипотетическую минимальную» величину убытков возможно сразу, а не в рамках переоценки силами самого потерпевшего, — подчеркивает она.
При этом решение Конституционного суда несущественно скажется на статистике угонов без цели хищения, прогнозирует директор управления по корпоративной безопасности «Ренессанс страхование» Амиран Абдулмаликов. Ведь чаще всего это спонтанные, непродуманные преступления, в которых человек не оценивает, будет ли он нести ответственность по относительно мягкой части 1 статьи 166 или по части 3 той же статьи, вменяющейся при ущербе в особо крупном размере.
«Известия» направили запросы в Верховный суд РФ, Минюст, Российский союз автостраховщиков и Госдуму. На момент выхода публикации ответы не поступили.
