Предстоящая встреча президентов России и США может стать интересной отправной точкой для трансформации санкционного режима Вашингтона в отношении Москвы. Инвесторы уже отреагировали на новости о переговорах сдержанным оптимизмом, предвкушая перспективы частичного ослабления рестрикций, способного потенциально снизить давление на финансовые и товарные рынки. Однако важно отдавать себе отчет в том, что эта перспектива не определяется исключительно решениями Штатов.
Будущее санкций во многом зависит от политической и экономической позиции самой России. Главный вопрос — в какой мере может заинтересовать нашу страну то смягчение, которое способна предложить американская сторона?
Хотя украинская и санкционная тематики определенно станут одними из важнейших пунктов повестки, трактовать двустороннюю встречу на высшем уровне исключительно как «форум по Украине» было бы ошибочно. Переговоры представляют собой попытку запустить процесс нормализации двусторонних отношений, включая дипломатические и торгово-экономические. Они знаменуют начало нового цикла, в котором санкционная политика не самоцель, а совокупность переговорных инструментов, рычагов, предназначенных для взаимных торгов, давления и потенциальных разменов.
Дональд Трамп пытается действовать по принципу кнута и пряника, однако в отношении РФ санкционный кнут весьма ограничен по масштабам и глубине. За 2025 год он не ввел ни одного значимого пакета первичных мер, ограничившись продлением действующего режима чрезвычайной ситуации. Вторичные же тарифы за покупку российской нефти представляют собой не столько инструмент политического давления, сколько закономерный экономический шаг, нацеленный на вытеснение конкурентов с емких перспективных рынков и укрепление позиций традиционного прореспубликанского лобби в лице энергетических (нефте- и газодобывающих) компаний.
В этой ситуации санкционный «пряник» приобретает для Трампа большую ценность, нежели эскалация давления. Американская администрация, судя по всему, будет стремиться выстраивать новую формулу сотрудничества — приоритет предложения «взаимовыгодного партнерства» в стратегически важных отраслях перед силовым принуждением.
Одним из центральных направлений повестки ожидаемо может стать Арктика, при этом проекты в ней способны выполнять роль переговорного зонтика, под которым будут обсуждаться и разработка российских редкоземельных металлов, и освоение новых транспортных маршрутов, и совместные инвестиции в инфраструктуру, и даже вопросы космического сотрудничества. Например, в части доступа к российским станциям наблюдения, технологиям орбитальной разведки и добычи ресурсов в космосе.
Однако что же Белый дом способен предложить взамен? По всей вероятности, точечное смягчение рестрикций, причем в сферах, выгодных не только Москве, но и Вашингтону. К числу наиболее вероятных «точек смягчения» можно отнести: исключения из санкций для отдельных проектов в космосе и горнодобыче; частичное снятие ограничений с некоторых компаний, предпринимателей и банков, разрешения им открывать корреспондентские счета в США; расширение экспортных лицензий на определенные категории оборудования; частичную отмену или приостановку санкций, введенных на основе исполнительных указов президента, включая запреты на поездки, заморозку счетов, отдельные виды технологических ограничений, а также ограничения на импорт относительно низкотехнологичных товаров, таких как алкоголь, морепродукты или российские алмазы.
Сравнительно менее вероятным представляется снижение недавно введенных вторичных тарифов для государств, закупающих российскую нефть.
Однако открытым остается вопрос, насколько такие частичные санкционные уступки соразмерны торговым и инвестиционным амбициям США? На фоне высокой устойчивости российской экономики и выраженного успешного курса на укрепление технологического суверенитета страны избирательные и легко отменяемые санкционные послабления вряд ли можно считать серьезным сигналом трансформации политики Вашингтона.
Манипуляции с санкционными списками не считаются эквивалентной «платой» за доступ к российским технологиям, месторождениям, рынкам и транспортным маршрутам. РФ заинтересована в первую очередь в необратимых изменениях, например в разблокировке суверенных активов, замороженных в американской юрисдикции. Но на данном этапе говорить о перспективах подобной «перезагрузки» кажется преждевременным.
Факт переговоров — важный сигнал, это станет первым установочным шагом к возможной нормализации двусторонних отношений России и США, по итогам встречи могут быть намечены общие контуры дальнейшего переговорного процесса, пределы санкционного смягчения и соразмерных политических и экономических шагов с российской стороны.
Сценарий «санкционного смягчения» в случае успеха переговоров может быть реализован исключительно в ограниченной и строго управляемой форме. Режим чрезвычайной ситуации сохранится; все ограничения, закрепленные на уровне законов, останутся в силе. Американский президент не проявляет презумпции к введению новых санкций, а скорее наоборот — сохраняет сложившийся статус-кво как инструмент торга. При этом стратегия Трампа — это не курс на отмену или значимое смягчение давления, а использование частичных уступок как способа «выторговывания» более выгодных политических и экономических переговорных позиций.
Автор — руководитель исследовательской программы Института международных исследований МГИМО МИД России
Позиция редакции может не совпадать с мнением автора
