Зона припоя: как морпехи делают дроны для своих подразделений
В ходе специальной военной операции на первый план вышли новые системы вооружений, в частности — беспилотные летательные аппараты. Использование этой техники в войсках носит повсеместный характер, при этом направление бурно развивается, требуя организации на передовой специальных подразделений, занимающихся ремонтом, производством и модернизацией беспилотников. Специалисты разведывательного подразделения соединения морской пехоты Тихоокеанского флота с Камчатки показали корреспонденту «Известий» свою лабораторию дронов.
Наш Самсунг
Морпехи в круглосуточном режиме создают комплектующие для БПЛА на 3D-оборудовании, устанавливают прошивки и дорабатывают технику, используемую в боях.
Младший сержант с позывным Самсунг, инженер разведывательного подразделения морской пехоты, показывает свою лабораторию.
— Одно рабочее место, чтобы запасники собирать, — рассказывает он. — Детали затачиваются, подтачиваются. Другое место для сбора «сбросников». Сейчас хотим уменьшить вес. Будет печататься новый хвостовик, чтобы дрону было легче это на себе нести.
Самсунг показывает большое количество запчастей, узлов конструкций для дронов разной разновидности и класса. Здесь есть всё — от «мозгов» (материнских плат) и моторов до видеокамер.
— Есть у нас 3D-принтеры, которые печатают «сбросники», — говорит разведчик. — они у нас модульного типа. На них одна платформа, и к ней уже подгоняется отдельная составная часть, которая предназначена для разных боеприпасов.
По его словам, принтеры работают круглосуточно.
— С нуля делаем в сутки по три-четыре дрона, — объясняет Самсунг. — Пока этого достаточно, поскольку по гуманитарным каналам поступают уже готовые БПЛА. Еще есть такие аппараты, которые перепрошиваем. Делается это для того, чтобы противник не мог их перехватить и дрон мог преодолеть как можно большую дистанцию. Данная прошивка отключает GPS-координаты. То есть происходит смещение координат таким образом, чтобы «птичку» нельзя было обнаружить.
В ожидании искусственного интеллекта
Разведчик обращает внимание на то, что сейчас дроны очень быстро развиваются.
— БПЛА, которые применяются сейчас, например, FPV-дроны, технологически превосходят те, что использовались на начальном этапе СВО, — уточняет Самсунг.
По прогнозам специалиста, через полгода или год все БПЛА будут использовать искусственный интеллект. А это значит, что системы РЭБ для них не будут помехой.
— Прямо во время полета БПЛА будет изменять свои частоты, координаты и станет неуловимым. Все ждут искусственный интеллект, который будет менять координаты и частоты в автоматическом режиме. Но, можно предположить то, что и РЭБ перейдет на искусственный интеллект. Возможно ли такое? Покажет время, — поясняет наш собеседник.
Он добавляет, что сейчас у наших подразделений «трофеев много». Наша система РЭБ работает хорошо, приземляя «птиц» противника, «каждый день по много штук падает».
При этом он замечает, что неприятель активно использует наши технологии.
— У них на разных направлениях по-разному. Наша прошивка 1001, которую придумали русские хакеры, уже частично используется противником. Но она у нас всё время модернизируется. В дроне самое важное — это не его боевая часть, а то, как он запрограммирован. Магазинный дрон, скажем так, к боевой работе не подойдет. Его обнаружат моментально, — подчеркивает Самсунг.
«Булат» на страже
Как оказалось, на СВО наш собеседник с октября 2022 года, соответственно развитие беспилотной техники происходило на его глазах.
— В целом, анализируя весь этот период, следует отметить, что количество и качество дронов неприятеля заметно возросло. Речь идет как о БПЛА FPV-типа, так и о других разновидностях. Но при этом им почти невозможно преодолеть нашу систему «Булат» (дрон-детектор. — «Известия»). Любой дрон излучает волны. Если этого не будет, он не будет лететь. А «Булат» так и устроен, чтобы выявлять любую частоту. Поэтому от него не убежишь, — рассказывает военнослужащий.
Надо заметить, паренек довольно молод, но рассуждает как уже вполне зрелый, бывалый, опытный человек и специалист. До мобилизации он занимался ремонтом телекоммуникационного оборудования.
— В целом, с той работой, которую выполняю здесь, был косвенно связан. Поэтому много времени, чтобы влиться, не понадобилось. Просто так здесь не оказываются. Что можно отметить из сложных моментов? Наверное, моделирование. Был у нас один человек, который такой работой занимался. По профессии он инженер-проектировщик. Когда он покинул подразделение, пришлось самим эти навыки развивать. Ничего, справились, — вспоминает Самсунг.
Он считает, что СВО стала реальным триггером мощного технологического развития систем вооружения и управления ведения боем. Самсунг уверен, что наша страна за последний год совершила огромный скачок в развитии интеллектуальных систем вооружения. В их числе важное место занимают беспилотные летательные аппараты.
