Визит президента Владимира Путина в КНДР и Вьетнам на прошлой неделе вызвал паническую реакцию западных наблюдателей. В течение двух с половиной лет оппоненты России предпринимали все усилия, дабы изолировать её и заставить пойти на выставленные Москве ультимативные условия. При этом сама идея российского поворота на Восток высмеивалась и отметалась — Запад настолько уверился в собственном доминировании и всемогуществе, что убедил свои элиты и большинство обывателей в неизбежности разрушительно-принудительного эффекта от санкционных ударов.
Апологеты этой теории исходили из того, что достаточно лишь немного подождать, прежде чем наше население в тоске по немецким автомобилям и голливудским фильмам заполонит улицы в протестном исступлении, а скучающие по европейским курортам бизнесмены и чиновники осуществят политический переворот. Разумеется, всего этого не произошло, а российский народ, увидев столь презрительное отношение к себе, окончательно убедился в верности выбранного руководством страны курса и приложил максимум усилий, чтобы не свернуть с намеченного пути.
Но не менее важен тот факт, что в беде — или просто в трудные времена — познаются друзья. И именно таких — верных, понимающих и чутких — друзей мы окончательно обрели в регионе, предопределяющем будущее планеты — на Востоке.
Безусловно, судьба КНДР и Вьетнама одновременно и похожа, и имеет сильнейшие отличия. Северная Корея, города которой были стерты в пыль американскими ударами в ходе войны с Югом, все прошедшие с тех пор десятилетия существует на грани нового столкновения, подготовки к которому Вашингтон зачастую и не скрывал.
Продержавшись под санкциями, способствовавшими в 1990-е годы ни много ни мало катастрофическому голоду, население КНДР сумело отстоять право на суверенную политическую систему и интеграцию в международное сообщество на свои условиях. Даже США в конечном счете были вынуждены признать субъектность государства, которое они однажды лицемерно отнесли к «оси Зла». И сегодня при молодом энергичном лидере Пхеньян становится одним из центров силы в региональной политике.
Вьетнам также пережил американскую агрессию и долгий период восстановления разрушенной многолетней интервенцией страны. Сохранив уникальную идентичность и особенный политический строй, Ханой тем не менее превратился в важнейшего игрока в азиатской и мировой экономике, успешно отстаивающего право на обособленный курс во внешних и внутренних делах.
Как показал радушный прием, оказанный российскому президенту, два этих государства рады долгожданной возможности интенсифицировать связи с Москвой и способствовать ускорению её восточного поворота. Наши азиатские партнеры умеют ждать и, как теперь ясно, раньше многих россиян поняли, чем закончится постсоветское опьянение части отечественного истеблишмента западоцентричностью. Увидев в свое время на собственном примере разрушительные последствия западного неоколониализма, КНДР и Вьетнам, наряду с другими государствами Азии, прекрасно чувствуют подноготную украинского кризиса и понимают, что на кону стоит будущее всей системы международных отношений.
Сегодня крайне важно, чтобы визит президента стал не кульминацией, а лишь отправной точкой долгих процессов, которые способны вывести нас на новый этап развития и помочь достичь более высокого уровня понимания нашего места в мире. Скорость движения в этом направлении будет зависеть от готовности не только Верховного Главнокомандующего, но и всего общества — от рядовых граждан до деловых кругов — обеспечить незыблемость принятых решений. И успешное достижение целей специальной военной операции ни в коем случае не может поставить паузу в поступательном движении, для которого события на Украине стали важным, хоть и не единственным стимулом.
Автор — проректор Дипломатической академии
Позиция редакции может не совпадать с мнением автора
