Сотворение мира: в школах Москвы станет больше ячеек против буллинга
Решительно бороться с буллингом в учебных заведениях намерены педагоги совместно с властями. В школах Москвы появляются новые службы примирения, которые призваны помочь детям и взрослым решать конфликты осознанно и конструктивно. «Известия» разбирались, насколько необходим такой инструмент по искоренению «неуставных отношений» и почему с его популяризацией не торопились.
И больше не дерись
Служба примирения — дело для России не новое. Этот замысел зародился еще в конце прошлого века и за два с лишним десятилетия прошел испытания не только временем.
— В 1998 году наш центр «Судебно-правовая реформа» начал развивать в России идею и практику восстановительного правосудия, — рассказывает руководитель московской Городской службы примирения Антон Коновалов. — Мы посчитали важным сделать более человечным реагирование государства и общества на самый жесткий конфликт несовершеннолетних — преступление (кражи, драки, грабежи). При согласовании с судом стали организовывать встречи обидчиков и пострадавших, чтобы потерпевший рассказал, а обвиняемый услышал, какой моральный вред был причинен (страх, ощущение вражды, боязнь выйти на улицу, необходимость терпеть насмешки окружающих). Обидчик тоже высказывался, но и должен был своими искренними словами и действиями загладить этот вред.
Организаторы встреч обратили внимание — большинство драк и краж, о которых становится известно правоохранительным органам, обычно происходит в школах. Было решено начинать работу заранее, в образовательных организациях, а не в тот момент, когда ученик достиг возраста уголовной ответственности и совершил преступление.
— Так появилась идея создать в школах службы, способствующие примирению конфликтующих сторон, работа которых не должна сводиться только дежурному извинению обидчика перед потерпевшим. Главное — встреча, на которой происходит восстановление взаимоотношений. Важно, чтобы обидчик услышал от пострадавшего и понял, как его действия влияют на других людей и загладил причиненный вред. Пусть дети после разрешения конфликта не станут друзьями, но в будущем обойдутся без подобных ситуаций, — продолжает Коновалов.
Первые службы примирения появились в Москве, Петрозаводске и Великом Новгороде в 2000 году. Их организаторы стремились, чтобы движение не было формальным.
В 2013 году прозвучал призыв создать службы на постоянной основе в каждой школе. По словам Коновалова, в некоторых регионах в первый же год отчиталась о создании едва ли не сотен служб, однако на деле всё потом сошло на нет. Москва тогда осталась одним из регионов, в которых службу примирения создавали не по разнарядке — здесь реально работало 15 служб.
Год за годом инициаторы и педагоги пестовали новую структуру, оберегая ее от формализма и казенщины. Развитию ШСП способствовала принятая указом президента «Национальная стратегия действий в интересах детей на 2012–2017 годы», которая определила ряд мер, имеющих прямое отношение к восстановительному правосудию и службам примирения.
Опытным путем
Сегодня, по словам Натальи Паршиной, педагога-психолога Городского психолого-педагогического центра Москвы, работа по созданию служб примирения ведется в 400 столичных школах. В 380 из них преподаватели уже прошли необходимое обучение, а в 127 образовательных учреждениях на регулярной основе используют восстановительные техники. Антон Коновалов отмечает, что только в этом учебном году многие ШСП провели четыре и более программ примирения.
Школы, имеющие многолетний опыт такой работы, стали опорными площадками в своих районах. В ГСП уверены — обучать могут лишь практикующие специалисты, не понаслышке знакомые с проблемами медиации и конкретными ситуациями.
— При поддержке Департамента образования Москвы мы выезжаем в школы, проводим вебинары, супервизии. Работаем и дистанционно. Действует сайт Городской службы примирения Москвы, на котором мы консультируем педагогов и психологов. Разработали методические материалы, курс видеолекций — в ТИМСе проигрываем конкретные ситуации. Наши специалисты выезжают в школы на самые сложные конфликты, — разъясняет Антон Коновалов.
Службы примирения, по мнению Натальи Паршиной, зарекомендовали себя как эффективная система решения непростых ситуаций между школьниками, учителями и родителями, но их работа, опять же, дело исключительно добровольное.
Заместитель мэра столицы по вопросам социального развития Анастасия Ракова отметила, что в работе служб в роли волонтеров участвуют и сами ребята (от 14 лет). Причем ШСП подключается не только в случае конфликта между детьми. Ее помощь важна, если не удалось, например, найти общий язык ученику и учителю.
«Раньше при возникновении недопониманий или сложных ситуаций в школах не было единой стратегии разрешения конфликта. Теперь же службы примирения будут предлагать восстановительный подход, который позволит тщательно разобраться в ситуации без ущемления достоинства обеих сторон», — подчеркнула Анастасия Ракова.
Эффективный прием службы примирения — так называемые круги сообщества, плодотворно работающие в школах уже много лет. Это своеобразный стол переговоров, за которым совместно решаются самые сложные вопросы.
Встаньте в круг
В московской школе № 1534 «Академическая» служба примирения работает уже несколько лет.
— Создать благоприятные отношения в любом коллективе — всегда сложная задача. Наладить позитивные связи между участниками образовательного процесса в школе тем более нелегко. Столкновение интересов детей, родителей и педагогов приводит к появлению конфликтных ситуаций, которые негативно отражаются как на успеваемости учеников, так и на общем настрое. Требуются новые актуальные способы разрешения проблем, конструктивные и безболезненные пути выхода из конфликта. Один из таких путей — восстановительные программы, — комментирует директор школы Ольга Шейнина.
Служба примирения в этой школе ставит своей целью не только разрешение конфликтов, но и их предотвращение. Более 10 лет назад учителя первый раз провели круги сообщества с учениками и родителями вновь образованных классов и поняли, что некоторые проблемы благодаря профилактическим мероприятиям можно предупредить. Педагоги-психологи и представители администрации в начале каждого учебного года обязательно проводят круги сообщества для учеников вновь образованных классов (первых, пятых, восьмых и десятых), а также для их мам и пап. В течение года реализуются и другие восстановительные программы. Профилактические мероприятия способствуют формированию открытых взаимоотношений между участниками образовательного процесса.
— Мы понимаем, что востребованность восстановительного подхода растет. Родители, дети и учителя знают, что в трудной ситуации они могут обратиться в Школьную службу примирения и совместно найти конструктивное решение, — подчеркивает Ольга Шейнина.
В ГБОУ Школа № 1502 «Энергия» на востоке Москвы служба примирения — одна из самых молодых в столице. Она создана и действует с декабря 2021 года.
— Два года назад наши классные руководители пошли обучаться программе «Психолог детского коллектива». Целый модуль был посвящен восстановительному подходу, который лежит в основе работы ШСП. Мы поняли, что служба действительно помогает. Ее смысл в том, чтобы дать ребятам возможность выразить свою точку зрения, понять, какой вред они причиняют друг другу в ходе разногласий, не наказывать за проступки, а помочь понять, как можно загладить вину. Главное — слышать друг друга, не копить проблемы внутри, а решать их на этапе зарождения конфликта, — комментирует исполняющая обязанности заместителя руководителя по воспитанию и социализации ШСП «Энергия согласия» Екатерина Карасева.
Мириться не по-детски
В городском психолого-педагогическом центре Москвы уверены в том, что если бы опыт прежних лет не оправдал себя, то у школ не было бы желания создавать службы, а дети не стремились бы стать волонтерами.
— Службы примирения ориентируют всех участников образовательных отношений (учителей, родителей, учеников) на сотрудничество, взаимопонимание и приглашают к проявлению ответственной позиции в ситуации, когда необходимо принятие совместного решения, удовлетворяющего все стороны. Ученики и взрослые сообща приходят к решению конфликта, здесь нет «судьи» или условно «правильной стороны». У каждого участника есть возможность высказаться и быть услышанным. До служб примирения в школах существовал другой подход, когда педагоги зачастую просто ограничивались строгим выговором обидчику, — разъясняет Наталья Паршина.
Девятиклассница школы № 305 на северо-востоке Москвы Анна сейчас проходит обучение, после которого она будет работать в службе примирения. Это учебное заведение когда-то стояло у истоков создания ШСП. Вопрос о том, не рано ли в 15 лет решать серьезные вопросы, перед девочкой не стоит. Анина личная история буллинга произошла в пятом классе и, по словам школьницы, заставила психологически моментально повзрослеть.
— Служба нужна для того, чтобы дети вовремя могли решить свои проблемы и не оставляли детство слишком рано, как это пришлось сделать мне, — говорит Анна.
Проявления «неуставных» отношений начались для Ани уже в первом классе. Между детьми возникали недопонимания и конфликты. Ребята, почему-то считавшие себя лучше других, дразнили одноклассников. По град насмешек попадали, в частности, те, кто носил очки и страдал от лишнего веса. Настоящий кошмар начался в пятом классе. Одна из девочек вдруг вспомнила, как год назад ей сказали, что Аня якобы назвала ее нехорошим словом.
— Я тогда не то что не знала значения этого слова, а даже никогда не слышала его, — рассказывает школьница. — Но девочка не разобралась и начала травлю, к которой подключились ее подруги-старшеклассницы. Мама специально купила детские часы с кнопкой SOS, чтобы понять, что со мной происходит, — я приходила домой зареванная.
Тот день Аня до сих пор помнит во всех подробностях. «Прячься! Они идут!» — крикнула ей одноклассница. Девочка в страхе вжалась в угол туалета.
— Они обзывали меня, потом толкнули. Я упала и ударилась. Не сильно, но у меня началась истерика, — продолжает Анна.
Неслучайно агрессоры выбирают для разборок укромные места, куда не всегда заглядывают учителя. Они уверены, что жертва ни о чем никому не расскажет. Сообщить о своих проблемах учителям, вынести их на всеобщее обсуждение — в подростковой среде означает «наябедничать», «настучать». С точки зрения испуганного ребенка страх расправы, которая наступит в этом случае, гораздо сильнее перспективы терпеть обиды и насмешки. Однако педагоги призывают детей не бояться, не держать в себе проблемы. Информацию о буллинге можно передать в службу через классного руководителя, педагога-психолога, обратиться через сайт.
В случае с Аней спрятать конфликт от учителей и родителей не удалось. Проблема не укрылась от классного руководителя и Аниной мамы — они обратились в службу примирения. С участниками конфликта начали работать так, чтобы они сами «вышли из проблемы», разобрались в себе без подсказок и советов со стороны. Класс в полном составе участвовал в кругах сообщества.
— Некоторые из нас даже плакали. Мы поняли, что до этого считали, что в порядке вещей вести себя так, как все себя вели, — рассказывает Анна.
Эта история достаточно достаточно сильно изменила девочку. С тех пор она старалась, если было нужно, примирить своих одноклассников и подруг, потому что не могла видеть, как люди ругаются. А когда узнала, что можно записаться в службу примирения, то сделала этот важный для себя шаг. В будущем Анна мечтает получить профессию, связанную с детьми, — ей интересны педагогика и психология.
На перехват
Родители тоже считают работу ШСП надежным помощником в трудных ситуациях. Тамара Карпенко — председатель управляющего совета школы № 305, мать семерых детей. Старшая дочь Тамары участвует в работе службе примирения. Ей уже приходилось разрешать конфликты на уровне не только своего класса, но и всей школы.
По словам Карпенко, несколько лет назад в классе дочери сложилась нездоровая обстановка. До открытых конфликтов не доходило, но коллектив, большинство которого составляли девочки, был далек от ровных отношений. Дети постоянно ругались, а в школу шли с ожиданием, что произойдет что-то нехорошее.
— Мы с заместителем директора по содержанию образования, конвергенции образовательных программ Юлией Алексеевной Кузовковой решили, что школьникам требуется помощь службы примирения. Детям предстояло договориться между собой при деликатной поддержке педагогов и сверстников, которые работали в ШСП, — продолжает Тамара.
Для оздоровления ситуации потребовался не один день. Школьники встречались и разговаривали на кругах сообщества, анализировали, что происходит. Выясняли, что сделать, чтобы дальше было комфортно учиться, не нарушая личное пространство одноклассников и не подавляя друг друга. В налаживании отношений участвовали и родители. Служба примирения помогла им услышать друг друга, объективно взглянуть на своих детей, не выгораживая их в неприятных ситуациях, а помогая стать лучше. Наладить мирные отношения в классе удалось — дети сплотились, не рассорились, удержались от глобальных конфликтов благодаря тому, что негативные моменты удалось купировать на начальном этапе.
Психолог, специалист в сфере индивидуального психологического консультирования и психодиагностики личности Дарья Захарова считает, что дети и взрослые должны четко понимать, что служба примирения — это не орган для нахождения виновного и наказания неугодных. Она способствует достижению компромиссов, нахождению путей возможного сотрудничества между конфликтующими, разрешению споров с учетом интересов каждого независимо от возраста и занимаемого статуса.
— Важно объяснять детям, что не является постыдным обратиться за помощью. Это не проявление слабости, трусости и не элемент «стукачества». Разрешение споров, умение слышать другого и доносить собственную позицию – важные навыки, которым обучаются, так же как любому другому предмету, — подчеркивает эксперт.
