Перейти к основному содержанию
Реклама
Прямой эфир

«К миксту на Олимпиаде особенно не готовился»

Теннисист Андрей Рублёв — о золоте Игр в Токио, победе в Кубке Дэвиса и пользе вакцины
0
Фото: ИЗВЕСТИЯ/Дмитрий Коротаев
Озвучить текст
Выделить главное
вкл
выкл

Одним из героев спортивного 2021 года стал российский теннисист Андрей Рублёв. Сезон он завершил с высшим в карьере пятым местом в рейтинге ATP. Вместе с Даниилом Медведевым сыграл за национальную сборную все одиночные матчи на победном Кубке Дэвиса, уступив лишь в одном из них, но компенсировал то поражение удачным выступлением в парном разряде с Асланом Карацевым.

А летом вместе с Анастасией Павлюченковой Рублёв выиграл золото Олимпиады в Токио в миксте. В конце декабря стало известно, что из-за положительного теста на коронавирус Андрей начнет следующий сезон позже, чем планировалось, так как ему пришлось сняться со стартующего 4 января Кубка ATP. За два дня до этой новости 24-летний теннисист дал большое интервью «Известиям», в котором рассказал об Олимпиаде, Кубке Дэвиса и заодно выразил свое отношение к вакцинации.

«Мы с Настей провели всего одну тренировку»

— Сколько у вас продлился отпуск после победы на турнире в ОАЭ (Рублёв стал победителем выставочного турнира Mubadala World Tennis Championship, который завершился 18 декабря)?

После Эмиратов сразу продолжил тренировки. Отдыха вообще не было. И не будет. Так сложилось, что год был очень насыщенным. И времени на подготовку не так много, поэтому мы решили использовать всё это небольшое время.

— В 2021 году вы провели более 50 матчей и между ними было очень мало перерывов. Нет морального и физического опустошения?

— На самом деле, нормально. В течение этого года дважды случалось так, что я по неделе был без тенниса, вообще не брал ракетку. Раньше такого никогда не было, если не считать пандемийный 2020 год. До этого было максимум два дня, чтобы я не играл, и сразу тренировался. В 2017–2019 годах у меня не было такого, чтобы я больше двух дней не играл. Только в конце сезона, когда мне могли дать дней пять-шесть отдыха, после чего начинал минимум пятинедельную подготовку. В этом году у меня в течение сезона было две недели. И это нормально. Эмоционально сейчас, наоборот, хочется быстрее начать новый сезон.

— Как оцените прошедший сезон по десятибалльной шкале?

— По десятибалльной точно никак. Как сложилось, так сложилось. Получилось закончить сезон с наивысшим рейтингом. Это уже значит, что год был лучше, чем предыдущий. Получилось выиграть олимпийскую медаль, командные соревнования, которые давно не выигрывали. Понятно, что могло быть еще лучше. Были спады, но были и потрясающие моменты. Надо сделать правильный анализ, чтобы в 2022 году было меньше спадов.

— Елена Веснина рассказывала, как еще прошлой зимой, за полгода до Олимпиады в Токио Аслан Карацев предложил ей выступить вместе в миксте. А как возник ваш тандем с Анастасией Павлюченковой?

— Наверное, больше спонтанно. Мы с Настей до последнего не знали, что будем играть вместе. Всё полностью решилось уже в Токио. Только там узнали, что будем выступать в паре. Я очень хотел сыграть микст, о чем сообщил Федерации тенниса России (ФТР). Сказал, что буду только рад, если кто-то из девочек готов, но на момент прилета в Токио не знал, кто будет со мной в паре.

— Получается, в отличие от побежденных вами в финале Весниной и Карацева, у вас с Анастасией вообще не было целенаправленной подготовки?

— Подготовки вообще не было. Был вариант, что я сыграю с Вероникой Кудерметовой или Настей Павлюченковой. До последнего было не ясно. И уже непосредственно в Токио всё решили. Мы с Настей провели всего одну тренировку. Мы ведь никогда не играли микст. Я до Олимпиады нигде не играл его на профессиональном уровне. Тем более, я точно не парный игрок. И, насколько понимаю, Настя тоже. Поэтому и для меня, и для нее всё это было в новинку.

«Я и ответил про лузеров»

— Почему захотели играть микст, если раньше не имели опыта?

— Потому что это Олимпиада, которая случается раз в четыре года. И, конечно, хотелось играть во всех разрядах, чтобы было как можно больше шансов побороться за медаль.

— Есть желание вне Олимпиады поиграть микст?

— Это было ради Олимпиады. На следующих Играх тоже хотелось бы сыграть микст. А в сезоне — нет.

— За счет чего вы с Анастасией в таких условиях с листа взяли золото?

— Очень много факторов. Много, где сложилось. Мы не жалели себя, боролись за каждый мяч, не важно, против кого играли. Когда играли против опытных парников, у них было чуть больше давления, потому что они вроде как опытные, должны играть парные комбинации, тренировали микст. И должны у нас спокойно обыгрывать, поскольку мы с Настей не парные игроки, никогда вместе не выступали. Возможно, никто не ожидал от нас ничего, думал, что попасть на нас — выгодный вариант. К тому же, и я, и Настя играем очень агрессивно, у нас преимущество в скорости. Всё это сложилось в нашу пользу.

— Во время Олимпиады сложилось впечатление, что вы не очень серьезно воспринимаете микст, когда сказали, что вместе с Павлюченковой как лузеры какие-то играете, вылетев из одиночного разряда.

— Это было сказано после поражений в одиночке и мужской паре в первые дни ОИ. Когда мы с Настей выиграли первый круг в миксте, меня кто-то спросил, доволен ли я этим, компенсировал ли этой победой неудачу в одиночке. Я и ответил про лузеров. Это было только начало микста. Понятное дело, что, когда выходили в полуфинал и финал, меня уже трясло, поскольку хотелось выложиться, чтобы выиграть медаль.

«Я играю пару не по-парному»

— В миксте была какая-то тактика, или в связи с отсутствием времени на подготовку всё делали на инстинктах?

— Больше на инстинктах. Тактики особо никакой не было. От себя я старался играть очень агрессивно и при первой же возможности переводить игру на девочку-соперника. То же самое Настя делала. Потому что, как правило, девочки всё равно чуть-чуть слабее. И за счет этого мы пытались брать инициативу.

— Вы сказали, что не парный игрок. Но в октябре вместе с Асланом Карацевым вышли в финал «Мастерса» в Индиан-Уэллсе.

— Я не парный игрок. Я играю пару не по-парному. Я не делаю каких-то комбинаций, особо не выхожу к сетке. В этой игре всем парникам проиграю, поскольку не тренирую это. Стараюсь брать своими другими плюсами — агрессивными приемами, пробиванием ударом справа. Знаю, что скорость у меня намного выше, чем у парников, и им с ней тяжело справляться. Этим стараюсь компенсировать то, что не умею играть пару по-парному. И сейчас, тьфу-тьфу-тьфу, это стало получаться, и даже результаты пошли. Из-за этого даже стал намного уверенней себя чувствовать. И стал больше слету перехватывать. Но всё же я играю не так, как это принято в парном разряде.

— Прошедшей осенью вы поиграли в паре с Асланом и с Кареном Хачановым. С кем из них комфортней?

— С обоими нормально, если рассматривать этих двух партнеров. С Кареном мы вообще много лет играем, друг друга знаем и чувствуем. А Аслан, по мне, играет пару лучше всех нас вместе взятых. Поэтому с ним очень круто выступать.

— Поэтому на него делали ставку в паре на Кубке Дэвиса?

— Да, глупо было не использовать его качества. И не важно, кто с ним будет играть — Карен или я, но Аслан в любом случае должен быть в паре. Даже если сейчас у нас с ним не такая сыгранность, всё равно — лучше получить этот опыт, чтобы потом в паре было стабильно.

— Было известно, кто будет играть пару в финале или это планировали решить только уже при счете 1:1, если бы вы или Медведев проиграли одиночку?

— Я не знаю. Думаю, по-любому играл бы Аслан. А дальше уже тренеры спрашивали бы. Если бы я проиграл одиночку, то спрашивали бы, как я себя чувствую, злой, не злой. Может быть, я эмоционально был бы полностью подавлен. Или как Карен готов? Может, ему помешало бы то, что он на турнире вообще почти не играл. И выходить в таких условиях на решающую финальную встречу — огромная ответственность. Всё это обсуждалось бы, взвешивалось, и уже потом принималось бы решение.

«Большие шлемы» — это и есть теннис»

— Новый формат Кубка Дэвиса вам больше нравится?

— Есть много минусов и плюсов у старого и нового форматов. И где-то они немного компенсировались. Минусы старого формата в новом стали плюсами, и наоборот. На мой взгляд, Кубок Дэвиса должны проводить как минимум раз в два года, чтобы это было особенное событие, нежели при ежегодном проведении. С новым форматом у нас хотя бы чемпионство продлится год. А при старом я помню, как Швейцария выиграла Кубок Дэвиса в конце ноября – начале декабря. И уже в начале февраля проиграла первый отборочный раунд следующего сезона. То есть через два месяца. Мне кажется, для большей значимости можно было бы проводить турнир раз в два года. Чемпионат мира по футболу ведь проводят не каждый год.

— Но сейчас ФИФА предлагает проводить его раз в два года, а не в четыре.

— Всё равно два года — это не каждый год. При ежегодном розыгрыше теряется особенность.

— Почему у «Больших шлемов» и «Мастерсов» не теряется особенность?

— «Большие шлемы» — это и есть теннис. Ради них тренируются все игроки. На этом построен наш вид спорта. Все зрители хотят видеть эти турниры, за них идет постоянная борьба. Как в случае с футбольной Лигой чемпионов. А командные соревнования, турниры сборных, как мне кажется, чем чаще их проводить… У зрителей к ним всё-таки такой вкус, что ты ждешь эти моменты. А не так, что сыграли, и через три месяца начинаются новые отборочные матчи. Мне кажется, это немного не то. Не знаю, может, я не прав. Я поэтому и к Олимпиаде так отношусь, поскольку это значимое событие, которое проходит раз в четыре года, его ждешь. Это еще с детства, когда смотришь соревнования в видах спорта, за которыми следишь только во время Олимпийских игр. И все спортсмены тренируются ради того, чтобы туда хотя бы отобраться.

— Теннис всё-таки не тот случай. На вас смотрят по всей планете и вне Олимпиад.

— Да, Олимпиада — это что-то вне тенниса. Мы не получаем на ней ни денег, ни очков. Возможно, идут какие-то спонсорские контракты, но я этого не знаю, поскольку не выигрывал ни турниры «Больших шлемов», ни Олимпиаду в одиночке. В «Больших шлемах» тебе приходят призовые и очки. И с точки зрения тенниса это важнее Олимпиад. Но для зрителя и страны, скорее всего, Олимпиада важнее, поскольку исторически это самое главное событие. А для людей из других видов спорта, не футбола или тенниса, это вообще ключевое соревнование, где можно и проявить себя больше всего, и получить с этого контракты, дополнительные деньги, имидж.

— А от государства вам что-то поступило за золото Олимпиады?

— Конечно. И денежно, и машину подарили.

— Как распорядились машиной?

— Оставил отцу. Продал он ее или оставил себе, не знаю.

— Как отнеслись к жестким регламентам ближайшего Australian Open, когда участников обязали вакцинироваться и даже хотели на длительный карантин посадить?

— Там нужна только вакцинация. В начале был двухнедельный карантин, но потом они это правило убрали. А вакцинацию я уже прошел.

— Вы болели ковидом?

— Нет, слава Богу, не болел.

— Как относитесь к теме вакцинации?

— Мое отношение простое: вакцина 100% нужна. Она должна быть. И хорошо, что она есть. Если в борьбе с вирусом есть что-то, что может тебя защищать, то это должно быть. Просто должен быть выбор человека, хочет он вакцинироваться или нет. Я, наверное, больше выступаю за это. Если человек не хочет быть вакцинированным, а хочет сидеть дома и никуда не выходить, то почему нет? По крайней мере, такой человек менее опасен, чем тот, кто вакцинировался, но таскается по всем вечеринкам — у него больше риск заболеть и быть опасным для остальных.

— Сами вы часто ходите по общественным местам в пандемийную эпоху?

— В прошлом году так сложилось, что почти все турниры проходили в «пузыре». Даже не почти, а все. И в этом году полгода играли в «пузыре». По сути, никуда нельзя было выходить. Только с американской серии турниров, ближе к US Open, нам стали более-менее разрешать выходить за пределы «пузыря». И я выходил. Больше действовал в зависимости от регламента. Понятно, что всё равно стараешься лишний раз себя защитить. И не таскаться там, где много людей. Если приходишь в ресторан, то садишься отдельно на террасе.

— В Барселоне, где вы сейчас находитесь, нет ограничений?

— Да, здесь пока что полностью всё свободно. Но маски обязательно надо носить — на улице и в помещении. Снимать их можно только, когда ешь.

Читайте также
Реклама
Прямой эфир