Перейти к основному содержанию
Прямой эфир
Озвучить текст
Выделить главное
вкл
выкл

Центральный банк на протяжении длительного времени системно проводит политику по установлению ценовой стабильности, а также по повышению прозрачности и предсказуемости своих действий. Банально можно судить по объему и качеству материала, представленного в очередном документе «Основные направления единой государственной денежно-кредитной политики». За пять лет он вырос из 48-страничного документа до 156 страниц обзора и исследований всех аспектов финансовой системы.

Основа политики Центробанка — это обуздание инфляции и возврат ее к цели в 4%. И чем дольше рост цен будет в этом диапазоне, тем ниже будут инфляционные ожидания населения, которые считаются одной из причин инфляции. Однако насколько это возможно в российской экономике?

Банк России с 2014 года систематически заявляет о долгосрочном таргете в 4%, однако за последние 79 месяцев инфляция у цели либо ниже была только в 40% случаев. При этом инфляционные ожидания населения никогда даже близко не приближались к наблюдаемым Росстатом уровням. Одной из причин этого эффекта помимо вечного пессимизма населения служит неравенство по доходам. Коэффициент расслоения Джини в России — один из самых высоких в мире, поэтому для каждого из нас инфляция абсолютно разная.

Мировая экономика и российская в большей степени подвержены циклам и колебаниям, и прогнозирование развития — не простая линейная задача, как и достижение целей по инфляции. Коронавирус — классический пример непредсказуемости развития. Наша экономика во многом остается цикличной с упором на сырье, за последние семь лет удачным можно признать только развитие сельского хозяйства на фоне импортозамещения (снижения доли импортного продовольствия с 36% до 24%). Но это легко объясняется низкой капиталоемкостью сектора и природными условиями, гораздо сложнее ситуация в целом и с промышленными, и с потребительскими товарами в частности, где доля импорта снизилась лишь с 43% до 39%.

Почему это важно: высокая сырьевая составляющая доходов делает российский рубль крайне волатильной валютой, что сказывается на инфляции для потребителей. Насколько ЦБ может контролировать внешние факторы — вопрос риторический. То есть процесс стабилизации цен, как показывает опыт, начинает находиться в сфере ответственности правительства в рамках стратегии развития национального производства несырьевых товаров, а не монетарных властей. Ситуация 2021 года показала неэффективность бюджетного правила, когда при высоких ценах на сырье рубль потерял корреляцию, что усилило инфляционный эффект.

Важный аспект при прогнозировании — это исходные данные для анализа, и здесь, конечно, есть над чем подумать. Заметили, сколько экспертов появилось в России по Америке? Почему? Ответ простой: экономику США очень легко анализировать, используя их статистику — там очень детальные длинные и публичные временные ряды. В России же есть проблема с данными: статистика собирается фрагментировано с низкой детализацией, что не позволяет проводить глубокие исследования. Проблема как с качеством собираемой информации с предприятий, так и с ее предоставлением. Без качественной статистической основы прогнозирование не может быть на высоком уровне. Поэтому в прогнозе ДКП достаточно мало интересной статистики и исследований для анализа поведения населения и экономики.

В условиях повышенной волатильности рыночной ситуации для России имеет смысл предоставлять сценарный подход к развитию денежно-кредитной политики. Прогноз Центрального банка в целом выглядит взвешенным и совпадает с рыночным консенсусом, как по внешним факторам, так и по внутренним. Цены на сырье в базовом сценарии аналогичны фьючерсной кривой, инфляция в США — рыночному прогнозу в 2–2,5%.

Прогнозирование пессимистичного развития — стандартная практика, которая используется во всех сводках от Центрального банка, и не стоит считать, что наш ЦБ ждет мирового кризиса — это лишь один из вариантов. Сценарий «Глобальная инфляция» выглядит консервативным, особенно в части цен на сырье и уровня ставки Федрезерва, которая превышает инфляцию в моменте на 2%. Кризисы всех последних 30 лет начинались с поднятия ставки ФРС, что, по его же прогнозам, не ожидается ранее 2023 года, так что у нас есть еще комфортные три-четыре года инвестирования на рынке.

Сценарий пандемии тоже не сильно уже интересен рынкам: показательной будет текущая волна роста заболеваний в США, и ее прохождение фактически станет переломным моментом в восприятии пандемии в дальнейшем. Таким образом, самый вероятный сценарий — это базовый, который закладывает Центральный банк.

Автор — управляющий активами «БКС Мир инвестиций»

Позиция редакции может не совпадать с мнением автора

Читайте также
Прямой эфир