Перейти к основному содержанию
Прямой эфир
Главный слайд
Начало статьи
Сфера слияния: почему ЕС считает РФ и КНР своими соперниками в Афганистане
2021-08-19 15:36:33">
2021-08-19 15:36:33
Озвучить текст
Выделить главное
вкл
выкл

Заинтересованные стороны должны помогать Афганистану в урегулировании, а не делить его на сферы влияния — так вице-спикер Совета Федерации Константин Косачев прокомментировал «Известиям» заявление ЕС о том, что Брюссель «не должен позволить России и Китаю взять контроль над ситуацией» в республике. По мнению опрошенных «Известиями» экспертов, сейчас ситуация в Афганистане переходит из зоны ответственности западных стран в компетенцию евразийских государств. Что же до стратегии Евросоюза, то она, по оценке аналитиков, будет зависеть от того, какую линию в отношении «Талибана» (движение запрещено в РФ) выберет Вашингтон.

Новое поле

19 августа, выступая на внеплановом заседании комитетов Европарламента по иностранным делам и по вопросам развития, глава внешней политики ЕС Жозеп Боррель заявил: «Евросоюз не должен позволить России и Китаю взять контроль над ситуацией в Афганистане и стать спонсорами Кабула». До этого с такой же позицией выступили депутаты вышеназванных комитетов: по их оценке, Москва и Пекин «постараются быстро заполнить политический вакуум» в Афганистане.

При этом ранее, 17 августа, отвечая на вопросы журналистов после внеочередной встречи глав МИД ЕС, Жозеп Боррель выделил государства, с которыми Евросоюз должен в Афганистане сотрудничать: это должны быть не только США и страны Центральной Азии, но и РФ с КНР. «[Мы должны объединиться] также с ключевыми игроками — не в последнюю очередь с Турцией, Ираном, Пакистаном, Индией, Китаем и Россией. Наше взаимодействие с этими странами должно быть расширено», — отметил тогда дипломат.

Глава европейской дипломатии Жозеп Боррель

Глава европейской дипломатии Жозеп Боррель

Фото: Global Look Press/Thomas Koehler

В Москве новое заявление Жозепа Борреля восприняли с недоумением: как сказал «Известиям» вице-спикер Совета Федерации Константин Косачев, «оно исходит из абсолютно устаревшей логики деления мира на сферы влияния и отстаивания неких эксклюзивных прав Запада на то, чтобы контролировать ситуацию в стране, не имеющей к Западу никакого отношения».

— Усилия всех заинтересованных сторон сейчас должны быть нацелены на то, чтобы содействовать урегулированию в Афганистане, решению гуманитарных, экономических и политических проблем. Уверен, что здесь нет пределов для международного сотрудничества, если такие пределы не будут искусственно устанавливаться деятелями типа господина Борреля, — подчеркнул политик.

В отличие от западных стран у России и Китая с «Талибаном» сложились более-менее доверительные отношения. В то время как первые переводят свои диппредставительства в аэропорт и спешно эвакуируют сотрудников, вторые заявили о намерении оставить своих дипломатов в Кабуле (сейчас российское посольство находится под охраной талибов). Параллельно с этим из Москвы и Пекина в адрес новых потенциальных властей идут относительно благосклонные заявления: РФ считает талибов более договороспособными, чем предыдущее правительство, а КНР говорит, что они будут развивать страну в «правильном направлении».

По мнению аналитиков, непонятно, что сейчас западные страны могут противопоставить России и Китаю в Афганистане, чтобы хотя бы частично сохранить там свое влияние.

Морской пехотинец США сопровождает персонал Госдепартамента во время эвакуации в международном аэропорту Хамида Карзая, Кабул, Афганистан

Фото: REUTERS/U.S. Marine Corps/Sgt. Isaiah Campbell

Что бы ни говорил Жозеп Боррель, роль Запада в Афганистане будет сокращаться. Одно дело, когда у вас там присутствует армия, вы контролируете политические институты, другое — когда вы уходите, причем в крайне неорганизованном и плохо спланированном режиме, — сказал «Известиям» генеральный директор Российского совета по международным делам Андрей Кортунов. — Я думаю, в Европе многие были бы рады, если бы Россия и Китай или кто-то еще — Пакистан или, может, Иран — взяли Афганистан под свой контроль, обеспечили там стабильность, перекрыли возможные потоки беженцев.

По оценке эксперта, основную роль в делах региона сейчас будут играть евразийские государства — Китай как наиболее экономически сильная страна, Пакистан — у него прочные политические связи с талибами, а также Россия, Иран и страны Центральной Азии.

Стратегия — в Вашингтоне

Ссылаясь на то, что Россия и Китай будут наращивать свое влияние в Афганистане, члены Европарламента уже несколько раз заявили: Брюсселю нужна новая стратегия в отношении региона. «Известия» обратились в Евросовет и Еврокомиссию с вопросом, будет ли ЕС разрабатывать такую стратегию, и если да, то на какие пункты она будет опираться. Там сослались на заявления глав МИД Евросоюза и Жозепа Борреля, с которыми они выступили 17 августа.

«Сотрудничество с любым будущим правительством Афганистана будет вестись при условии мирного и всеобъемлющего урегулирования и уважения к правам афганцев, включая женщин, молодых людей и меньшинств, а также соблюдения Афганистаном международных обязательств по борьбе с коррупцией и недопущения террористов на свою территорию», — подчеркнули министры иностранных дел.

Тогда Жозеп Боррель заявил: «Мы должны разговаривать с новыми властями в Кабуле, кем бы они ни были, чтобы предотвратить миграционный и гуманитарный кризисы». Он подчеркнул: «Речь идет о диалоге, а не о признании власти «Талибана». Таким образом, конкретной стратегии у Евросоюза сейчас нет, всё сводится к решению первоочередных вопросов — эвакуации сотрудников и предотвращению миграционного кризиса.

Фото: REUTERS/Saeed Ali Achakzai

— Мы будем принимать наш местный персонал и особенно людей, которым грозит опасность, — журналистов и гражданских активистов, — пояснил «Известиям» член комитета ЕП по международным делам, немецкий политик Михаэль Галер. — Более того, если беженцы покинут страну, то их первыми пунктами назначения будут такие государства, как Пакистан, Иран, Таджикистан и Узбекистан. Поэтому нам следует взаимодействовать с этими странами, предложив им поддержку, чтобы они могли принять беженцев в непосредственной близости от Афганистана.

Как сообщили «Известиям» в пресс-службе председательства Словении в ЕС, в ближайшее время ситуацию в республике обсудят министры внутренних дел Евросоюза. А более широкая дискуссия состоится на неформальной встрече глав МИД 2–3 сентября.

По мнению экспертов, противоречивые заявления Брюсселя о сотрудничестве и соперничестве связаны не с тем, что он день ото дня меняет свою позицию, а с тем, что пока позиции просто нет, — она появится тогда, когда со своим подходом определятся США.

— Есть несколько вариантов: с одной стороны, можно стряхнуть афганский пепел со своих мундиров, вздохнуть с облегчением и вести дела исходя из того, что теперь Афганистан — это проблема стран, у которых с талибами хорошие отношения, — сказал «Известиям» директор Центра евроазиатских исследований МГИМО, эксперт клуба «Валдай» Иван Сафранчук. — Второй вариант — полностью не отдавать Афганистан в зону ответственности этих стран и иметь дело с новым режимом. Третий подход подразумевает скоординированные международные усилия в отношении Афганистана — программы помощи и содействия. Определиться, по какому из путей идти, не могут в первую очередь американцы. Когда США выберут подход, европейцы тоже займут более определенную позицию.

На это могут уйти месяцы, считает эксперт. Для принятия такого решения надо понять, что будет происходить в самом Афганистане: станут ли талибы искать формулу по передаче власти или они создадут новое государство? Пока же не будут урегулированы внутренние вопросы — организация власти, связь с предыдущим руководством, статус самих талибов — не будет и определенной позиции Соединенных Штатов, подытожил Иван Сафранчук.

Тем временем Вашингтон начал выступать с осторожными оценками ситуации. «Я думаю, что они (талибы. — «Известия») переживают своего рода экзистенциальный кризис из-за [сомнений в том], хотят ли они выглядеть полноправным правительством в глазах международного сообщества», — заявил 19 августа в интервью телеканалу ABC президент США Джо Байден. На вопрос же, изменился ли, по его мнению, «Талибан», глава Белого дома ответил отрицательно.

Читайте также