Российский рубль последнюю неделю продолжает укрепляться и, похоже, что май-2021 выбьется из привычной статистической закономерности ослабления российской валюты под занавес весны. Хороший фон для рублевого укрепления задают подрастающие цены на нефть, общее глобальное ралли в развивающихся валютах, а также снижение геополитического дисконта в российских активах.
Сразу стоит отметить, что укрепление рубля в последние недели не выглядит чем-то исключительным. С начала мая с венгерский форинт, бразильский реал и южноафриканский ранд укрепились в среднем на 3–4% против доллара США, тогда как рубль показал рост меньше 2%. С начала же 2021 года лидерами роста среди развивающихся стран являются валюты ЮАР и Чили, выросшие на 9% и 6% соответственно. Это классические валюты сырьевых стран. В этой связи слабость рубля относительно расчетного курса, который мы видим на уровне 70, может вызывать некоторое удивление. Ведь Россия является основным бенефициаром сырьевого мини-цикла, который начался на фоне восстановления мировой экономики после прошлого года.
По опыту кризиса 2008–2009 годов и последующего роста мы можем рассчитывать примерно на один-два года повышенных цен на сырье, после этого они стабилизируются на уровне кривых предельных издержек, конечно, если не произойдут структурные сдвиги в мировой экономике и не начнется эпоха инфляции, вызванной десятилетним монетарным стимулированием в развитых странах. Текущая дивидендная доходность большинства российских сырьевых компаний является как раз следствием слабого рубля против высоких цен на сырье. Достаточно взглянуть на рублевую цену нефти в 5 тыс. рублей за баррель — максимальные уровни. Нефтяной сектор торгуется с дивидендной доходностью в 12–14%, металлургические компании — с доходностью в 17–19%.
Проблема большинства макромоделей по прогнозированию рубля заключается в том, что они основываются на регрессии (трендах) и редко основываются на учете новых факторов. Основное давление на рубль исходит из геополитических (санкционных) рисков, которые рынку свойственно преувеличивать.
В 2018 году, когда вводились санкции против Русала, нефть торговалась недалеко от нынешних уровней — вблизи $65 за баррель, а курс рубля к доллару стабильно держался на отметке 65–68. По моим оценкам, с учетом накопленной инфляции курс должен быть на 5% ниже.
Обсуждаемые отключение от SWIFT или санкции на полную покупку российского госдолга в случае их реализации приведут к временному росту риска при оценке активов, но не изменят среднесрочные доходы компаний и государства. Лишь по-настоящему опасные санкции — запрет на расчеты в долларах и ограничение экспорта из страны (санкции по примеру Ирана) — могли бы существенно и навсегда сдвинуть курс рубля. Однако рассуждать о такого рода драконовских мерах сегодня можно, пожалуй, только в гипотетическом ключе.
Дело здесь не только и не столько в том, что отечественные сырьевые гиганты за пару десятилетий стали играть столь весомую роль на глобальном энергетическом рынке и ограничить экспорт российских энергоносителей по иранскому сценарию — практически невыполнимая задача, но и в том, что по целому ряду направлений сами США имеют серьезный экономический интерес в поддержании определенного уровня торгово-экономических связей с Россией. Это, скажем, касается поставок в США некоторых видов природных ресурсов, например, титана или тяжелых сортов нефти. К слову, по данным управления энергетической информации Минэнерго США (EIA), в 2020 году объемы закупок российской нефти и нефтепродуктов составили 0,54 млн баррелей в сутки, а это около 7% в структуре среднесуточного нефтяного импорта Штатов.
Сегодня мы видим, как на фоне ожидающейся в следующем месяце встречи президентов России и США стороны систематически посылают друг другу примирительные сигналы, признаки разрядки видны в ситуации с американскими дипломатами в Москве или вокруг Северного потока – 2. С учетом наблюдающихся геополитических подвижек, а также перспектив дальнейшего восстановления сырьевых цен по мере выхода мировой экономики на докризисные темпы российский рубль способен показывать опережающую динамику в ближайшей перспективе. Дополнительно в пользу национальной валюты должен играть инициированный Центробанком цикл повышения ключевой ставки.
Таким образом, по моим оценкам, в перспективе до конца 2021 года пара доллар–рубль может установиться на уровне 72–73.
Автор — управляющий активами «БКС Мир инвестиций»
Позиция редакции может не совпадать с мнением автора
