Объявленные 15 апреля санкции США против российского госдолга не окажут существенного влияния на способность правительства Российской Федерации привлекать займы. Запрет на участие в первичном размещении рублевых облигаций, на прямое кредитование Минфина или Банка России лишь незначительно усложнит процедуру покупки обязательств РФ американскими банками, поскольку ограничения не касаются возможности приобретения ОФЗ на вторичном рынке. По сути, возможность у инвесторов из США вкладывать в ОФЗ сохранится — они смогут продолжить покупать их у российских банков.
Есть некоторая вероятность, что введенные меры могут повысить комиссионные расходы банков США при приобретении госбумаг. Но увеличение не будет значительным и вряд ли станет ключевым фактором при принятии решения об инвестировании. Подобные санкционные риски давно учтены всеми зарубежными финансовыми институтами, принявшими принципиальное решение продолжать работать на российском рынке.
Минфин, в свою очередь, уже предпринял необходимые шаги, для того чтобы обеспечить возможность американским инвесторам продолжать инвестировать в ОФЗ, невзирая на санкции. В частности, после 14 июня (дата начала действия пакета санкций администрации США) будут размещаться только новые выпуски госбумаг. Это требуется, чтобы исключить даже гипотетическую вероятность покупки ранее зарегистрированных выпусков, что можно будет расценить как участие в первичном размещении.
С точки зрения финансовой стабильности российской бюджетной системы, краткосрочный эффект от санкций также будет минимальный. С одной стороны, правительство уже заявило о замещении части плановых заимствований в размере 875 млрд рублей свободными остатками средств на счетах Федерального казначейства. С другой, доля американских инвесторов в российский госдолг невелика (порядка 7%). Также необходимо напомнить, что уровень долговой нагрузки на бюджет РФ находится на довольно низок, при этом правительство располагает достаточными резервами, с помощью которых возможно покрывать дефицит, не прибегая к долговому финансированию.
Таким образом, новый пакет санкций скорее является политическим сигналом, нежели экономическим инструментом давления. Гораздо более чувствительными для российской экономики остаются ограничения в сфере продажи технологий и любого сотрудничества, способного привести к передаче таких ноу-хау.
В то же время не стоит недооценивать кумулятивный эффект подобного рода санкций, ведущих к тому, что российский госдолг теряет привлекательность для внешних инвесторов. Безусловно, оценка риска неизбежно выросла бы в случае введения ограничений в отношении вторичного рынка суверенных обязательств. Несмотря на то что и на этом рынке основными держателями являются отечественные банки, а в качестве своеобразного маркет-мейкера выступает ЦБ с механизмом РЕПО, жесткий запрет для иностранных фининститутов на инвестирование в отечественный госдолг в любой валюте и на любом рынке существенно повысил бы ставку привлечения за счет радикального сужения базы потенциальных инвесторов.
Угрозы введенного пакета санкций по отношению к российскому госдолгу были бы более значимыми, если бы правительство России имело более обширные планы наращивания расходов, в первую очередь инфраструктурного характера, финансирование которых требовало бы существенного увеличения объема привлекаемых заимствований. Но, как показала практика пандемийного года, российское правительство крайне осторожно подходит к вопросам увеличения нагрузки и предпочитает опираться на имеющиеся резервы, не рассматривая рыночные заимствования в качестве первоочередной опции финансирования дефицита бюджета.
Автор — управляющий директор рейтингового агентства НКР
Позиция редакции может не совпадать с мнением автора
