Перейти к основному содержанию
Прямой эфир
Главный слайд
Начало статьи
«Хочу молодежь послушать, чтобы рэп написать»
2021-03-09 15:45:49">
2021-03-09 15:45:49
Озвучить текст
Выделить главное
вкл
выкл

Александр Зацепин признается, что работа для него, как кислород. Если ее нет, он задыхается. Композитор вдохновляется заснеженными Альпами и Женевским озером, пишет музыку для детских спектаклей, сравнивает рэп с женщиной и собирается дать концерт в Кремле. Накануне своего 95-летия народный артист встретился с «Известиями».

— Фамилия Зацепин — говорящая. Ваша музыка цепляет. Скажите, а вас что может зацепить?

В жизни меня может зацепить какая-то идея. О! Вот это сделать надо, вот это интересно! Для меня работа, как кислород. Если ее нет, я задыхаюсь, не знаю, что мне делать. Печально, грустно.

А еще меня может увлечь новая программа. Я же работаю за компьютером. Вот появилась такая — «Венский симфонический оркестр». Новая версия стоит €900. Но если купить сейчас старую, за 400, то обновления через два месяца обещают бесплатно. Вот дилемма была, покупать или нет. Программа нужная. Музыканты оркестра записали живые звуки, и я могу за них сыграть все партии и сделать фонограмму. Конечно, реальное соло на скрипке будет не таким, как я на клавишах сыграю. Это совсем другая манера, звуковоспроизведение, хотя тембр будет тот же. Всё-таки приобрел «Венский симфонический».

Композитор Александр Зацепин. 1970 год

Композитор Александр Зацепин. 1970 год

Фото: РИА Новости/Рудольф Алфимов

А если не музыка и не работа, что или кто вас может зацепить?

— Женщины. Но сейчас уже возраст не тот. Ну что делать? Женщиной можно как-то увлечься, даже необязательно это может чем-то закончиться, но какое-то время, если она мне нравится, я могу ее вспоминать, видеть, мне будет очень приятно.

А потом могу вдруг что-то такое в этом человеке увидеть... И мне уже он безразличен. Бывает так. С первой женой мы прожили 30 лет. Всё нормально было. Потом была вторая. Умерли и первая, и вторая.

— Есть ли у вас секрет, как хорошо выглядеть в 95?

— Секрета нет, просто не переедать. Я встаю в 6 утра. 40 минут делаю зарядку. На завтрак ем два кусочка хлеба с сыром, йогурт маленький и кофе. Иногда кашу пшенную чуть-чуть. На обед — полкотлетки и грамм 20 сливочного масла. И стараюсь, как французы, обедать с 12.00 до 14.00. И ужинать до 18.00.

— Как будете отмечать юбилей?

— Соберу близких в ресторане. У меня в Москве племянница, она придет с мужем, да еще пара человек. И всё.

Композитор Александр Зацепин показывает новую песню певице Алле Пугачевой. 1976 год

Композитор Александр Зацепин показывает новую песню певице Алле Пугачевой. 1976 год

Фото: РИА Новости/Рудольф Алфимов

— Скромно. Под такую дату можно и Кремль собрать.

— Кремль будет 20 июня. Приглашаю.

— Вы всю пандемию пересидели в Москве. Режим соблюдали, но коронавирусом всё же переболели?

— Да, может, когда в магазин спускался или в аптеку, его подцепил. Поднялась температура до 39. И я пошел в больницу, думая, что это что-то серьезное. Доктор знакомый тут же устроил меня в клинику Чазова. Там целый корпус отдали под коронавирус. 12 дней я пролежал в отдельной палате, в принципе, мог и дома быть. Поражение легких было 10%. Меня подлечили, показали, как делать дыхательную гимнастику, и с тех пор я ее постоянно делаю. А несколько дней назад врачи обнадежили: в лёгких всё чисто. Антитела остались.

— Прививку планируете сделать?

— Пока есть своя защита, буду беречься. Решил дождаться третьей вакцины.

Композитор Александр Зацепин с женой Светланой. 2002 год

Композитор Александр Зацепин с женой Светланой. 2002 год

Фото: ТАСС/Сергей Микляев

— Вы видели тяжелый труд врачей. Вам не хотелось посвятить им песню?

— У меня отец доктор был, хирург. Я знаю с детства, как он боролся за каждого больного. Я еще маленький был, 12–13 лет, все разговоры слышал. Была у него женщина с онкологией, никто не брался за операцию. Он рискнул, а вдруг выживет. Но она умерла. Папа очень переживал. А вместе с ним и мама.

А музыку докторам я не писал. Зато однажды прочитал в журнале интервью одного хирурга из Петербурга. Он признался, что когда делает операцию на сердце, включает мою музыку из «Красной палатки». Она дает ему силы.

— Вы признавались, что мелодия из этого фильма Михаила Калатозова — самое любимое ваше сочинение. Может, ее создание связано с личными переживаниями?

— Может быть. Когда я прочитал сценарий «Красной палатки», он не показался мне очень интересным. Я лежал на диване и думал об этой ледяной пустыне, о холоде, представлял, как в нечеловеческих условиях погибает человек. И тут у меня в один момент родилась тема. Пошел к роялю, сыграл ее, записал. Принес музыку режиссеру Михаилу Константиновичу Калатозову, и она ему очень понравилась.

Правда, что Никита Михалков чуть не погиб на съемках «Красной палатки»?

— Да, едва успел убежать от белого медведя. Животное по льду быстрее бегает. Но Никита прыгнул и ухватился за натянутый трос. А на корабле услышали, крики и выбежали на подмогу. С палубы медведя пристрелили и заплатили потом большой штраф. Но что делать, надо было спасти человека. А вдруг Михалков с этого бы троса упал или его медведь достал лапой? Калатозов, кстати, приглашал меня поехать на ледоколе на съемки. И я очень хотел, но у меня были обязательства и две картины в работе.

Композитор Александр Зацепин во время празднования своего 90-летия. 2016 год

Композитор Александр Зацепин во время празднования своего 90-летия. 2016 год

Фото: Global Look Press/Komsomolskaya Pravda

— Вы сейчас увлечены мюзиклами. Почему с песен переключились на произведения крупной формы?

— Это сейчас так. А раньше было наоборот. Когда я учился в консерватории в Алма-Ате, писал музыку для театра. «Слуга двух господ», разные спектакли. Окончил консерваторию вообще с серьезной музыкой. Написал балет «Старик Хоттабыч», который потом 12 лет шел в театре.

Но уже на втором курсе параллельно я работал на киностудии. Был музыкальным оформителем, подбирал музыку. Как-то мне дали написать песню для киножурнала. А после консерватории предложили уже фильм, и я сделал его музыкальным. Там была песня «Надо мной небо синее, облака лебединые». Она быстро стала популярна. Благодаря ей меня заметил Гайдай и пригласил работать. И так закрутилось у меня -— фильм за фильмом, по несколько за год.

А сейчас я песни не пишу. Зато есть четыре мюзикла. Они идут в театрах Петербурга и Новосибирска. На подходе «Иван-Царевич и Серый волк» в театре у Нонны Гришаевой (Московский областной ТЮЗ. — «Известия»). Мне понравился одноименный мультфильм. Я пошел к продюсеру Сергею Сельянову, взял у него разрешение на мюзикл.

— Недавно в театре Гришаевой был пожар. Когда же теперь премьера?

— Должна была быть в октябре 2020-го. Из-за пандемии ее перенесли на апрель 2021-го, но тут театр сгорел — пострадал зрительный зал, кресла, костюмы. Нонна не опустила руки, добилась того, что деньги дадут. За лето театр отремонтируют. И будем надеяться, что извержений вулкана не будет и с третьей попытки премьера мюзикла всё же состоится — в декабре.

— Продюсеры, артисты стоят к вам в очередь за музыкой?

— Нет. Песен я не пишу давно. А мюзиклы… Был фильм «31 июня» (режиссер Леонид Квинихидзе, — «Известия»), мне хотелось, чтобы эту историю не только по телевизору смотрели. Начал работу над мюзиклом. Конечно, пришлось переделывать сценарий: что возможно в кино, нельзя в театре. Потом появился мюзикл по мультфильму «Тайна третьей планеты». Но на этом я не остановился. С поэтом и драматургом Сергеем Плотовым решили создать мюзикл по Шварцу — «Тень». Хороший получился. Но никто не берет, никому не нужно. Так и лежит.

Меня пригласила Екатерина Михайловна Образцова для Театра кукол имени Образцова сделать спектакль «Барон Мюнхгаузен». Я написал музыку. Он идет с большим успехом. Сейчас работаю для другого театра кукол над «Волшебником Изумрудного города».

Композитор Александр Зацепин на премьере анимационного фильма «Гофманиада». 2018 год

Композитор Александр Зацепин на премьере анимационного фильма «Гофманиада». 2018 год

Фото: ТАСС/Антон Новодережкин

— А не было у вас порыва написать оперу, например, для Анны Нетребко?

Если оперу писать, и она будет лежать в столе, это неинтересно. Надо конкретно договариваться с театром. Идея должна быть реализована. Сейчас я рассчитываю на то, что, возможно, с моей музыкой будет большой сериал про нашу агентуру за рубежом во время войны. Там будет и о Гитлере. Деньги на него есть, но заказа нет. Продюсер договаривается с телевидением.

Музыка в театре или в кино — прикладная. Она зависит не от того, как я хочу сделать. Надо, чтобы она соответствовало изобразительному ряду, задумке режиссера, была в контексте с изображением.

— А в конфликте она может быть?

— Всё может быть. Пишешь и думаешь, что это будет главная тема, а, оказывается, не так. Был фильм «12 стульев» Гайдая. Я написал песню: «И не надо зря портить нервы, вроде зебры жизнь, вроде зебры. Сегодня черный цвет, завтра белый цвет. Вот и весь секрет». Ее вырезали, посчитали антисоветской. Подо всё можно подкопаться.

Но никакой политики там не было. Леонид Дербенев писал стихи, и не думал: «А вот сейчас я советской власти покажу». Он работал на героя — Остапа Бендера. У него же так и было: черный цвет, а потом он найдет миллиарды, и вот белая полоса начнется. Песню убрали, а лейтмотив оставили. Мелодия идет через весь фильм.

— Вы следите за тем, как развивается музыка?

— Слежу, мне интересно. Но изучить то, что за последнее время нового появилось, пока времени нет. Работал над мюзиклом, записывал семь дисков с музыкой из разных фильмов. Сейчас еще над книгой работаю. Чтобы переключиться, надо закончить дела. Вот освобожусь, и хочу послушать молодых, поучиться —- может быть, и я смогу в такой манере что-то сделать.

Когда-то мне маленькая дочка, придя из школы, сказала: «Папа, у нас мальчики говорят, что ты пишешь музыку для своего поколения». И я задумался. Представил себе, что мы все композиторы одного поколения плывем по течению реки, а от нее уходит протока узкая. И вся молодежь туда плывет. Я подумал, чем раньше я буду против течения карабкаться, чтобы в это русло попасть, тем легче мне будет потом. Пусть я не буду в авангарде, но я буду вместе с теми, кто идет вперед. И я карабкался.

Композитор Александр Зацепин во время сбора труппы в Государственном академическом Центральном театре кукол им. С.В. Образцова. 2019 год

Композитор Александр Зацепин во время сбора труппы в Государственном академическом Центральном театре кукол им. С.В. Образцова. 2019 год

Фото: ТАСС/Вячеслав Прокофьев

— Вы стратег, однако. Может вам и рэп нравится?

Я знаю что такое рэп. Когда я его первый раз услышал лет 20 назад, подумал: «Ему не хватает только припева». Через десять лет стали сочинять так, как мне виделось. А потом опять начали только тараторить.

Вот почему я хочу молодежь послушать, чтобы тоже рэп написать. Ведь в рэпе вы мелодию не запомните. В этом и беда его. А если туда добавку сделать в виде запоминающегося припева, будет лучше. Рэп — как женщина. Оделась хорошо, но выглядит скучно. А брошку или бантик цветной приколола, и наряд заиграл!

— Вы живете за рубежом, в Москве бываете наездами. Как на чужбине музыка пишется?

— Мне там даже лучше пишется. У меня комната 40 м, большая. Из окна вид на сад. А если на второй этаж подняться, то я вижу заснеженные Альпы и даже фонтан в центре Женевского озера. На этот вид посмотришь, и сразу настроение хорошее.

Я живу на границе Франции и Швейцарии. До центра Женевы 10 км. Это как мне в Москве до метро «Сокол» доехать. Дочь работает в Женеве во Всемирной организации здравоохранения.

— Так у вас связи в медицине на самом высоком уровне?

— Нет, она там завотделом переводов.

Композитор Александр Зацепин

Композитор Александр Зацепин

Фото: Global Look Press/Natalia Shakhanova

— Ваши отношения Аллой Пугачевой были непростыми. Вы много с ней работали поначалу. Потом ваши пути разошлись. За что сейчас вы цените Аллу Борисовну?

— За ее талант. Алла — единственная, с кем я работал, а не просто записывал песни. Больше 20 песен мы сделали в моей студии. У меня до сих пор сохранился очень дорогой мне микрофон, в который она пела.

— В нашей стране так и не появилось певицы, которую бы назвали «№ 1», как Пугачеву, Почему?

— Такое бывает. «№1» была Клавдия Шульженко, потом появилась Алла Пугачева и больше никого. Ну, София Ротару еще, конечно, певица.

— Но ее не называют Примадонной.

— Пугачева всегда очень серьезно относилась к работе. Знала текст, мелодию правильно интонировала. Подходила к стихам очень точно. Раскрывала замысел поэта. Другие позволяли себе приходить в студию неготовыми. Я говорил: «Но вы же совершенно не ту ноту поете. Я вам клавир дал, а вы не могли поучить дома и сейчас время отнимаете?» У Пугачевой же всё было профессионально.

Когда мы писали «Волшебник-недоучка» Алла спела нормальным голосом. А прослушав в аппаратной запись, сказала: «Нет. Александр Сергеевич, я пойду на рояле поиграю минут десять, потом перепишем». И во второй раз спела ее мальчишеским голосом. Песня зазвучала совсем по-другому. Ей хотелось сделать ее интереснее и ярче. Это не всякая певица сможет.

— В последнее время у вас не было желания написать для нее песню?

— Мы как-то с ней говорили об этом. Правда, лет десять назад. Как летит время… Так вот, Алла сказала, что у нее уже не тот диапазон. Нужна песня, чтобы не было очень низко и очень высоко. А так писать очень сложно. Видимо, она не хочет спеть хуже, чем раньше. Чтобы не сказали: «А-а! Вот Пугачева уже не может петь». Алла всё правильно делает.

Справка «Известий»

Александр Зацепин родился 10 марта 1926 года в Новосибирске. В 1956-м окончил композиторский и фортепианный факультеты Алма-Атинской консерватории. Автор около 300 песен, музыки к более чем 100 фильмов. Среди них — «31 июня», «Где находится нофелет?», «Женщина, которая поёт», «Душа», «Красная палатка», «Красная капелла» и др.

Читайте также