Перейти к основному содержанию
Прямой эфир
Главный слайд
Начало статьи
Мы в домике: карантинные песни Тейлор Свифт и бодрость духа Крисси Хайнд
2020-07-29 19:40:42">
2020-07-29 19:40:42
Озвучить текст
Выделить главное
вкл
выкл

К середине лета 2020 года (который вполне может претендовать на звание «незабываемого») от коронавируса и связанных с ним проблем, похоже, устали и слушатели, и музыканты. Отложенные с весны альбомы Пола Уэллера и The Pretenders наконец увидели свет, несмотря на невозможность поддержать их полноценным турне, а мегазвезда Тейлор Свифт и вовсе выпустила никак не анонсировавшуюся подборку новых композиций, записанных на самоизоляции. «Известия» напоминают о самых интересных альбомах июля — для тех, кто почему-то забыл их послушать.

Taylor Swift

folklore

Строчная первая буква в названии восьмого студийного альбома самой коммерчески успешной певицы мира, обладательницы почти миллиардного состояния — не опечатка. Как и простым смертным, 30-летней суперзвезде пришлось уйти на самоизоляцию, во время которой и была сделана запись, выпущенная 24 июля не то что без рекламной кампании — без всякого предупреждения.

Как объяснила сама Тейлор, «когда ты создаешь что-то, что ты правда любишь, то просто торопишься выпустить это в мир». Пожалуй, главная блондинка Америки 2010-х не лукавит — на смену грандиозному поп-звуку и простодушному кантри-року предыдущих работ внезапно пришел тихий, интеллигентский инди-фолк/сэдкор в духе Регины Спектор или Cat Power.

Одну из лучших песен альбома, Exile, Тейлор и вовсе исполняет вместе с легендами инди-фолка, группой Bon Iver. Мягкий, интимный звук, с акцентом на приглушенное фортепиано и общим уютным настроем создает обманчивое впечатление едва ли не домашней записи — на самом деле над альбомом работали два десятка музыкантов в разных городах мира (общение шло, естественно, через интернет).

Тем удивительнее, что привыкшая к некоторому апломбу в своем творчестве обладательница четырех «Грэмми» сумела удержать себя от излишней громогласности — «я в домике, у меня лапки», вполголоса поясняет каждая из 16 песен «фольклора» просто своим названием, написанным, естественно, также со строчной.

Margo Price

That’s How Rumors Get Started

В отличие от Тейлор Свифт, уверенно шедшей к всемирной славе чуть ли не со школьной скамьи, этой уроженке штата Иллинойс довелось повидать за свои 37 лет всякого. Полунищее детство (родители-фермеры разорились в 1980-х), юность с бутылкой, смерть ребенка, жизнь на улице, даже срок в тюрьме, пусть и небольшой. Каким-то чудом подрабатывавшая покраской заборов в Нэшвилле певица и автор песен сумела попасться на глаза Джеку Уайту (экс-White Stripes), известному собирателю талантов — первая же пластинка Марго, вышедшая четыре года назад, попала в топ-10 кантри-чартов, что в США и сегодня означает для музыканта успех на национальном уровне.

«Так пошли слухи», третий альбом певицы, вновь балансирует между «разбойным кантри» 1970-х и вошедшим тогда же в моду кантри-роком; местами эти исповедальные, но полные настоящего нэшвилльского оптимизма песни звучат так, как могла бы петь Лоретта Линн в сопровождении Led Zeppelin (в их фолковой итерации).

Каждая композиция, пожалуй, имеет потенциал стать хитом не только в кантри-номинации (взять, к примеру, почти нью-уэйвовую Heartless Mind с раскатистым гитарным соло и настойчивым органным риффом). Впрочем, именно кантри у Марго, что называется, в крови — ее двоюродный дед Бобби Фишер писал когда-то песни для таких легенд жанра, как Риба Макинтайр и Конвэй Твитти.

Paul Weller

On Sunset

В наших краях имя Пола Уэллера известно по большей части эстетам и знатокам британской поп-музыки, меж тем у себя на родине 62-летний музыкант давно уже является фигурой, равной по национальному культурному значению разве что Дэвиду Боуи или «Битлам». Лидер легендарных The Jam и The Style Council, «крестный отец модов» и соул-экспериментатор, Уэллер не перестает удивлять публику способностью меняться, сохраняя собственное уникальное лицо.

Его 15-й сольный альбом тоже никак не назвать работой усталого творца — начиная с почти восьмиминутного открывающего трека Mirror Ball, в котором почти диско-мелодика и монотонный ритм сопровождаются странными электронными шумами и искаженным вокалом, через элегантный «голубоглазый соул» к финальной Rockets, своего рода трибьюту Дэвиду Боуи, покойному кумиру и другу музыканта, эти 10 песен звучат как абсолютный и для большинства недостижимый идеал композиторского, исполнительского и продюсерского мастерства. Почти каждую пластинку Уэллера после выхода почти единогласно объявляли лучшей в его дискографии — эта, похоже, не станет исключением.

The Pretenders

Hate For Sale

Крисси Хайнд, бессменный лидер «Притворщиков», в свои без малого 70 не теряет ни надлежащей королеве рока стати, ни способности писать короткие, хлесткие, бьющие наповал песни. И сохранять при этом старомодный, «виниловый», так сказать, хронометраж — «Ненависть на продажу» (как переводится название одиннадцатого альбома группы) уместилась в 30 с половиной минут.

Первый же заглавный трек задает тон и темп — бьющая через край панк-энергия и виртуозная в своей лаконичности гитарная работа Джеймса Уолбурна, для которого диск стал студийным дебютом в рядах The Pretenders (за 42 года существования группы неизменной оставалась лишь сама Крисси, аккомпанирующий состав менялся столько раз, что этому посвящена даже отдельная статья в Википедии).

Впрочем, одним панком, на волне которого некогда и пришла к славе группа, музыкальная составляющая, разумеется, не исчерпывается — одна из лучших песен альбома, Lightning Man, сделана как довольно ироничный реггей, а лирическая баллада You Can’t Hurt a Fool напоминает, пожалуй, и классические треки 10СС, и соул-боевики 1960-х.

Впрочем, седая фурия с гитарой наперевес по-прежнему узнаваема с первой же ноты, взятой ее глубоким природным, не знавшим школы контральто — как говорила сама Крисси, «петь по-рок-н-ролльному учат годы разочарований, страха, одиночества, гнева, невежества, нарциссизма, просто настойчивости, наконец — но никак не преподаватели вокала».

The Residents

Metal, Meat & Bone

И напоследок, как всегда, что-то совсем другое. Американская группа The Residents, вот уже полвека хранящая полную анонимность (на концертах квартет выступает в шлемах в виде огромных глазных яблок или масках — на сей раз доберманов), привыкла шокировать почтеннейшую публику своими концептуальными творениями и мистификациями.

На новом, трудно сказать каком по счету альбоме, «резиденты» представляют свои интерпретации песен никогда, скорее всего, не существовавшего черного блюзмена Элвина «Умирающего пса» Сноу — и его никогда не издававшиеся демо-записи в качестве бонусного материала. Первая половина звучит словно слегка спятивший Том Уэйтс в сопровождении молодых Nine Inch Nails образца 1989 года, вторая — словно окончательно спятивший Том Уэйтс в сопровождении The Residents примерно того же времени.

В общем, учитывая, что это первый студийный альбом арт-террористов из Луизины после кончины Харди Фокса, одного из их отцов-основателей (и единственного, чья личность была точно установлена — посмертно), мастера художественного камуфляжа держат марку, как и в былые годы.