Перейти к основному содержанию
Реклама
Прямой эфир
Общество
Синоптики спрогнозировали до 26 градусов тепла в Московском регионе 11 августа
Экономика
Больше половины компаний лишат доступа к опасным объектам
Мир
Дипломаты в Исландии потребовали официального извинения за оскорбление флага России
Экономика
Минпромторг анонсировал старт маркировки пива в апреле 2023 года
Спорт
Испанский «Реал» всухую обыграл германский «Айнтрахт» и взял Суперкубок УЕФА
Мир
Глава Северной Кореи объявил о полной победе над COVID-19 в стране
Общество
Владимир Мау вернулся к исполнению обязанностей ректора РАНХиГС
Мир
Берн и Киев обсудили представление Швейцарией интересов Украины в РФ
Мир
В МИД России призвали к сдержанности стороны палестино-израильского конфликта
Общество
Пожар в «Леруа Мерлен» на юге Москвы ликвидирован
Мир
Evraz продаст свой Североамериканский дивизион
Общество
В центре Москвы спасли краснокнижного черного коршуна
Главный слайд
Начало статьи
Озвучить текст
Выделить главное
вкл
выкл

На этой неделе южнокорейская столица простилась со своим многолетним градоначальником Пак Вон Суном. Большинству он запомнился борьбой за гендерное равенство, помощью малоимущим и искренним радением за благополучие вверенного ему Сеула. Однако для немалой части столичного населения один проступок мэра перечеркнул все его многочисленные заслуги. На фоне всё еще не стихнувшей в Корее волны #MeToo секретарь мэра обвинила его в сексуальных домогательствах, из-за чего, предположительно, Пак свел счеты с жизнью. Впрочем, в истории смерти южнокорейского политического тяжеловеса, которого прочили в будущие президенты страны, осталось много белых пятен. Подробности — в материале «Известий».

Шерше ля фам

В далеком 1986 году южнокорейская студентка Квон Ин Сук обвинила полицейских в городе Пучхон в сексуальном насилии. Это дело стало первым в истории страны случаем, когда жертва решилась предъявить такого рода обвинения представителям власти. И потому оно получило большой резонанс, а добившаяся осуждения насильника команда юристов, в числе которой был и молодой адвокат Пак Вон Сун, — широкую известность и почет.

С тех самых пор дальнейшая карьера правозащитника, позднее утвердившегося в образе борца за гендерное равенство, складывалась весьма удачно. Но куда более блестящим стало его политическое восхождение. В 2011 году Пак был избран мэром Сеула и еще дважды переизбирался на этот пост, став первым столичным градоначальником, которому жители оказали поддержку сразу на три срока подряд. Для многих Пак Вон Сун был символом реформ и прогресса: он, например, активно поддерживал внедрение криптовалюты и даже обещал заняться разработкой институциональной и правовой основы для создания цифровой валюты Сеула.

Посмертная преграда: как кончина мэра Сеула расколола южнокорейцев
Фото: Global Look Press/XinHua

Мэр был фанатом урбанизма, при нем появились новые парки, велосипедные дорожки, высадили много деревьев, стали бороться за чистоту воздуха. В общем, сделано было действительно много, — поделился своими впечатлениями от градоначальника житель Сеула Ким Сон Ук. — Еще до того, как стать мэром, он открыл сеть магазинов для малоимущих и благотворительный фонд. А во время эпидемии жители Сеула получили от мэрии существенные поддерживающие выплаты (до $1 тыс. на семью из четырех человек). Ну и как человек он был хороший, отзывчивый и демократичный.

Мэрский срок 64-летнего Пака, возведенного народной молвой в ранг второго по важности политика страны, истекал в 2022 году — тогда же, когда и срок полномочий его однопартийца и лидера РК Мун Чжэ Ина. И многие стали всерьез поговаривать, что через пару лет Пак с легкостью поменяет кресло мэра на президентское.

Но по горькой иронии судьбы сексуальные домогательства, приведшие Пака на заре правозащитной деятельности к славе, в зените политической карьеры довели его до трагедии. 8 июля секретарь офиса Пака подала против него иск за домогательства. А уже 10 июля мэр Пак был найден мертвым в лесу недалеко от своей официальной резиденции. Полиция отметила лишь, что признаков насильственной смерти нет. И это вкупе с предсмертной запиской мэра с извинениями перед семьей позволили сделать однозначный вывод: Пак Вон Сун покончил жизнь самоубийством, чтобы смыть позор и уйти от правосудия.

Неблагодатная почва

Офисные вечеринки с непременной выпивкой и походами в караоке всегда были частью деловой культуры Южной Кореи. Для мужчин-боссов это считалось приятным способом тимбилдинга, для южнокорейских женщин — кошмаром, нередко выливавшимся в приставания со стороны вышестоящего начальства. Но в южнокорейском обществе о таком было не принято говорить вслух. До некоторых пор.

В январе 2018 года прокурор по имени Сео Чжи Хен рассказала в телеэфире о том, как старший по должности коллега трогал ее против воли, и о том, каким репрессиям ее подвергли на работе, когда она пожаловалась на домогательства внутри коллектива. Эти откровения многие теперь считают точкой отчета корейской волны #MeToo, затронувшей в итоге не только руководство компаний, но и учителей старших классов, тренеров спортивных команд и, конечно же, политиков.

— Почти все южнокорейские мужчины независимо от того, консерваторы они или либералы, очень традиционны и патриархальны, когда речь заходит о гендерных вопросах. И политики, которые постоянно стремятся к власти и признанию, не исключение, — заметила агентству AFP эксперт Корейского института развития женщин в Сеуле Ли Су Ен.

Посмертная преграда: как кончина мэра Сеула расколола южнокорейцев
Фото: Global Look Press/XinHua

Мэр Сеула стал третьим высокопоставленным членом правящей Демократической партии, обвиненным в сексуальных домогательствах или насилии на волне кампании #MeToo. Еще в 2018 году губернатор провинции Южный Чхунчхон Ан Хи Чжун, считавшийся претендентом на президентское кресло, был приговорен к тюрьме за систематическое изнасилование своего секретаря. В апреле этого года в отставку пришлось подать мэру Пусана О Го Дону — после того как одна из подчиненных публично обвинила его в домогательствах.

На фоне этих и других скандалов сексуального толка южнокорейское общество оказалось настолько накручено против любого предполагаемого случая насилия, пусть и недоказанного, что к моменту прощания с мэром Паком свыше полумиллиона сеульцев обратились в администрацию с петицией не проводить пышные похороны с почестями, положенными главе города. Многие деятели оппозиции поддержали этот порыв негодования, заранее объявив, что не будут прилюдно чтить память такого человека.

Тем не менее похороны Пак Вон Суна прошли в соответствующей его должности манере. Весь церемониал растянулся на пять дней, в то время как обычные похороны в Южной Корее занимают трое суток. Коррективы были внесены разве что из-за коронавирусных ограничений. 13 июля церемонию прощания с ним провели в присутствии ста человек — членов семьи, высокопоставленных городских чиновников и однопартийцев. А само мероприятие транслировалось в прямом эфире по официальным каналам сеульского правительства. И отвернулись от Пака посмертно отнюдь не все: виртуальные цветы к онлайн-мемориалу в честь Пак Вон Суна «возложили» более 640 тыс. местных жителей. Еще несколько тысяч пришли проститься с градоначальником к зданию мэрии.

Пал, оклеветанный молвой?

Между тем в смерти Пак Вон Суна оказалось сразу несколько неясных и странных моментов, на которые аккуратно стали намекать в некоторых местных СМИ. Во-первых, журналистам так и не удалось выяснить имя жертвы — все появления в суде и заявления от ее имени делали адвокаты, представленные корейским Центром помощи жертвам сексуального насилия. Неизвестно и то, знал ли мэр о том, что ему вообще предъявили обвинения — при этом даже не в изнасиловании, а в домогательствах, — чтобы так скоропалительно решиться на сведение счетов с жизнью. Наконец, полиция так и не сообщила официальную причину смерти мэра, оставив все умозаключения на откуп публике.

Посмертная преграда: как кончина мэра Сеула расколола южнокорейцев
Фото: Global Look Press/Lee Jae-Won/AFLO

— Радикальные феминистки и консерваторы уложили смерть Пака в контекст #MeToo, и южнокорейское общественное мнение этому способствовало. Недостойное поведение облеченных властью для Южной Кореи — системная проблема. Тем более что некоторые члены Демпартии уже погорели на такого рода скандалах, — сказал «Известиям» эксперт-кореевед из Института Дальнего Востока Константин Асмолов. — Но многие случаи в рамках #MeToo стали обходить презумпцию невиновности: жертве положено верить, и неважно, реально ли за обвиняемым есть вина или это наговор.

Однако, по мнению эксперта, мэр Пак много кому мог насолить. В частности, не устраивать ближний круг президента Муна, поскольку правящая партия никогда не была монолитной и в ней сосуществовали несколько враждующих фракций. Смерть однопартийца президента была на руку и политическим оппонентам-консерваторам — для выпячивания грехов соперников. Не любили столичного градоначальника и в южнокорейских протестантских кругах.

— Покойный мэр сильно прессовал их на фоне коронавируса, жестко запрещая всякие массовые мероприятия. Реакция на это среди протестантов была в стиле «бесовская власть закрывает храмы». Пак собирался даже снести протестантскую церковь, так как она была в зоне реновации и там должны были строить большой центр многоквартирных домов, — рассказал Константин Асмолов.

Наконец, Пак Вон Сун активно пытался навести порядок на сеульском рынке недвижимости, а это те интересы, за которые мэра вполне могли и убить, резюмировал эксперт.

Читайте также
Реклама