Пограничный капкан: как выживают беженцы на окраинах Сербии
Число незаконно прибывших в ЕС мигрантов сократилось на 85% из-за принятых для предотвращения распространения коронавируса мер. Об этом «Известиям» заявили в Еврокомиссии. Однако 28 мая Венгрия открыла переезды на границе с Сербией, разрешив доступ в Шенгенскую зону гражданам третьих стран. Местные правозащитники стали опасаться, что из-за этого число переселенцев, желающих пройти таким путем в ЕС, резко увеличится. МИД Венгрии подчеркнул, что не допустит нелегальной миграции, а в Белграде приняли решение ввести армию в транзитные центры. Опрошенные «Известиями» эксперты отметили, что миграционная политика Сербии сегодня противоречит не только европейским ценностям, но и недавней готовности страны принять беженцев.
Палка о двух концах
28 мая Венгрия открыла переезды на границе с Сербией, что стало долгожданным событием не только для разлученных пандемией родственников, но и мечтающих попасть в сердце Европы мигрантов. Однако МИД Венгрии сразу дал понять, что власти любой ценой не допустят нелегальной миграции.
— Число прибывших в Европу нелегальных мигрантов сейчас сократилось на 85% по сравнению с предыдущим месяцем. По маршруту на Западные Балканы было зарегистрировано менее 100 случаев, что является рекордом с 2009 года, — заявила «Известиям» спикер Еврокомиссии по вопросам миграции Сиара Ботоммлей.
Как отметила официальный представитель, в комиссии внимательно следят за ситуацией на границе Сербии и Венгрии. При этом там обеспокоены любыми мерами, которые могут помешать эффективному доступу к процедуре предоставления убежища.
Журналисты Euronews ранее смогли взять интервью у группы юных беженцев из Афганистана, которые сейчас обитают в заброшенных домах у границы. Покинув после обязательного карантина сербский центр размещения беженцев в Кикинде, молодые люди пытаются попасть в Венгрию. Пока неудачно.
— Мы хотим обратиться к венгерскому народу: мы не намерены жить в вашей стране, мы хотим лишь уйти на запад. Мы не чудовища, не террористы, мы такие же люди, как вы, как все, — заявил один из них Euronews.
Однако назвать счастливчиками тех, кто уже на венгерской земле, очень сложно. 21 мая Будапешт принял вынужденное решение — закрыть лагеря в транзитных зонах на венгерско-сербской границе. Европейский суд признал содержание мигрантов там лишением свободы. Живущие на бывших контейнерных складах за колючей проволокой и под «конвоем» беженцы оказались практически в ловушке. Будапешт заявил, что беженцы находились там «добровольно», ведь у них была возможность вернуться в Сербию. Но есть нюанс — покинувшие лагеря автоматически теряют свой статус просителя убежища в Венгрии.
Однако если последняя, несмотря на членство в ЕС, всегда была негативно настроена к европейской миграционной политике, страна-кандидат — Сербия с начала кризиса в 2015 году открыла свои границы беженцам. Эксперты уверены, демонстративная приверженность европейским ценностям объяснялась надеждой на вступление в союз. Однако через несколько месяцев после парламентских выборов в 2020 году Александр Вучич заявил, что не допустит, чтобы Сербия стала «парковкой для мигрантов».
По мнению научного сотрудника Института европейских исследований (Белград) Стевана Гайича, сегодня миграционный вопрос уже не является камнем преткновения для вступления Сербии в ЕС, потому как идея о расширении уже давно неактуальна для самого союза.
— Миграционная политика Сербии сегодня противоречит прошлым настроениям, когда Еврокомиссия при Могерини тесно сотрудничала с Вучичем по решению косовского вопроса. Теперь она в большей степени объясняет тесные связи с Венгрией, — отметил в беседе с «Известиями» эксперт.
Под армейским надзором
Одно из последних проявлений «новой» миграционной политики Белграда — подразделения сербской армии в трех центрах для беженцев вблизи города Шид. Это решение Александр Вучич принял 16 мая, чтобы успокоить местное население после серии ограблений со стороны мигрантов.
— Войска прибыли через несколько часов после объявления, но они расположились не у в магазинов или перед заброшенными домами, а встали у самых входов в центры, — заявил «Известиям» волонтер благотворительной организации No Name Kitchen в Сербии Томас Д’Амико.
По его словам, в настоящее время более 8 тыс. человек остаются в лагерях без свободы передвижения. Раз в неделю им выдаются разрешения на пребывание за пределами объекта.
Сербская армия на границе с Хорватией
— 20 человек выстраиваются в очередь каждое утро, и если кто-то из них не получит разрешение, то будет вынужден занимать место уже завтра, и так по кругу, — рассказал Томас Д’Амико, — Даже постояльцы семейного лагеря имеют право выйти всего на полчаса, чтобы купить что-нибудь на рынке и быстро вернуться.
Как отметили в организации, когда разразилась пандемия, правительство выдвинуло идею о том, что каждый мигрант является потенциальным носителем вируса, и начало кампанию по захвату и передаче в транзитные центры всех беженцев.
Однако 1 июля Всемирная организация здравоохранения объявила о том, что среди мигрантов в Сербии не зарегистрировано ни одного случая COVID-19. Как отметили в ВОЗ, это заслуга волонтеров.
Представитель No Name Kitchen отметил, что в период ЧП из-за коронавируса в Сербии беженцы спали в переполненных бараках, во временных магазинах под открытым небом и в коридорах. Помимо того, что в таких условиях соблюдать социальную дистанцию практически невозможно, беженцам не хватало предметов гигиены и питьевой воды.
— В лагере Principovac маленький мальчик подошел к администрации с просьбой дать ему попить воды из бутылки, но ему приказали идти к водопроводу, из которого, по словам жителей лагеря, течет желтоватая вода с неприятным запахом, — рассказал «Известиям» Томас Д’Амико.
Мигранты в лагере Principovac
При этом, по данным представленным «Известиям» Еврокомиссией, ЕС оказывает финансовую поддержку Западным Балканам и в том числе Сербии. На последнюю с 2015 года было выделено более €130 млн.
На запрос «Известий» о ситуации с мигрантами в МВД Сербии не смогли предоставить оперативный комментарий.
По словам Томаса Д’Амико, возможность новой миграционной волны, подобной той, которая произошла в 2015 году, рассматривается теперь скорее как угроза национальной безопасности, а не как гуманитарный кризис. Волонтер No Name Kitchen рассказал, что в месяцы карантина усилилась напряженность внутри центров, это вылилось в протесты и столкновения между мигрантами. По данным организации, администрацию некоторых лагерей обвинили в жестоком обращении. Кроме того, были зафиксированы полицейские репрессии с использованием слезоточивого газа.
