«Великое десятилетие» премьер-министра Эрдогана подходит к концу. В конце марта в Турции состоятся муниципальные выборы. Обычно в этой стране они не вызывают ажиотаж, ведь все знают, что это — еще одно средств подтвердить авторитет правящей партии или коалиции. Однако в 2014 году в борьбе за кресла мэров городов и депутатские места в местных парламентах будет решаться судьба страны. С момента прихода к власти Партии Справедливости и Развития (ПСР) Турция вступает в полосу политического кризиса.
Чтобы описать, что происходит сейчас в Турции, лучше всего использовать коранический термин «фитна», обозначающий раскол среди мусульман, смуту, разногласия. Ситуация выглядит таким образом: ошибки Эрдогана привели к расколу в правящей партии между сторонниками премьера и теми, кто поддерживает движение проживающего в США популярного исламского проповедника Гюлена (джемаат). Кажется, стороны намерены драться до победного конца…
За 12 лет пребывания у власти партии ПСР в Турции произошли коренные изменения. Из отсталой страны с нестабильно развивающейся экономикой, постоянными политическими кризисами, уровнем инфляции в 60% в год и повторяющимися каждое десятилетие военными переворотами страна превратилась в регионального лидера. Смена старой военно-секуляристской элиты на новую, умеренно-исламскую, оказала на экономику исцеляющее воздействие. Среднедушевые доходы и ежегодный туристический поток за это время выросли втрое, экспорт — в пять раз.
На фоне блестящих экономических показателей заговорили о трансформации, постигшей новую турецкую элиту. Деньги расслабили ее и сделали восприимчивой к коррупции. А сама верхушка, включая Эрдогана, стала совершенно невосприимчивой к критике.
Лично знакомый с премьером депутат от правящей партии Четин рассказывает истории о том, как турецкая политика несколько лет назад превратилась в монолог одного человека. Эрдоган почти полностью прекратил встречаться с единомышленниками по политическим вопросам, не советуется с экспертами и примечает только тех, кто готов беспрекословно исполнять его волю.
Cкоро удача отвернулась от арабских революционеров, поддерживаемых Турцией. За размещение сотен тысяч сирийских беженцев в приграничных районах пришлось платить из собственного бюджета, поскольку поступления из катарских и саудовских фондов значительно снизились.
Сначала этим воспользовались радикалы, протестовавшие летом 2013 года в стамбульском парке Гези. Мирные демонстрации были разогнаны с жестокостью, причем Эрдоган полностью проигнорировал объективные претензии протеста. Рейтинги правящей партии покатились вниз. Вероятно, уже тогда джемаатом Гюлена было принято решение расколоть правительство.
После запуска судебных процессов 17 декабря 2013 года и появления в интернете записей телефонных переговоров премьера стало понятно, что два крыла турецких исламистов рассорились навсегда. Так что момент истины наступит 30 марта 2014 года с оглашением результатов муниципальных выборов.
Если ПСР набирает голосов меньше, чем оппозиционная Народно-Республиканская партия (НРП), то Эрдогану придется уходить в отставку, о чем он сам заявил 5 марта. Это неминуемо приведет ПСР к распаду на сторонников джемаата и «Милли Герюш», а также формированию переходного коалиционного правительства.
Все это означает, что имеется угроза возвращения Турции к нестабильности 1990-х. Просто так уйти политические противники Эрдогану не дадут. Будет инициирована серия уголовных дел против премьера и его окружения. Все силы политиков уйдут на внутренние разборки и обоюдные судебные процессы. Этот сценарий пока маловероятен, поскольку, несмотря на явное снижение рейтингов, ПСР остается самой популярной партией Турции и опережает соперников минимум на 15%.
Если партии премьера все же удастся сохранить доверие избирателей, то развитие Турции может пойти по двум сценариям.
Первый — выборы проходят спокойно, а все политические силы признают их результаты. В таких условиях Эрдоган обязательно развернет кампанию по уничтожению политических противников, в первую очередь джемаата Гюлена. Эрдоган уже обвинил Гюлена в национальном предательстве и создании в Турции «параллельного государства». Поскольку сторонники джемаата занимают не последние позиции в экономике страны, Турцию ждет бегство капиталов и дальнейшее снижение темпов экономического роста, без того болезненно переживаемое обществом.
По второму сценарию политическая жизнь в Турции еще никогда не развивалась, однако, если учитывать тренды последних лет, именно он может оказаться самым вероятным. Оппозиционные силы после своего поражения призывают население к уличным протестам в ответ на массовые фальсификации в ходе выборов. Миллионы стамбульцев откликаются на призыв и переводят политическую дискуссию в русло прямого противостояния. Такой ход для правящей партии, скорее всего, будет означать однозначное поражение.
Если даже относительно несерьезным столкновениям народа с полицией в парке Гези в 2013 году удалось обрушить рейтинг партии, то с миллионами протестующих сделать ничего не получится. Таким образом, против Эрдогана обернется его активная поддержка «арабской весны». Чтобы сохранить власть, у премьера останется один вариант — возвратиться в 1970-е, когда будущий премьер руководил отрядом исламской боевой молодежи «акынджи», занимающейся силовым разгоном марксистских митингов. Но выход на улицу непременно выльется в массовое кровопролитие, в результате чего в стране начнeт реализовываться украинский, сирийский или египетский сценарии.
В любом случае Турцию ждет самый трудный год в наступившем XXI веке. Остается лишь надеяться на мудрость турецких политиков, у которых хватит ума разрешить все свои противоречия за столом переговоров и не ввергнуть страну в пучину кровавого гражданского конфликта.
Автор — доцент факультета международных отношений СПбГУ
