Артисты ГАБТа надеются на «справедливый» приговор Дмитриченко
Около 150 сотрудников Большого театра подписали открытое письмо в поддержку Павла Дмитриченко, обвиняемого в организации нападения на худрука балета ГАБТа Сергея Филина. Письмо приурочено к объявлению приговора по резонансному уголовному делу, которое ожидается 3 декабря. Обвинение потребовало для Дмитриченко 9 лет лишения свободы с отбыванием наказания в колонии строгого режима.
Среди подписантов — прима-балерины Светлана Лунькина, Марианна Рыжкина и Анна Антоничева, премьер Александр Волчков, ведущие солистки Анна Никулина и Елена Андриенко, первый солист Денис Родькин — всего около 40 артистов балета, а также представители оперной труппы, большая часть миманса и работники оркестра.
В предыдущий раз коллеги Дмитриченко вставали на его защиту «всем миром» после его ареста в марте 2013 года: тогда открытое письмо подписали более 300 сотрудников ГАБТа, но главная просьба к руководству страны — создать независимую комиссию для расследования причин январской трагедии — так и не была удовлетворена.
Сейчас в распоряжении «Известий» оказался текст нового документа, в списке адресатов которого уже нет лидеров государства — только общественность и журналисты. Завтра, за день до оглашения в Мещанском суде Москвы приговора Павлу Дмитриченко, открытое письмо будет разослано во все ведущие СМИ. В письме говорится:
«Представителям средств массовой информации
Поклонникам балетного и театрального искусства в России и за ее пределами
Театральной общественности
ОТКРЫТОЕ ПИСЬМО
Артисты и представители административных коллективов Большого театра считают своим долгом выразить свою позицию в отношении трагической ситуации с нападением на художественного руководителя балета С.Ю. Филина и обвинением в совершении этого преступления солиста балетной труппы П. Дмитриченко.
Расследование этого дела, длившееся более полугода, и последовавший за ним судебный процесс сопровождались без преувеличения информационным хаосом в СМИ, когда с разницей в несколько часов в одном и том же издании могли быть опубликованы взаимоисключающие версии событий, а поток информации, чаще всего непроверенной и ни на чем не основанной, окончательно дезориентировал не только общественное мнение, но, кажется, и суд.
Учитывая, что к настоящему времени сторона обвинения закончила представление своих доказательств, общественность так и не услышала в открытом судебном заседании абсолютно никаких доказательств подтверждения его вины. Не изменилась и позиция Павла — не отрицая факта знакомства с исполнителем преступления Ю. Заруцким и обсуждения с ним отдельных поступков С.Ю. Филина на посту художественного руководителя балета Большого театра, Павел категорически отвергает наличие преступного сговора (как отвергает его и сам Ю. Заруцкий) по причинению какого-либо вреда здоровью Филина С.Ю., а тем более тяжкого.
За несколько месяцев следствию не удалось получить каких-либо доказательств причастности Павла к преступлению в той форме и при тех отягчающих обстоятельствах, в которых оно было совершено. С учетом этого, как и полгода назад, все, кто знал Павла Дмитриченко, считают абсолютно неприемлемым предположение о том, что он мог быть вдохновителем и заказчиком преступления, которое было совершено в такой изуверской форме. Зная о его порядочности, безупречном профессионализме как артиста и коллеги и о его прекрасных человеческих качествах, мы категорически возражаем против предвзятого мнения по отношению к нему и его действиям. Тем более что это также подтверждается доказательствами, предоставленными в защиту Павла Дмитриченко, об отсутствии его вины в инкриминируемом ему преступлении.
Мы по-прежнему надеемся, что расследование этого дела и вердикт судьи будет справедливым, честным и непредвзятым; мы полагаемся на профессиональную порядочность и объективность судьи, которая скрупулезно проанализирует обстоятельства этого дела, потому что в нем невозможно не учитывать крайне сложную и болезненную ситуацию в балете Большого театра, которая, к сожалению, ни для кого более не является секретом.
Решение судьи по этому делу должно быть соразмерным реальной вине каждого из участников — или отсутствию таковой».
