Без права на провал
Нынешняя осень в столице оказалась в буквальном смысле "провальной" - сообщения о ямах, неожиданно образовавшихся на мостовой, и машинах, угодивших в подземную западню, появлялись с периодичностью раз в неделю. Некоторые инциденты впечатляли своими масштабами - например, история с провалом на Ленинградском проспекте, когда под землю ушел КамАЗ со сварочным компрессором, или последовавший за этим случай на улице Королева, где на дно ямы сполз припаркованный неподалеку джип. Можно ли считать эти истории несчастными случаями, или стоит ли говорить о тенденции к нарушению гидрогеологического равновесия? Вопрос не праздный, учитывая грандиозный размах строительства в Москве. В проблеме разбирался корреспондент "Известий" Федор Горбунов.
Хорошево и другие
До середины XX века считалось, что Москве всевозможные геологические катаклизмы не грозят - город стоит на устойчивой, не подверженной колебаниям Среднерусской платформе. Это представление изменил "хорошевский инцидент" 1969 года, когда в этом районе столицы началось массовое жилищное строительство. Буквально за два дня осела пятиэтажная "сталинка", а вслед за ней обрушилась стена соседнего дома. Гидрогеологи установили, что это произошло из-за размыва на большой глубине мягких известняковых пород.
В апреле 1977 года по той же причине в Новохорошевском проезде пострадали два жилых дома: дом № 3 пошел трещинами, а у дома № 4 накренился вход в третий подъезд и обвалилась южная стена. Оба дома позднее пришлось снести. В последние годы наблюдается новое пробуждение недр Хорошевки. В конце мая 2001 года на Новопесчаной улице провалился асфальт, в яму глубиной 4 метра упал автомобиль ВАЗ-2105. В конце июня 2004 года на улице Алабяна рядом с домом № 11 провалился грунт, в результате дом "поплыл", а в стенах образовались трещины.
Это не единственный район Москвы, где встречаются проседание почвы и провалы. Особенно подвержен подобным инцидентам центр города - хорошо известен случай с домом Пашкова, фундамент которого из-за подвижек почвы в 1983 году дал трещину. В 1998 году при строительстве глубокого коллектора на Большой Дмитровке провалился кусок улицы, а в 2005-м здесь же пострадал целый дом. В апреле 2001-го у гостиницы "Метрополь" в образовавшуюся яму попал грузовик. Большой Балканский переулок, улица Исаковского, Нагорная улица - список "провальных" адресов насчитывает несколько десятков строчек. В связи с этим возникают закономерные вопросы: в чем причина появления гидрогеологических "сюрпризов" и какую роль в их возникновении играют природные условия и человеческий фактор?
Почему реки оживают
В "Экологическом профиле города Москвы" черным по белому прописано: "около половины городских территорий находится в зонах геологического риска", а на 15% площади города возможны "катастрофические провалы".
В Москве издавна существовало две реальные угрозы - провалы поверхности земли и оползни. Специалисты-гидрогеологи утверждают, что деятельность человека не только не уменьшила природную предрасположенность местности к этим явлениям, но и увеличила ее. Более 100 лет в Московском регионе из-под земли промышленным образом откачивали воду. Из-за этого понизился уровень подземных вод, что привело к осушению и "оживлению" древних известняков.
Сейчас поверхность известняков под городом представляет собой систему куполообразных выступов, покрытых песком или глиной, которые постепенно, но неуклонно вымываются. В результате этого на поверхности земли возникают просадки почвы. По определению профессора географического факультета МГУ Андрея Лукашова, "этот слой напоминает половую тряпку с бесчисленным количеством прорех, вокруг которых и образуются воронки". Другая причина провалов - давно засыпанные, забытые, но неожиданно ожившие палеодолины малых рек. Например, восточнее Большой Дмитровки - почти параллельно этой улице - течет в трубе речка Неглинка. Но в погребенной людьми долине реки, ширина которой составляет примерно полкилометра, постоянно размываются толщи юрских глин, которые, постепенно уплотняясь, создают провалы на поверхности. Ко всему прочему, подземные пласты разрушаются из-за протечек водопровода, канализации, сливных стоков, из которых в землю фактически попадает не вода, а разбавленная кислота. Оползни - не менее опасная причина подвижек почвы. В основном оползневые склоны проходят по крутым берегам долины Москвы-реки. Наиболее тревожные районы - Коломенское и Воробьевы горы.
В последнее время столичные власти все чаще признают роль антропогенного фактора в возникновении неприятных геологических явлений. Например, после образования сентябрьского провала на Ленинградском проспекте вину за случившееся возложили на строителей офисного здания, которое возводилось неподалеку, - они, как утверждали, не просчитали последствия возведения стены в грунте, в результате чего подземные воды размыли почву под асфальтом. А мэр Москвы и ведущие градостроители на одном из последних заседаний градостроительного совета открыто признавали, что возведение, скажем, подземного комплекса "Охотный Ряд" сопровождалось рядом гидрогеологических проблем в самом сердце города. Что же делать, чтобы снизить "провальные" риски при строительстве?
Наука спасет город
Изучение геологической подосновы Москвы перед началом любого строительства - гарантия того, что карстовые пустоты и оползни не будут разрушать город. По словам специалистов, сейчас изучение геоподосновы по большей частью проводят по карте, составленной еще в 1986 году. Для мегаполиса с его бурным строительством, где за годы происходят такие серьезные геологические процессы, на которые в естественной среде понадобились бы тысячи лет, это может оказаться критичным.
Существующие в этой области строительные СНиПы были разработаны для домов небольшой этажности - в них не учитывалась возможность возведения небоскребов или глубокозалегающих подземных автостоянок, что может вести к нежелательным эксцессам.
Столичные власти, наученные горьким опытом, похоже, поняли необходимость серьезных геологических изысканий - не так давно члены общественного градостроительного совета фактически отказались согласовать проект реконструкции Большого театра, предусматривавший подземный зал на 20-метровой глубине. По их мнению, это могло привести к тому, что водный баланс в историческом центре нарушится. Пристальное внимание к природным условиям в сочетании с передовыми современными строительными технологиями - лучший "антипровальный" рецепт для Москвы.
Как, по-вашему, почему Москва "проваливается"?
Любые неприятности, источник которых скрыт под землей, вызывают у граждан острое любопытство и почти священный трепет - видимо, большинство из нас по привычке ждет подвоха из "преисподней". Корреспонденты "Города" поинтересовались у своих известных читателей их личными версиями последних провалов в Москве.
Павел Астахов, адвокат:
- На мой взгляд, говоря о причинах появления грунтовых провалов, нельзя сетовать только на природу. Любой специалист по строительству подтвердит вам со стопроцентной уверенностью, что при нынешнем развитии технологий строить можно где угодно и что угодно. Но бывает так, что строить "по науке" не получается, потому что грамотный подход к работе влетает строителям в копеечку. Одни, настоящие профи, делают все как надо, поскольку у них есть на это деньги. Другие считают, что правила и нормы не для них. Сейчас можно с уверенностью говорить о явном снижении качества изыскательных работ в целом. Тем не менее темпы строительства не снижаются. Все спешат, все хотят строить больше и больше. А не надо бы - пока у каждой новостройки не будет досконально обследованного участка.
Сергей Майоров, телеведущий:
- Мне кажется, природа просто не выдерживает. Посмотрите на центр Лондона, в каждом районе парк — большой, чистый, ухоженный. У нас же зелени в центре все меньше и меньше. Просто погулять с детьми, подышать практически негде. На Бульварном кольце одни машины. Отсюда и провалы, которые время от времени появляются в городе. Я не специалист, но, по-моему, лучше тратить деньги не на новое строительство, а на улучшение того, что мы имеем в сложившемся историческом центре. Строить подземные переходы, улучшать почвы в центре, попытаться привести в чувство Большую Дмитровку, Лубянку и другие сложные с точки зрения грунта зоны. Лично мне жалко, что в городе остается все меньше зданий, которые напоминают мне о моем детстве.
Иван Дыховичный, режиссер:
- Упорное стремление к внешней красоте, к декору, к лакировке - вот, на мой взгляд, основные проблемы современной Москвы. Создается впечатление, что многие хозяйственные службы стараются не столько качественно выполнить свою работу, сколько навести внешний лоск. В городе много новых красивых высотных зданий, но мне иногда кажется, что стоило бы меньше уделять времени дизайну, а больше - надежности. Провалы в грунте - слишком серьезная вещь, чтобы не обращать на нее внимание. Нужно не закапывать ямы, а выяснять, в чем причина случившегося.
Иван Затевахин, телеведущий:
- Винить строителей в том, что где-то провалился грунт, по меньшей мере, неправильно. В столице идет активное, иногда даже хаотичное строительство. Цены на недвижимость зашкаливают, так почему же не строить? Дома, торговые центры, подземные комплексы и другие новостройки растут как на дрожжах. При таких темпах результаты изыскательных работ зачастую трактуются застройщиками в свою сторону. Порой это приводит к провалам подобно тем, что были на Ленинградском проспекте. Я больше чем уверен, что дело не в технике и не в непрофессионализме - в Москве могут строить и умеют это делать. Всему виной человеческий фактор, когда в попытке сэкономить время или деньги что-то делается в обход правил.
Владимир Вдовиченков, актер:
- То, что провалы случаются достаточно часто, не может не тревожить. Особенно беспокоит то, что они появляются в самых разных, неожиданных местах. Конечно, интерес к ним бывает несколько нездоровым - как к любым информационным "страшилкам". Но, по моим ощущениям, на них нужно обращать самое серьезное внимание. Потому что, если этого не сделать, природная тенденция может усилиться, а провалы стать систематическими. Хотя, на мой взгляд, строить качественно у нас умеют. Просто для строителей наступило тяжелое время — они стремятся заработать порой в ущерб качеству. Так что провалы - это от разгильдяйства, а не от того, что у нас почва плохая. Нужно делать все грамотно - тогда все будет хорошо.
Ирина Роднина, олимпийская чемпионка по фигурному катанию:
- Я думаю, не стоит искать причин провалов в каком-то хозяйственном или строительном кризисе. Это было бы неправильно — Москва стояла, стоит и будет стоять. Провалы не заслуживают такого внимания, которое им достается, - это не настолько большая проблема, и я бы сказала, что эта беда легко поправимая. Хотя, разумеется, я не считаю, что подобные вещи надо замалчивать. Наоборот - чем больше информации, тем лучше. Возможно, это подтолкнет научное сообщество или власти к тщательному поиску причин этих явлений. И появится больше шансов с этим справиться.
Максим Кононенко (mr. Parker), журналист:
- Точно и сразу выяснить причину провалов - дело трудное, почти невозможное. Этим должны заниматься специалисты. Я думаю, что в каждом конкретном случае эти причины бывают разные. Говорили, что происшествие на улице Королева случилось из-за того, что трубу прорвало. В другом месте нагрузку на фундамент превысили, когда строили здание. Еще где-то под землей оказались пустоты, о которых никто не знал. Поймите, Москва - это огромный город, и если в таком гигантском мегаполисе пару раз в год проваливается кусок дороги, это совершенно нормально. Просто-напросто системы такой сложности не могут работать без сбоев. Честно говоря, и сбои подобные в Москве случаются очень редко. Вы же видите - город живет, работает, и никакие провалы этому не мешают. Что будет дальше - покажет время.
