Перейти к основному содержанию
Прямой эфир

Андрей Разбаш мечтал о жене, которая будет готовить борщи и котлеты

Андрей Разбаш любил самолеты, которыми занимался в юности, фотографию, которой увлекался всегда, и телевидение, на котором перепробовал себя чуть ли не во всех профессиях. Кроме того, он обожал район Патриарших прудов. Там и жил - в доме на Спиридоновке, где и встретилась с ним наш обозреватель. С женой Альбиной к тому времени он уже развелся... В пятницу мы публикуем это интервью, увы, ставшее последним. -
0
Андрей Разбаш (фото: ИТАР-ТАСС/ООО "ИЗДАТЕЛЬСКИЙ ДОМ РАДИОНОВА"
Озвучить текст
Выделить главное
вкл
выкл

В воскресенье, 23 июля в эфире радио "Эхо Москвы" прозвучало шокирующее известие о смерти тележурналиста и продюсера Андрея Разбаша. Ему было всего лишь 53 года, у него осталось пятеро детей, самому младшему из которых не исполнилось еще и двух лет. Казалось, ему предстоит сделать еще так много.

На телевидение Андрей Разбаш пришел в 1980 году. В преддверии Олимпиады-80 Останкино нуждалось в свежих людях и с готовностью приняло выпускника МАИ на работу монтажером. Замечено, что в 60-е годы многие физики переквалифицировались в "лирики", в 80-е те же "физики" заболели телевидением. За семь лет досконально изучив телевизионную кухню, испробовав на себе профессии видеоинженера, телеоператора, ассистента режиссера, Андрей Разбаш достиг переломного момента своей телевизионной судьбы. Позже он скажет в одном интервью: "Пиком своей карьеры считаю должность начинающего режиссера программы "Взгляд" в 1987 году. Это была вершина и энергетически, и профессионально - в смысле влияния на окружающий мир". Ни пост заместителя председателя "Останкино", принесший ему власть, ни роль телеведущего программы "Час пик", одарившая его популярностью, не значили для Андрея Разбаша столько, сколько работа вместе с друзьями и единомышленниками - Владом Листьевым, Александром Любимовым - в легендарном перестроечном "Взгляде".

После трагической смерти Владислава Листьева в 1995 году Андрей Разбаш возглавил их совместное детище - телекомпанию ВИД. А через три года женился на вдове Влада Альбине Назимовой. Это был третий по счету брак для обоих, он продлился около восьми лет. Пару нельзя было обвинить ни в скоропалительности, ни в неискренности. Чуть больше года назад у Альбины и Андрея родился сын Ваня, но тем не менее за этим союзом всегда тянулся шлейф недоброжелательных слухов. Судебные тяжбы между наследниками Влада Листьева продолжались несколько лет. Заказное убийство Влада так и остается нераскрытым. Единственное, на что оказалась способна прокуратура, так это не закрывать дело, несмотря на истечение срока давности. Год назад Назимова и Разбаш приняли решение разъехаться. Альбина большую часть времени проводила в загородном доме.

Свой последний день Андрей Разбаш провел в кругу семьи. В субботу у его отца Леонида Наумовича был день рождения. Еще на даче Андрей почувствовал себя плохо и вернулся в Москву в свою квартиру на Маяковке. Умер Андрей Разбаш в ночь с субботы на воскресенье от сердечного приступа. Он был не один. Вместе с ним в квартире находилась его близкая знакомая Оксана Мишонова, которую многие издания поспешили назвать чуть ли не новой избранницей Андрея. Оксана Мишонова, которая на данный момент числится продюсером телекомпании НТВ, и вызвала утром "скорую".

Однажды Андрей Разбаш сравнил свою телевизионную карьеру с электрокардиограммой сердца. Действительно, его творческий путь знал и взлеты, и падения. Но он пульсировал, давал жизнь новым телепроектам, среди которых были "Тема", "Угадай мелодию", "Поле чудес". Талантливый журналист Андрей Разбаш умел подбирать слова. Сравнение с кардиограммой оказалось слишком точным. Роковым. Врачи констатировали, что сердце Андрея было слишком изношенным.

Елена Капитанова пришла в продюсерскую компанию Андрея "Крылья-медиа" четыре года назад. "Таких людей, как Андрей, я за свои 37 лет ни разу больше не встречала. Таких талантливых, честных, искренних, искрящихся энергией, способных заряжать своим энтузиазмом всех вокруг. Андрей был идеалистом. Он очень высоко поднимал свою жизненную планку: у него могли быть только лучшие проекты, лучшие машины, лучшие женщины. Только лучшие сотрудники. Те из нас, кто выдержал его беспощадный подход в работе, открывали для себя новый мир. Он был непростым человеком, но все, что он делал, было абсолютно искренне. Мы часто бывали вместе в командировках. Иногда он сам брал в руки камеру и начинал снимать. Есть профессионалы, которые очень красиво работают, которые прямо сливаются со своим инструментом. Я запомню его таким, увлеченным, погруженным в свое любимое дело. Сейчас про него понаписали столько ерунды, столько неправды. Мы с ним дружили, я много знаю про его личную жизнь. Андрей очень любил своих детей. Со всеми своими женами он всегда был честен. Вообще его мечтой было иметь обычную, крепкую семью, хорошую жену с котлетами и борщами. В работе Андрей был жестким, но в отношениях с людьми бывал очень доверчивым. К нему липло много всякой дряни, он часто помогал людям, которые были этого просто недостойны. Еще почему-то многие пишут, что его последним, незавершенным фильмом был "Не хочу умирать". Это полная ерунда. "Не хочу умирать" - фильм про наркоманов, который он продюсировал прошлой весной. Андрей не предчувствовал свою смерть, не готовился к ней, ни с кем не прощался. Он очень любил жизнь".

5 фактов из жизни Андрея Разбаша

1.  Он обладал некоторыми способностями экстрасенса и признавался в интервью, что хотел бы их развить. Умел снимать руками головную боль и почечную колику.

2. В школе одноклассник снежком повредил ему глаз. Он сумел восстановить зрение специальными упражнениями.

3. Он всю жизнь мечтал стать профессиональным летчиком, но не удалось. Полеты на легких самолетах стали для него хобби.

4. Многие знакомые считали, что он чрезвычайно похож на последнего русского царя. Глеб Панфилов даже предложил ему попробоваться на роль Николая П в своем фильме "Романовы. Венценосная семья", однако Разбаш отказался.

5. Андрей Разбаш служил в ракетно-космических войсках, управлял спутниками-шпионами. Ему пять раз предлагали перейти на работу в КГБ, однако карьера в спецслужбе его не прельстила.

Полина Орлова

Андрей Разбаш: "Нужно иногда себя опустошать"

Обозреватель "Известий" Ирина Мак беседовала с телеведущим и продюсером у него дома, незадолго до его смерти 

Андрей Разбаш любил самолеты, которыми занимался в юности, фотографию, которой увлекался всегда, и телевидение, на котором перепробовал себя чуть ли не во всех профессиях. Кроме того, он обожал район Патриарших прудов. Там и жил - в доме на Спиридоновке, где и встретилась с ним наш обозреватель. С женой Альбиной к тому времени он уже развелся... В пятницу мы публикуем это интервью, увы, ставшее последним...

"Внутренний комфорт" и "лагерное сознание"

вопрос: Как вы оказались именно на Спиридоновке?

ответ: Надо начинать чуть раньше - с того, что всю жизнь меня сопровождало четкое понимание, что такое уютно и хорошо и что такое неуютно и плохо. Безо всякого фен-шуя. Это состояние внутреннего комфорта происходит от того, как вокруг тебя организовано пространство, как построено то, что является твоим продолжением. Моя квартира, мой кабинет, мои передачи - все они для меня уютны. Так же, как и этот дом.

в.: Когда он у вас появился?

о.: Как только появилась возможность купить квартиру - году в 94-м. Собственно, еще в СССР, когда у меня появился третий ребенок, квартиру мне дало государство. А эта - первая, которую я купил сам.

Тут рядом я провел детство - учился в 20-й школе на Вспольном. Напротив жила бабушка, и я у нее жил, когда учился в третьем-четвертом классах. И вообще, это место, как бы высокопарно ни звучало, имеет какой-то сакральный смысл. И не от Булгакова, хотя Михаил Афанасьевич, конечно, свою лепту вложил. В поисках жилья я отсмотрел, наверное, десятка полтора квартир. А когда сюда пришел - хотя здесь все было по-другому, и стенки в других местах стояли...

в.: Это ведь была коммуналка?

о.: Конечно, дом 1904 года. Я вошел и понял: мое. Есть притча о том, как когда-то искали место для храма. Даже не притча, а традиция: три монаха из разных монастырей ходили-бродили, и там, где они сходились и говорили: "Хорошо", - там и строили храм. Так вот и я, как один из тех монахов.

в.: А давно вы вообще в Москве?

о.: На Севере я провел всего-то два с половиной года. К рождению младшего братца мы уже жили в Марьине. Это была подмосковная деревня, где происходили страшные драки, народ резал друг друга, кидался камнями. Самое страшное - деревня рядом с большим городом. Страшнее, чем глубинка, - тут не действуют ни деревенские законы, ни городские. Так и в Марьине был полнейший беспредел.

Понимаете, рассуждая о том, откуда мы произошли, мы говорим о космосе, о комсомольских стройках, но не отдаем себе отчета в том, что в смысле культуры нации у нас было тотальное средневековье. Это усугублялось тем, что 60 процентов нации прошли через лагеря. И лагерное сознание укоренялось в городах и весях.

в.: Как я понимаю, изначально на Севере оказался ваш дед?

о.: Да, перед войной: он был замом главного в газете "Гудок", номенклатурной фигурой. Но евреем.

в.: И его сослали?

о.: Не совсем: послали делать газету "Советский Уэлен".

в.: Вы помните себя хоть чуть-чуть на Севере?

о.: Помню детскую кроватку, которую раскачивают, тепло, мех. Музыку, которая сопровождала мое раннее детство. Может, это не мои воспоминания, а то, что рассказывала мама. Меня холили и лелеяли все: я был единственным ребенком на полярной станции.

"Телевидение - просто супермаркет"

в.: Как вы оказались в авиации?

о.: Окончил МАИ. Если бы не дефектный глаз, который мне подбили снежком в детстве, стал бы летчиком. Но у меня есть пилотское удостоверение.

в.: После "Крыльев", вашей программы на "Первом канале", мне казалось, что у вас все должно быть и дома в самолетиках. А тут всего один - и явно очень старый.

о.: Это Focker, на котором летал барон Манфред фон Рихтгофен - легендарная личность, сбил в Первую мировую больше всего самолетов. Свой полк он называл "Воздушным цирком".

в.: Странно, что "Крылья" наряду с "Часом пик" - очень успешные, мне казалось, ваши проекты - убрали из эфира.

о.: Видите ли, телевидение - супермаркет, где продают разные продукты разным людям, которых надо еще туда зазвать, дождаться, когда они пойдут мимо. И потом измерять рейтинг не по тем, кто посмотрел, а по тем, кто купил.

в.: Ваши самолетики были нерекламоемким продуктом?

о.: В ночном эфире "Первого канала" не было рекламоемких продуктов. Может быть "Крылья" были чуть живее остальных.

в.: Вы в "Останкино" проводите больше времени, чем дома?

о.: Как большинство из нас... Недавно прочел: "Работай там и тогда, где и когда тебе это удобно". Думаю, это наиболее продуктивно. Здесь невозможно организовать студию, так что дома работать трудно. Хотя... Я смонтировал небольшой кинотеатр. Приглядываюсь к новой роли - кинопродюсера. Или, даже лучше, автора сценария.

в.: В "Крыльях", где речь подчас шла о современных достижениях авиации, очень чувствовалось, что ведущий - большой любитель старины. Так и есть?

о.: Просто я давно живу. И обожаю ар деко. И еще, я очень ценю качество труда, который вложен в вещь. И необязательно в мебель, но и в железки - например, в эти старые фотокамеры. У меня большая коллекция старых камер. Мои лучшие снимки Венеции сделаны камерой 1927 года выпуска, на широкой пленке.

в.: Вы серьезно занимаетесь фотографией?

о.: Что значит серьезно? Я с 12 лет снимаю, у меня международные призы. Я обожаю фотографировать, и то, что снято старыми камерами, радикально отличается от снятого новыми совершенными фотоаппаратами. Это ближе к живописи, к рисунку.

в.: А к телевидению?

о.: Близко очень. Старые камеры лишают тебя массы подробностей, излишеств, и образ возникает в результате этих ограничений.

"Кризисы случаются 3-4 раза в год"

в.: Почему вы любите стиль ар деко?

о.: Я еще очень люблю классицизм, античность. Но именно ар деко мне кажется последним великим ярким стилем, после которого ни в архитектуре, ни в быту ничего такого цельного не появлялось. Я недавно - к своему стыду, впервые - посмотрел знаменитый сериал по Вудхаузу, "Дживс и Вустер", так вот там гениальный художник дает картинку 20-х годов, наполняя ее фантастическим ар деко. Эмоционально я не могу погрузить себя в ампир, или барокко, или модерн. А в ар деко - могу.

в.: Что у вас за гравюры на стенах?

о.: Французские гравюры XVIII века, купленные в Париже по разным поводам. Есть такая поговорка: что отличает мальчика от мужчины - цена игрушек. Вот, это мои игрушки. Я играюсь в морской бой, в железки. Гравюра с инструментами - моя виртуальная  мастерская.

А вообще мое жилье напоминает милую бабушкину квартиру на Садово-Кудринской, которую как-то поддерживали с 1917 года: там были мягкая старая мебель, простые и непошлые обои. Всего лишь соответствие частей целому, и все.

в.: Похоже, и в работе, и в жизни вы пытаетесь обойтись минимальным набором изобразительных средств.

о.: Когда-то я действительно злоупотреблял черно-белой картинкой или использовал специально один и тот же прием. Минимализм дает столько энергии и так освобождает мозг, что рано или поздно у меня появится пустое пространство, где не будет мебели. Потому что нужно иногда себя опустошать.

На даче я хочу построить деревянную студию, отдельно от дома, где не будет ничего, кроме звука, картинки и места для сидения. Часто в кризисных ситуациях (они обязательно наступают 3-4 раза в году) множество вещей раздражает. Даже книги, которые ты года три-четыре не открываешь, лежат и цепляют взгляд. Они в кадре лишние.

в.: Вы все оцениваете с точки зрения кадра?

о.: Да. Хотите верьте, хотите нет, но вот, видите на стене фото моего последнего сына Ваньки? Хотя летчики не говорят "последний", они говорят "крайний". Так вот, я его впервые увидел через видоискатель, включив в роддоме камеру...

Ирина Мак

Комментарии
Прямой эфир