Его называли наследником Ельцина

Теперь уже с трудом верится, что некогда находились "аналитики", прочившие Аксененко аж кресло главы государства. Теперь его ждут скамья подсудимых и, возможно, нары. За растрату и превышение должностных полномочий ему грозит заключение от 3 до 10 лет. Генеральная прокуратура объявила о завершении следствия по его уголовному делу. "Генеральной прокуратурой Российской Федерации утверждено обвинительное заключение в отношении Николая Аксененко. Он обвиняется в совершении преступлений, предусмотренных статьей 286 УК РФ ("Превышение должностных полномочий, совершенное с причинением тяжких последствий") и статьей 160 ("Присвоение или растрата в крупном размере"). Мера пресечения Николаю Аксененко оставлена прежняя - подписка о невыезде. Уголовное дело направлено в суд для рассмотрения по существу", - сказано в официальном сообщении Управления информации и общественных связей Генпрокуратуры. Как удалось выяснить "Известиям", расследование дела бывшего вице-премьера завершено несколько ранее, чем это прогнозировалось причастными к расследованию, и до того, как обвиняемый и его адвокаты полностью ознакомились с материалами следствия, которых в деле насчитывается 296 томов. К началу прошлой недели, по данным из кругов, близких к обвиняемому, Аксененко не успел ознакомиться и с половиной томов. Тем не менее теперь дело доведено до суда. Оказалось, что для адвоката Николая Аксененко такой поворот дела стал полной неожиданностью. - Сейчас мы стараемся понять, что происходит, - заявила "Известиям" адвокат теперь уже подсудимого чиновника Елена Львова. - Пока мы не разберемся в ситуации, комментировать ничего не будем. Из источника, близкого к окружению бывшего главы МПС, "Известиям" удалось прояснить по крайней мере одну версию происшедшей именно теперь передачи уголовного дела в суд. Как сообщил собеседник "Известий", Николай Аксененко тяжело болен. В начале прошлой недели его состояние стало резко ухудшаться. Единственная надежда - срочная операция в одной из западных клиник, однако покинуть пределы страны без разрешения следователя Аксененко не мог, так как находился под подпиской о невыезде. Защита обвиняемого обратилась к следователю (руководителем следственной группы, кстати, был Салават Каримов - следователь, который вел дела Якова Голдовского, Владимира Гусинского, а теперь - дела "ЮКОСа" и "оборотней") с ходатайством о разрешении временно выехать из страны. Просьба защиты рассматривалась несколько дней. Одновременно в одном из столичных аэропортов в состоянии полной готовности к вылету с 8 октября дежурил частный реактивный самолет. 9 октября представитель Генпрокуратуры, по словам источника "Известий", удовлетворил ходатайство адвокатов в обмен на подписание протокола об отказе от дальнейшего ознакомления с делом. Разрешение покинуть Россию Николай Аксененко получил около двух часов дня. В 16.00 его самолет взял курс на Запад. Удивительно, что передача уголовного дела в суд стала неожиданностью для адвоката Львовой. Вряд ли защита и обвиняемый могли рассчитывать на что-то иное. Можно ли предположить, что Генпрокуратура на 100% не уверена в возврате Николая Аксененко из-за границы, ведь не известно, чем закончится сложная операция? Что касается возможности поправившегося обвиняемого скрыться от следствия, то у него, надо отметить, куда меньше шансов сделать это под прикрытием политического убежища - как, к примеру, у Березовского или Гусинского. Ведь Аксененко в современной, послеельцинской политике никак замечен не был. Стало быть, его в случае попытки скрыться непременно выдадут Генпрокуратуре. Значит, она, выпуская его на лечение, не сильно рисковала. К тому же с момента передачи дела в суд для Генпрокуратуры оно официально и успешно завершено. А вернется ли Аксененко в Россию - это уже проблема суда. Аксененко был не просто министром: он фактически владел последней промышленной империей советского образца, где властные и хозяйственные полномочия концентрировались в одних руках. Владения МПС простирались не только вдоль железнодорожных путей: министерство располагало заводами и телекоммуникациями, санаториями и поселками, дворцами культуры и футбольной командой, являясь "государством в государстве". Надо отдать должное: в отличие от остального государства в "государстве МПС" дела шли неплохо. Новые офисы соперничали блеском со стоящими около них машинами ведомственного автопарка, ведомственные детсады считались "блатными". Проблемы с "социалкой" уравновешивались возможностью включать расходы в устанавливаемые тарифы на перевозки. Оставалось даже на амбициозные проекты вроде моста на Сахалин. В стране, где огромные расстояния делают железную дорогу основным и стратегическим видом транспорта, возможности главы железнодорожного ведомства -- как экономические, так и политические - были побольше, чем у иного вице-премьера. Впрочем, вице-премьером Аксененко тоже был, и даже первым вице-премьером. Чуть не стал премьером: до сих пор не разгадана загадка двух депеш из правительства в Думу, озвученная ее спикером Геннадием Селезневым, в одной из них премьером предлагался Николай Емельянович. Зато Аксененко сумел премьера снять: если верить Сергею Степашину (его фамилия и была во второй депеше), публично "поблагодарившему" Аксененко за свое прощание с креслом председателя правительства. Став главой Счетной палаты (СП), Степашин сумел-таки подпортить кровь своему "благодетелю": СП ставила в вину ведомству и неоправданные льготы, и тарифные скидки некоторым транспортным компаниям, и строительство Ледового дворца с уклонением от налогов, и многое другое. Министерство по антимонопольной политике, ссылаясь на отчеты СП, перестало быть сговорчивым при повышении тарифов, а затем и вовсе выступило за либерализацию отрасли. Опала Аксененко вскоре после отставки Ельцина началась в лучших традициях бюрократии: ему предложили начать реформу отрасли - то есть разрушить базу собственной власти. Он предложил свой план реформы. С этого момента у власти появился формальный повод министра уволить - как не справившегося с поручением.