Харб и War

Так звучит слово "война" на двух главных языках современной цивилизации - арабском и английском. Каждый день, каждую минуту, каждую секунду мы слышим, видим и читаем что-нибудь про кровавую мясорубку в Персидском заливе. Сводки боевых действий, реплики солдат, генералов и президентов, отчеты бравых телерепортеров, прогнозы военных экспертов. Погруженным с головой в атмосферу сражений в Персидском заливе, нам трудно осознать: идут сразу две войны. И на кону - судьба всей христианской цивилизации. Причем, если Саддам Хусейн может выиграть свою войну, Джордж Буш в лучшем случае не проиграет свою. В понедельник, обращаясь к нации, президент Ирака употребил термин "решающая война". Это очень точные слова. Начиная любую войну, очень важно понимать или хотя бы в общих чертах представлять себе, как будет выглядеть победа. Чем дольше будут идти сражения на иракской земле, тем сильнее будет становиться антизападная, антихристианская цивилизация. При этом даже максимально быстрая (а очень быстрой уже явно не получится) победа США и их союзников - всего лишь локальное свержение локального политического режима той цивилизации, которая набирает силу. Мусульман на Земле скоро станет больше, чем христиан. Но опасно не чисто арифметическое превосходство. Куда важнее принципиальная разница базовых ценностей и неравенство идеологических сил. Ислам силу набирает, западная, христианская цивилизация очевидно слабеет. Пока западный мир держится на плаву лишь потому, что богаче и лучше вооружен. Но нет силы более мощной, чем сила идеологическая, пассионарная. Здесь преимущество точно не на стороне христианства. При этом в исламе, даже самом умеренном, отдельная жизнь мусульманина, не говоря уже о "гяуре", неверном, не стоит ничего в сравнении со смертью, принятой за Аллаха. В христианстве же, пусть и не сразу, пусть и после многовековых кровавых религиозных междоусобиц, частная человеческая жизнь все-таки стала высшей ценностью. Проще говоря, гуманизм старой христианской культуры сталкивается с "героизмом" молодой исламской. "Героизм" в таких случаях обычно побеждает. Когда Саддам Хусейн говорит все в том же обращении к нации: "Сам Бог велел резать глотки нашим врагам" - он, к несчастью, прав. Прав с точки зрения той цивилизации, которую представляет. Зато слова президента Буша или генерала Томми Фрэнкса, командующего военной операцией, о необходимости гуманного отношения к американским пленным, захваченным Ираком, звучат неубедительно. Америка сама провоцирует насилие в той части мира, где оно оправдано доктринально, где война с неверными освящена именем Всевышнего. Священными религиозные войны были и в молодом христианстве, но едва ли сейчас Буш с Блэром тянут на крестоносцев. Америка может свернуть шеи одному, двум, пяти, десяти одиозным политическим режимам на планете. Но она не в состоянии внедрить в головы людей, живущих в этих странах, принципы западной демократии. Принципы, которые сама же вынуждена нарушать в своем крестовом походе за торжество гуманизма. Россия, как пассивная часть западного мира, при этом глубоко укорененная в мир восточный, стратегически должна желать победы западной гуманистической цивилизации, ибо все равно не станет своей в постхристианском мире. Но у человечества в целом есть невиданная доселе по сложности задача - органичного растворения двух миров друг в друге. Настала пора понять некоторые вещи, которые до сих пор с трудом укладываются у нас в голове. Во-первых, пришло время всячески размывать государственные границы. Новый мир, чтобы уцелеть и не стать заложником радикального антигуманизма, вынужден стать трансграничным, он не может замыкаться в рамках отдельных государств. Во-вторых, надо серьезно думать над превращением ООН из ничего не решающего всемирного парламента в эффективное и действенное всемирное правительство. В-третьих, критически важно наладить максимально плотный диалог духовных лидеров всех главных религиозных конфессий - наличие непреодолимых религиозных границ для современного мира еще опаснее, чем наличие границ государственных. У этой войны миров не может быть победителей, ибо цена победы окажется слишком высокой. Впервые в истории человечества нам предстоит обустраивать мир не на религиозных ценностях. Людям в масштабах всей планеты придется договариваться о неких надрелигиозных принципах существования. Договариваться, а не резать глотки врагам в "решающих войнах".