Смерть джигита

Жизнь Джабы Иоселиани круче любых гангстерских сериалов. В ней - квинтэссенция перехода тиранической советской империи в постсоветские гангстерские резервации. Джаба Иоселиани вкусно писал, вкусно говорил и вкусно действовал. В 1992 году он и его маленькая сплоченная армия под названием "Мхедриони"("Всадники") свергали законного президента Грузии Звиада Гамсахурдиа. Звиад, как и Джаба, сидел в тюрьме. В отличие от Джабы - как диссидент, а не как руководитель организованной преступной группировки. Джаба был свободным человеком. И когда сломленный в советских застенках, почти сумасшедший Звиад стал превращать Грузию в тиранию и проиграл Абхазию, патриотичный и свободолюбивый Джаба восстал. Он решил победить силу силой. И победил. А потом позвал на новое царствование коммунистического вождя Грузии, почти ровесника (разница у них в один год) - Эдуарда Шеварднадзе. Думал, что так оно лучше для страны, которую любил искренне, поэтически, экзальтированно, как только и могут любить настоящие грузины. Позже Джаба скажет знаменитую фразу, которую можно записать в политологические учебники: "Демократия - это вам не лобио кушать". Потом "Мхедриони" запретят, потому что мудрый Шеварднадзе при всех заслугах Джабы в повторном воцарении Эдуарда Амвросиевича, конечно, никогда бы не допустил существования параллельной армии и параллельного лидера нации. Осенью 1995-го Джабу снова посадят в тюрьму. В шестой уже раз - но впервые как "политического", якобы за организацию покушения на Шеварднадзе. Джаба был последовательным стихийным демократом. И если политика Шеварднадзе в его сознании уподоблялась политике Гамсахурдиа, горячая кровь Джабы вновь начинала закипать. В 2001 году Шеварднадзе помиловал Иоселиани. Джаба опять занялся политикой - он уже не мог никого свергать, просто пытался подарить своей несчастной стране счастье. Такое, каким он, Джаба, это счастье понимал. Советская власть очень любила легенду о Робин Гуде. Благородный разбойник, который грабил богатых, чтобы отдать часть награбленного бедным, очень приглянулся власти, которая раз и навсегда ограбила богатых, чтобы уже ничего никому не отдать. Разумеется, одних грабежей благородному разбойнику показалось мало, и он решил осчастливить весь народ, захватив власть. В постсоветские времена оказалось, что мы живем как раз в той самой Британии XI, кажется, века, где орудовала банда Робина-Бобина. Что демократия начинается с разбоя - когда благородного, а когда и не очень. Что патриотически ориентированная преступность - едва ли не самая разумная часть патриотов. Сейчас на наших глазах уралмашевская ОПГ стала политической партией - строит церковки, сильно заботится, чтобы молодежь не села на иглу. Мыслит по-государственному, чисто конкретно. Порядка хочет. Когда законов нет, надо же кому-то устанавливать порядок. Братва, она порядок любит. Джаба - это, конечно, Робин Гуд, а не вульгарная российская братва. Это эстет. В каком-то из телевизионных интервью, вскоре после привода к власти в Грузии Шеварднадзе и еще до своей последней отсидки, Джаба сказал: в любой грузинской семье на любом застолье первый тост за процветание Грузии, а второй - за здоровье Джабы Иоселиани. Теперь уже не проверишь - правда это или вымысел. Теперь джигит умер и наверняка станет национальным мифом. Глядишь, лет через "надцать" Джабину жизнь опишут в книге и экранизируют, и он, романно-сериальный, даст сто очков форы телевизионным блокбастерам вроде "Бригады" или "По имени Барон". Умерла эпоха романтических борцов за свободу с "неоднозначной" репутацией. Хочется, чтобы на смену "порядку" пришел закон. А нам доподлинно известно, что мафия оказалась едва ли не главной социальной опорой демократических перемен в кровавой советской империи. Это ни хорошо и ни плохо - это данность. Просто в мафиози всегда много романтизма и авантюризма. И еще - им очень нужна свобода. Иногда даже начинает казаться, что только им.